— В моей жизни бывают такие периоды, когда только рассвет и способен меня успокоить, умиротворить, дать возможность мыслить связно и непредвзято. Это, наверное, самая величественная картина, которую я видел в своей жизни. Ради нее стоит жить и бороться с теми тварями, которые постоянно мечтают о мировом господстве. Когда увидишь рассвет сама, ты меня поймешь.
Килл производил впечатление сильного и даже беспощадного существа. В котором сложно было заподозрить любовь к наблюдению за восходом. Сейчас мне открылась новая, еще не знакомая мне сторона характера командора. Такой Старфф заставлял нервничать еще больше, чем когда походил на бездушного киборга и требовал беспрекословного повиновения своим приказам. Потому что теперь я уже не была уверена, что смогу спрогнозировать его реакции и поступки.
Я осторожно ответила:
— Возможно. На Луране я обожала и закаты, и восходы.
— На Луране и ночи – настоящая сказка. — Старфф вздохнул. — На Альянс работают очень умные гуманоиды. Самые умные. Они точно знали, что делают, когда располагали Первую Академия на такой планете. Ты знаешь, что по статистике именно из Первой Академии выходят наиболее успешные специалисты?
— Нет, откуда.
— Теперь знаешь. Те, кто заканчивает Первую Академию, очень дорожат сказочным миром Лураны. И все, что они делают, они делают во имя его сохранения и спасения.
Командор усмехнулся, поймав мой ошарашенный взгляд:
— Не смотри на меня так. Это не я придумал. Это статистика наших ученых мужей. Они утверждают, что цифры – вещь упрямая. Что именно те, кому есть чем дорожить, и есть что терять, более настойчиво добиваются поставленных целей. И я склонен с ними согласиться. Вот, например, ты. Я лишил тебя привычной среды обитания, выбил из колеи. И ты мгновенно утратила вкус к жизни. За неделю ты исхудала так, что еще немного, и процесс бы стал необратимым. — Я покраснела от этого бестактного замечания. Хорошо хоть в кабине достаточно темно и моего румянца он точно не разглядит. — И это при том, что ты мечтаешь о космосе и знаешь, какие строгие параметры отбора для дальних исследовательских экспедиций.
— Вы отобрали у меня мечту. — Я просто отвернулась от командора к окну, не желая показывать, насколько мне больно от этого разговора.
— Билет в неизведанное в один конец – это была твоя мечта? Не думал, что ты такая эгоистка! А ты подумала о своих родных? Что с ними будет, когда их дочь улетит в космос и никогда больше не вернуться? Ты думаешь, это их обрадует?
Я вскипела мгновенно:
— Это я-то эгоистка?! И при чем тут мои родные? Мне и в голову не приходило никогда играть чужими жизнями и заставлять кого-то плясать под мою дудку! Я никогда ни за кого не принимала решения!..
— Оно и видно. Это ведь совершенно другой уровень ответственности. Думаешь, легко принимать такие решения? Беспокоиться о миллиардах существ, доверивших тебе свое благополучие и безопасность?
Открывшая рот чтобы огрызнуться я, моментально его захлопнула. Под таким углом проблему я не рассматривала. Но и признавать его правым тоже не хотелось.
— Предлагаете вас пожалеть?
Старфф окинул меня взглядом, который я ощутила на себе почти физически. Как будто дроида на выставке выбирал.
— Можно и пожалеть. Не откажусь. — Я фыркнула презрительно. Кто бы сомневался. — Тем более, что мы уже прибыли.
Я встрепенулась и снова выглянула в забытое мною окно. Флайт как раз плавно опускался на крошечную посадочную площадку у внешней стены какого-то здания.
— А куда мы прибыли?
Как-то за побегом из клиники и всеми проживаниями я позабыла поинтересоваться, куда Старфф меня везет.
— Как куда? Домой. В мою квартиру.
Вся внешняя стена здания, доступная взгляду, казалась отлитой из коричневого и фиолетового стекла. Скорее всего, это был лишь обман зрения, вызванный ночной темнотой и игрой освещения, но обман столь качественный, что у меня было стойкое ощущение, будто мы прибыли в какой-то дворец. Неужели командор мог жить в таком месте? Мне не верилось.
Я растерянно оглянулась на килла и наткнулась на его ждущий взгляд. Не жаждущий. Не голодный. Именно ждущий. Он ждал моей реакции. Но… На что? И тут до меня дошло.
Место прибытия, его квартира и пожелание, чтобы я его пожалела, наконец сложились воедино в моем усталом мозгу. И я инстинктивно начала искать взглядом, чтобы такое швырнуть этому инопланетному гаду в голову. Желательно, потяжелее. Как назло, на глаза ничего не попадалось. А в голову лезли уже не стоэтажные, а тысячеэтажные словесные конструкции. Да еще и на языке киллов. Их обсценную лексику я изучила лучше всех. Командор уже имел несчастье в этом убедиться. Да я сейчас и напомню ему об этом с превеликим удовольствием. Я уже набирала воздух в легкие, чтобы выпалить мерзавцу в лицо все, что я думаю о его желаниях, когда вспомнилась ситуация с лейтенантом. Когда командор преподал ему урок, использовав меня в качестве инструмента. Неужели опять испытание?..
А командор все ждал моей реакции. И я решилась.
— В какой форме предпочитаете получить жалость?
Надеюсь, мой голос не дрожит, выдавая мою неуверенность. Потому что на самом деле я чувствовала себя так, как будто иду по канату над пропастью и без страховки.
Командор молчал достаточно долго, чтобы я уже успела навоображать себе кучу всяких ужасов. Сердце уже сжалось в груди в тугой комок, проталкивая по венам мощную струю адреналина. Если я ошиблась, если он мне сейчас распишет не только форму, но и позу, и частоту, с которой хочет получать жалость, я попросту выпрыгну из этого проклятого флайта! Или его выкину.
Командор отреагировал ровно за мгновение до того, как я все же решилась на прыжок вникуда. Этот килланский гад… заржал! Я замерла и ошарашенно уставилась на Старффа. Очень хотелось обидеться. Но килл смеялся настолько весело и не обидно, что я только хмыкнула. И остро пожалела, что все же в кабине нет ничего, что можно было бы в него швырнуть, я бы охотно это сделала. Даже если бы мне за это грозил трибунал.
Отсмеявшись, Старфф провел рукой по глазам. Словно стирал невидимые мне слезы.
— Молодец, Каролина, отреагировала правильно. Но слишком долго думала. Решения нужно принимать быстрее. Ну ничего. Время у нас будет. Научишься.
Старфф открыл дверь со своей стороны и вышел. А я осталась сидеть с открытым ртом. Неужели это то, о чем я подумала? Да я свихнусь так жить, ежесекундно ожидая от него подвохов и провокаций! Торопливо открыв дверь, я буквально вывалилась из кабины и рванула за киллом:
— Командор, погодите, я все понимаю, но почему я должна жить на вашей жилплощади? Неужели нельзя найти мне место где-то в казарме или общежитии? На отдельную квартиру я не претендую!
Старфф молчал ровно столько, сколько времени ему потребовалось для открытия входных дверей. То есть, пока он колдовал над пультом. Едва только дверь тихим всхлипом электронного замка возвестила о том, что проход открыт, командор обернулся ко мне:
— Во-первых, приучись обращаться ко мне по имени. Меня зовут Кинефрид. Можно Кин. По этикету киллов это допускается. Даже при посторонних.
Сначала я чуть не ляпнула, что знаю и как его зовут, и как сокращается его имя. Но вовремя прикусила язык. Командор ведь не в курсе, что я оказалась шпионкой по глупости. А я со стыда сгорю, если Старфф узнает, что я подглядывала за ним и его любовницей. А потом я и вовсе подозрительно прищурилась: я не помнила таких допущений в этикете. Опять проверка? Да чтоб ему!
Командор распахнул передо мной дверь:
— Прошу.
В помещении сразу, еще до того, как мы вошли, вспыхнул золотистый приглушенный свет. Чуть прищурившись, я сделала шаг вперед. Командор остался за спиной. И, не видя его глаз, я вдруг почувствовала себя чуть смелее.
— Командор, а в каких случаях этикет допускает обращение по имени?
За спиною едва слышно вздохнула, закрываясь дверь. Старфф хмыкнул:
— Пять баллов за сообразительность, и один балл за скорость мышления. Быстрее нужно думать, Каролина, я тебе это уже сказал.
