Глава 26.
Заслышав первые звуки вальса, Лиза лёгкой тенью проскользнула между стайками смеющихся студентов к выходу, в увешанную портретами галерею. Мысль о том, что кому-нибудь может прийти в голову пригласить её на танец, повергала девушку в безотчётный страх. Во-первых, она была уверена, что мастер Велиор, который незаметно появился посреди торжества и держался сдержанно и отстранённо даже за преподавательским столом, не станет нарушать Устава Академии и прилюдно подходить к ученице с подобным предложением. Во-вторых, она категорически не желала, чтобы эльф видел её танцующей с кем-то другим. Впрочем, поспешное бегство Лизабет не осталось незамеченным. Едва она вырвалась в коридор и принялась заинтересованно разглядывать картины в позолоченных рамах, как рядом оказалась Моника. Её глаза хитро блестели в полумраке портретной галереи:
– Кажется, кто-то надумал сбежать! – не спросила, а утвердительно воскликнула она, уперев тёмные кулачки в расшитый самоцветами широкий пояс.
– Я ведь уже говорила, что не танцую, – Лиза попятилась назад.
Южанка увидела, как в глазах подруги вспыхнуло отражённое пламя факела и новый, ещё сильнее прежнего, испуг. Мастер Велиор учтиво поклонился девушкам и приглашающе протянул руку Лизе:
– Мне ты ещё не говорила этого.
Она замерла, встретившись с эльфом взглядом. Моника взмахнула чёрными кудрями и моментально ретировалась, оставив Лизу наедине с преподавателем Академии.
– Вы говорили, что по Уставу не полагается… – почти прошептала Лиза, глядя на его раскрытую ладонь. Она всё ещё колебалась, всё ещё не была уверена, что поступает правильно, когда всё-таки коснулась его руки прохладными пальцами.
– Формально учебный год начинается только завтра, – тихо сказал Велиор, наклонившись к ней. – Только завтра после первых занятий первокурсники смогут называться настоящими студентами. А кое-кто полагает даже, что превращение в студентов происходит лишь после зимних экзаменов!
– Но вы… – от волнения Лиза была не в силах заставить себя выговорить «ты», за время разлуки расстояние между ними увеличилось, – разве у вас не будет неприятностей?
– Я спросил разрешения у магистра Тэрона, – со смехом в глазах ответствовал Велиор, увлекая девушку за собой в зал и подхватывая за талию.
– Вы шутите? – вскинула ресницы она.
– Ни в коем случае, я серьёзен, как никогда! – заявил мастер, уверенно ведя её за собой.
Лиза больше всего боялась наступить ему на ногу или сбиться с ритма, но это оказалось не так-то просто: эльф так чётко переставлял ноги в каждом движении, что ей оставалось только следовать за ним. Через пару минут она перестала напряжённо смотреть себе под ноги и осмелилась поднять голову. Велиор смотрел на неё, не отрываясь, но в то же время взгляд его не был пристальным, словно он не только смотрел, но и чутко прислушивался ко всему происходящему вокруг – к ней, к мелодии. Девушка вдруг вспомнила о предостережении Тэрона и принялась осторожно разглядывать кружащиеся пары, к своему удивлению обнаружив, что страшный инспектор поглощён танцем с прекрасной светловолосой девушкой в жёлтом платье. Это занятное наблюдение обрадовало Лизу, ей вдруг подумалось, что проверка действительно всего лишь досадная формальность, а суровый ректор перестраховывается потому, что привык видеть всё в мрачном свете.
– Благодарю тебя, – сказал мастер алхимии шёпотом, когда музыка умолкла, и пары начали распадаться. Гармоничное кружево танцующих сменилось вновь весёлой суетой, блеском улыбок, разговорами и звоном бокалов.
– А я – тебя, - просто сказала Лиза, понятия не имея, как в приличном обществе полагается отвечать на благодарность за танец. Быть может, стоило скромно смолчать и поклониться? Она взволнованно пожала плечами.
– Обещай, что больше не попытаешься убежать перед началом танца, – улыбнулся Велиор, прикоснувшись к её волосам. Совсем легонько, будто случайно.
– Честно говоря, я только и думаю о том, чтобы куда-нибудь спрятаться, – призналась Лиза.
– Я знаю одно чудесное место, где никому не придёт в голову искать нас, – вдруг сказал эльф, вновь завладевая её рукой.
– Нет, я не уверена, что нам стоит уходить вместе, – покачала головой она.
– Почему? – искренне удивился он.
Конечно, он не имел в виду ничего предосудительного, Лиза и сама с трудом могла бы объяснить, почему возможное уединение так смущает её. В первые дни знакомства они общались так легко, словно были давними знакомыми, а в ночь, когда девушка едва не последовала за сумеречной песней, Велиор держал её в объятиях в одной ночной рубашке. Но сейчас мысль о том, чтобы просто выйти из зала, держась за руки, заставляла её сдерживать нервную дрожь. Завтра начнётся учебный год. Её первый год студенчества – вот о чём следовало бы думать и что заслуживало глубоких переживаний. Но сегодня…
– Что за место? – вместо ответа спросила она.
– Моя лаборатория в северной башне, – с гордостью ответил алхимик. – Пришло время показать тебе дорогу туда, чтобы не заблудилась перед занятиями.
Белая мраморная лестница широкой спиралью обнимала высокую цилиндрическую пристройку. Лиза не считала себя неженкой, но даже у неё устали ноги, когда они взбежали, наконец, на верхнюю площадку и оказались перед двустворчатой дверью, забранной чугунной решёткой.
– Меры предосторожности, – пояснил мастер Велиор, расправляясь с причудливым замком при помощи странного ключа. – В лабораториях немало сильнодействующих эликсиров и ядов. Ученикам запрещено появляться здесь без сопровождения.
– Особенно первокурсникам? – поинтересовалась Лиза, несмело переступая порог.
– Особенно – первокурсницам, ведь именно они охотятся за приворотными зельями, – засмеялся эльф и взмахом обеих рук заставил вспыхнуть сразу два десятка светильников, расположенных на стенах и под потолком.
Приятный желтоватый свет залил просторное помещение, на первый взгляд показавшееся Лизе полностью выполненным из стекла. Стеклянным был сверкающий гранями потолок высоко над головой, большие полукруглые окна, высокие шкафы с причудливыми дверцами сияли начищенным стеклом витрин и внутри себя заключали тысячи стеклянных склянок, колб, реторт, трубочек и флакончиков. Родительский шкафчик с лекарственными препаратами, который Лиза хорошо помнила с детства, показался бы рядом с этим великолепием небрежно сколоченным ящиком.
– Нравится? – спросил Велиор, осторожно коснувшись плеча девушки и обводя руками свои владения.
– Да, здесь красиво, – кивнула она. – А днём всё наверняка залито солнцем?
– Так, что иногда слепит глаза, – усмехнулся эльф. – Тебе не понравился бал?
– Всё хорошо, – тихо сказала Лиза. – Но там слишком шумно…
В лаборатории, напротив, висела звенящая тишина. Велиор коснулся какого-то замысловатого аппарата, целиком выполненного из хрупких тонких трубочек, и мелодичный звон стекла показался громким в наступившем безмолвии.
– По эту сторону не бывает по-настоящему тихо, – прошептал он. – Один раз побывав в сумраке, понимаешь, что мир живых переполнен звуками. Начинаешь слышать всё в несколько раз отчётливее. Побочный эффект перехода границы.
Она подняла ресницы, украдкой разглядывая его профиль:
– Это… эльфы научились открывать порталы в междумирье?
– Древние эльфы, да, – вздохнул он, – если верить легендам. И тогда же появились первые Хранители. Они следили за тем, чтобы соблюдалось равновесие, но магам не терпелось узнать больше, раскрыть все тайны сумрачного мира, изучить живущих там существ. Жажда познания привела к тому, что начали возникать конфликты с обитателями сумрака, развязалась война. В нашем народе её называют Забытой войной, а люди… люди так и не узнали о ней.
– Чем же она закончилась, эта война? – не отводя взгляда от Велиора, спросила девушка.
– Говорят, вмешались боги. Ньир спустилась с ночного неба и заштопала лунными нитями главный разрыв, а после – наложила на наш народ заклятие, благодаря которому дар теневой магии нельзя было ни развить в себе, ни приобрести с помощью артефактов. Только получить в наследство от предков.
