Институтом адъютант Старффа назвал огромный научно-исследовательский центр. Прочесть на табличке у входа, чем он занимается, я не успела. Мерноо промчался по ступеням крыльца, как ураган. И едва не смел пост охраны. Я слегка притормозила возле двух ошарашенных игумар и чуть улыбнулась:
— Извините, пожалуйста, лейтенанта Мерноо. Он не хотел ничего плохого. Просто, когда у него начинается приступ, ему нужно быть как можно ближе к уборной.
На круглых зеленых лицах проступило понимание. Дежурные начали успокаиваться.
— Курсант!!!
Я улыбнулась еще раз:
— Простите, мне нужно бежать.
Мне кивнули. И я помчалась догонять мерзавца, волею случая, оказавшегося моим начальником. Может, я и зря выставила его засранцем перед всеми. И если Мерноо узнает о моей выходке, мало мне не покажется. Но он меня достал. Всего час в его обществе. А я уже готова перегрызть ему глотку. Что же будет со мною дальше? Надеюсь, до смертоубийства не дойдет.
Нас встретил пожилой профессор-фарн. Лейтенант поздоровался с ним сквозь зубы и без каких-либо пояснений сдал меня ему на руки. Я невольно покачала головой. Хорошего адъютанта себе нашел Старфф! Но это, если честно, его проблемы. Хоть и любопытно, за что он терпит Мерноо.
— Меня зовут Гинрайнт Оффрс. — Фарн протянул мне для пожатия руку. — Давно мечтал поближе познакомиться хоть с одним представителем нового члена Альянса.
Я пожала сухощавую руку, больше похожую на сушеную конечность кузнечика и слегка изогнула в удивлении бровь:
— Я, конечно, рада, что являюсь первым землянином, с которым вы встретились, но профессор, я выживу после нашего знакомства?
Фарн засмеялся стрекочущим смехом:
— Не волнуйтесь, дорогая, все будет только по обоюдному согласию!
— Довольно двусмысленное заявление, не находите? — Мне пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться.
— Люблю гуманоидов с хорошим чувством юмора! — Профессор стесняться не стал. — Пойдемте, дорогая, займемся вашим организмом. Скряга-Старфф не понимает, что наука не терпит канцеляризма и солдафонства, он отвел нам на все-про все всего лишь стандартные сутки. А нам нужно мно-о-ого успеть!
Не смотря на двусмысленные шуточки, фарн не зря носил звание профессора и главного специалиста отделения интоксикации. Вот так вот, балагуря, и шутя распекая двух ассистентов, профессор Оффрс в считанные мгновения запихнул меня в какую-то странную установку, по виду больше всего напоминающую дверную коробку без дверей. Вот только стоило мне по просьбе одного из ассистентов поднять вверх, к углам коробки, руки, как их тут же захватили невидимые силовые фиксаторы.
— Не нервничайте, дорогая, постарайтесь расслабиться и получить удовольствие. Это всего лишь сканирование. Хоть и намного более подробное, чем то, которое вы привыкли проходить при текущих медосмотрах.
С этими словами профессор что-то нажал, и пространство внутри коробки, или правильнее будет сказать, рамки, затянуло чем-то радужным. Как мыльный пузырь. Головы профессора и его двух ассистентов уткнулись в развернутый монитор терминала.
Изучали меня долго. Я даже устала стоять с поднятыми вверх руками. Какой уж тут «расслабьтесь». Вот если бы лежала, то, наверное, подремала бы с удовольствием. Надо подсказать профессору Оффрсу.
Из рамки меня выпустили примерно через минут тридцать-сорок. Фарн задумчиво кривил свое фиолетовое лицо. Я встревожилась:
— Что-то не так? Есть последствия отравления?
— Пока не знаю, дорогая. — Он остро глянул на меня своими фасеточными глазами. — Обычно так не делают, но мне нужно взять образцы вашей крови. Есть кое-что, что меня смущает. — Профессор повернулся к одному из ассистентов: — Миллс, запроси образцы крови других землян. Чем больше, тем лучше. — И уже мне: — Пойдемте, дорогая. Как вы смотрите на то, чтобы задержаться у нас на несколько дней?
Я конечно же смотрела на это отрицательно. Но промолчала. Меня пугала реакция профессора. Неужели земляне относятся к той категории существ, для которых смертельно опасно отравление тем ядом, о котором упоминал командор?
Мерноо привез меня в институт примерно через час после полудня по местному времени. И только на следующий день глубоким вечером лично сам командор Старфф явился отбирать у профессора Оффрса любимую игрушку, то есть меня.
За это время профессор и его ассистенты выкачали из меня пару пинт крови, брали на анализ волосы и ногти, слюну и другие жидкости, пихали в десятки разных приборов под предлогом сканирования. Я в полной мере ощутила себя подопытным кроликом и, если честно, то Старфф уже не казался мне таким уж ужасным. Фанатичный блеск глаз профессора-фарна пугал теперь куда сильнее. Так что командору я обрадовалась почти как родному.
К превеликому моему сожалению, профессор Оффрс отказался дать однозначное заключение по моему состоянию. С его слов, в самом разгаре было несколько экспериментов и с десяток тестов, призванных пролить свет на последствия отравления моего организма в частности, и совместимости земного генома с другими расами в целом. Фарн вырвал у командора обязательство, что я буду проходить медицинское сканирование раз в неделю и пересылать результаты ему напрямую. И что в случае малейшего изменения моего состояния ему, профессору, сообщат незамедлительно. Не зависимо от времени суток. Я представила, как это обрадует жену профессора, и хмыкнула.
Наш со Старффом уход из института по скорости слишком сильно напоминал бегство из заключения. И впервые с момента знакомства наши с ним желания полностью совпали. Я без споров и не сопротивляясь сама спешила за ним, сама села в его флайт, и еще долго с ужасом оглядывалась назад. Теперь я знаю, чего боюсь больше всего на свете — попасть еще раз в цепкие руки профессора Оффрса.
К превеликому моему сожалению, я слишком поздно опомнилась и глянула вниз. Глянула, и неприлично разинула рот от изумления.
— Где мы?
Я оглянулась на хмурого и сосредоточенного командора. Скажет или не скажет? Старфф ломаться не стал:
— Аргранадал, признанная столица Альянса.
Я ахнула. Я много читала об этом месте. Много разглядывала голограмм. Но никогда даже не мечтала оказаться в этом городе. Сюда на экскурсии не пускали. А работать… Моя улыбка подувяла. Но восторг никуда не пропал. От картины внизу захватывало дух. Мириады разноцветных огней – статичных и подвижных, пастельных и кричащих, неоновых, создавали внизу таинственную и роскошную панораму. Движущиеся ручейки живых существ, киборгов и машин просто завораживали. Я не могла заставить себя оторваться от стекла и мечтала хоть на минутку оказаться внизу.
— Нравится?
— О да! — Пусть презирает, пусть считает деревенщиной, скрыть восторг я даже не пыталась, это было выше моих сил. Меня восхищал и притягивал к себе бурлящий внизу водоворот чужой жизни.
Старфф хмыкнул:
— Аргранадал считается одним из самых красивых мест в Альянсе. Двадцать лет назад правительство волевым решением запретило сюда визиты иначе, чем с деловой целью. Потом у что город захлебывался в праздных, паразитирующих существах. С тех пор из неработающих в Аргранадале доступ сюда имеют лишь немногие члены семей тех, кто работает и служит тут. Так что наслаждайся, пока есть возможность. Кстати, мой кабинет в Доме госбезопасности находится ненамного ниже, чем мы сейчас летим. И самый шикарный вид оттуда открывается на рассвете. В это время воздушные трассы почти пусты и ничто не мешает наблюдать за восходом дневного светила.
Я недоверчиво оглянулась и Старфф поймал мой взгляд:
— Что?
Взгляд у него был острый и беспощадный, как и он сам. Я беспомощно затрепыхалась на его острие:
— Вы не похожи на челов… на существо, способное любоваться рассветом.
Командор отвел глаза, сам того не зная давая мне возможность перевести дух. И горько усмехнулся:
