Ползущая мошкара, пламя и выстрелы окончательно доконали тварь, так что после очередного залпа Гворн стал резко чернеть, словно сгнивал на глазах, а его аура начала медленно угасать. Сделав несколько прыжков, я не удержался и, соскользнув со скользкой ветви, шлепнулся на землю, но это произошло неподалеку от Темного, так что было не напрасно.
«Поглощен Темный: Класс Гворн-траппер ур.11. Путешественницы Эн и Кей получают мастерство»
«Поглощены странные деревья: 13. Найдено {Полено из странной древесины}»
«Поглощение»: Повышение до уровня 4 — восстановление 25% жизненных сил при убийстве Темного; новый слот для улучшений [Шепота]; доступ к катализу четвертого уровня.»
Поднявшись, я отключил «Превращение» и облегченно выдохнул. Поглощенной только что четвертинки было как раз достаточно, чтобы хоть нормально передвигаться, однако, мерзкое ощущение слабости окончательно не исчезало; странно, что не дали улучшить «Шепот», но, может из-за того, что дерево не слишком общительное было. Из необычного — в центре тела погибшего Гворна вместо яркой коричневой ауры теперь горел ярким светом пульсирующий предмет в виде небольшого полена.
— Костенька, у нас получилось, ня! — бросившись мне на плечи, воскликнула Кейт и обрадованно заурчала.
Постаравшись придать свой болезненной улыбке вид усмешки победителя, я украдкой применил на себе лечилку.
— М-м, редкий ингредиент, ня! — с интересом сказала Эн, подходя ближе и запрыгивая на изуродованный ствол, непрерывно помахивая хвостиком. Придав мульти-инструменту вид топорика, она пробилась в центр Гворна и выудила ранее замеченное мной поленце угольного цвета с зелеными прожилками. — Можно будет что-нибудь сделать, ня…
— Поздравляю, неком… Костя. Еще один противник выше уровнем на нашем счету, — со смесью радости и интереса в глазах сказала лисичка, приземлившись рядом. — Чертова деревяшка, какую силу пламени у себя развила…
— Эм, ня, это скорее из-за того, что Гворны — искусственные существа, — с важным видом заявила Эн, спрыгнув с «тела». — Возможно, что здесь его создали для охоты на жителей ближайшего поселения, которые захотят поживиться живностью из озера или надумают рубить деревья, ня. Так что мощь — целиком из-за способного создателя, ня.
— То есть, это что-то вроде ликантропии — кто-то заражает обычное дерево, и оно становится Темным? — предположил я, и девушка утвердительно кивнула.
Ками, внимательно слушая, нервно облизнула губы и сжала хвостик в руке, после чего осторожно сказала:
— Если все так, как сказала умница, то нам стоит надеяться, что эта деревяшка-переросток была далеко от владельца. Хочу ошибаться, но такое ведь мог лич сделать…
***
Хмурый вид приближающихся людей настолько подходил к начавшему постепенно слабеть ливню, что Иветт даже тихонько усмехнулась, поправив шляпу так, чтобы ее лицо все еще не было видно. Во главе процессии шел мужчина лет сорока, чей изможденный вид навевал мысли об излишней тяжести возложенной на него ответственности, а парочка крепких молодцов, вооруженных пиками, с важным видом догоняла своего лидера. С учетом того, что в защите городка они участие не принимали, это должно было произвести какой-то эффект на незнакомцев, говорящий о статусе приближающейся особы, однако, кошечка в черном плаще лишь молчаливо дожидалась, пока люди подойдут ближе.
Командир оборонительного отряда, видя, что дела принимают скверный оборот, поспешил было на выручку к медленно идущей за своей знакомой девушкой-рыцарем, однако, так и не решился подойти ближе.
— Еще одного дня вам, уважаемая, — хрипящим голосом произнес мужчина, подойдя и встав на расстоянии пары метров от Иветт, тогда как парни с пиками явно напряглись, крепко сжимая в руках оружие. Остальные служащие, которых, скорее, выгнали просто для массовки, терпеливо выстроились позади, стараясь не обращать внимания на барабанящие сверху капли. — Наш скромный город бесконечно благодарен вам за оказанную помощь в борьбе с нелюдями, однако… боюсь, у нас есть подозрения, вопрос касается личности вашей и, с позволения сказать, вашей спутницы, — слова звучали холодно, а мужчина, казалось, пытался заглянуть под шляпу, чтобы оценить реакцию «собеседницы», только вот девушка была очень уж невысокой по сравнению с ним.
— Прошу простить, моя спутница соблюдает обед молчания, — поспешно произнесла Оудетт, подавив желание някнуть. По задним рядам пронесся уважительный шепот, повторяющий слова «обет, надо же…», но мужчина со скептическим выражением лица перевел свой взгляд на полностью закрытый шлем второй неки. — И насколько же рьяно в этих землях соблюдают Эдикт Богини? — со вздохом произнесла кошечка, поняв, что пока что новых вопросов ей задавать не планируют.
— Мы уже отправили гонца, — беззаботно произнес мужчина, облизнув влажные губы. — Однако, думаю, если странствующий рыцарь поделиться с нами, хм, благотворительным пожертвованием, приметы потенциальных нелюдей, маскирующихся под достопочтенных граждан, могут затеряться и забыться.., — последняя фраза была произнесена тихо, но после нее на лице служащего мэрии замерла довольная ухмылка.
— Три, ня, — коротко произнесла Иветт.
— О, время обеда кончилось уже, ня? — тихо спросила Оудетт у своей спутницы, и та, дожевывая крошечный кусочек вяленого мяса, легонько кивнула.
Кашлянув, мужчина попытался перенести внимание на свою персону и вопросительно глянул на обеих девиц, однако, Иветт лишь медленно сняла с плеча кожаную сумку, чем вызвала резкое движение пиками у нервных охранников. Девушка, хмыкнув, вытащила музыкальный инструмент, подозрительно напоминающий балалайку со слишком большим числом струн — с виду их было несколько десятков, и закреплены они были в несколько ярусов, отчего казалось чудом, что они не касаются друг друга при игре. Пройдясь хрупкой, изящной рукой в белоснежной перчатке по струнам, девушка вызвала громкую грустную мелодию и, спустя пару мгновений, с чувством мелодично запела:
— Проклятый дождь, беспечное несчастье. Беснуясь, мельтешат ликаны разной масти. И просто: по закону опыта и власти, все норовят лизнуть твоё запястье.
Закружившись на месте, Иветт с грустной улыбкой, которую никто не мог увидеть, продолжила играть мелодию, а все собравшиеся люди просто замерли с глупыми выражениями на лицах, смотря прямо на своего предводителя, что не шевелился, будто парализованный. Капли дождя то и дело падали прямо на древесину чудо-балалайки, но тут же отскакивали, оставляя поверхность идеально сухой.
Ловко запрыгнув на хлипкий заборчик, девушка развернулась к слушателям спиной и, встряхнув плащом, резко ударила по струнам и продолжила:
— Я — просто страж, не состою я в вашей касте, ведь это только наш дуэт червовой масти. Пусть за окном свирепствует ненастье, я терпеливо жду, когда найдется счастье…
— Так…так красиво! — пробормотал один из охранников остолбеневшего горожанина и, шмыгнув, вытер глаза тыльной стороной руки.
Один за другим, все пришедшие разразились аплодисментами, когда Иветт спрыгнула с забора и с ухмылочкой на лице поклонилась, закончив играть. Нахмурившись, служащий мэрии попытался что-то сказать, но его подхватили под руки и понесли к зданию администрации его же телохранители, радостно повторяя слова песни.
— Хм, ты вроде говорила, что будет три куплета, ня? — со смешком сказала Оудетт, легонько ткнув свою спутницу в бок, которая была занята тем, что прятала инструмент обратно в сумку
— А-а… Нет, ня, — злобно посмеиваясь, Иветт разрядила арбалет, установленный на запястье, а шляпа на ее голове тем временем легонько задрожала, вслед за непрерывно шевелящимися под ней ушками. — Видишь ли, это мне столько болтов хотелось всадить в этого важничающего ублюдка, ня, — спрятав и боеприпасы в сумку, светящуюся изнутри тусклым фиолетовым оттенком, Иветт теперь уже быстрее направилась к дому, в котором они с Оудетт остановились.
Кивнув, кошечка в доспехах последовала за второй некой, тихо сказав:
