Это все потому что я сбежала к отцу? Но он тебя не подводил! Я тебя не предавала, пожалуйста, не оставляй меня одну, я прошу тебя! Мне едва удается скрываться, они уже разбирают полки. Еще немного и они до меня доберутся. Дьявол, они уже совсем близко, я едва держусь в темноте. Если я смогу применить отвод глаз, то всего пару раз! А их целая толпа. Помоги мне, прошу!
Может тебе не нравится, что я на «ты» обращаюсь? Как мне вас называть? Господин? Ваше сиятельство граф? Но это же смешно, какой ты граф, если теперь враг Длани? Простите! Я не хотела. Господин, молю вас! Помогите! Поговорите со мной! Я больше так не могу, я не выдержу! Я здесь уже целый день! В коридоре доносится стук топора, они разбирают наверху пол, думая, что я могу там спрятаться. Я уже дважды применяла заклятье, силы совсем кончались, воды тут нет, страшно хочется пить.
Если мне придется хоть раз еще применить заклинание, боюсь я просто отключусь. И тогда они обязательно найдут меня. Господин, прошу. Если вы не можете мне помочь, то хотя бы поговорите со мной! За что вы меня так ненавидите, что не хотите даже разговаривать⁈ Я была вам полезна! Я сделала все, что вы просили! Я училась с вами, ходила в подземелье.
Вы бессовестная и бесчестная тварь! Как я могла поверить вашим словам о том, что вы меня спасете. Боже. Они опять рядом, все боги и демоны, что же мне делать? Простите, я написала, не подумав. Я понимаю у вас есть куда более важные дела, чем я. Но молю, пожалуйста, я готова на что угодно, только спасите меня! Бесчувственная сволочь…'
Дальше я читать не смог. Чем больше времени Ксиулан оставалась в одиночестве, тем более отчаянным было ее положение. Она молила о помощи, кричала, ругалась, и все шло по кругу. Постепенно ее мышление затуманивалось. Слова начали путаться. И вчера вечером, судя по внутреннему времени магического интерфейса, она прекратила писать.
«Кси! Ты здесь⁈ Я был в отключке после ранения! Держись, мы идем за тобой! Скоро будем!» — мысленно вызвав область общения ввел я. Но ответа не последовало. Неужели она погибла, сдалась? Я открыл собственность, рабы, и увидел, что в ее житие мигает крайняя опасность. Девушка была при смерти. На карте ее точка отображалась там же, где и замок Хикентов. Выбраться ей не удалось. Написав ей еще раз, что мы идем, я закрыл этот диалог.
— Нужно готовиться к взятию бывшей крепости Энмиры, — сказал я негромко Эве, которая еще нежилась под одеялом, — если верить карте, мы уже прошли четыре пятых пути, всего через десяток часов будем на месте.
— Не с нашими силами и снаряжением, — сухо заметила драконидка, — разве что вы придумаете, как побороть многократно превосходящего нас по численности противника.
— С божьей помощью, — хмуро ответил я, просматривая данные рейда, группы которая преклонила колено и перешла под мое командование, поклявшись в верности Святогору. Больше сотни воинов, включая полуогров. Если бы это было все — пожалуй, я и в самом деле не вытянул. Но кроме того у меня остался Летучий корабль и трое преданных союзников. А главное — ко мне вернулась моя магия. — На нашей стороне Свет, мы справимся.
Глава 8
— Ну если он нам реально поможет, — насмешливо хохотнула Эва, — я буду крайне рада. Но пока что-то не верится. Он с вас даже ошейник не снял.
— Тут есть проблема, — пришлось признать мне поморщившись, — это не просто предмет или собственность, боюсь, теперь это часть меня. И придется придумать, как и ее использовать тоже. Но позже. Сейчас, пойдем осматривать войска.
— А Дару будить не хотите? Она вас все это время ждала.
— Ты права, — пришлось признать мне. Не стоит забывать об одной стороннице, идя спасать вторую. Наклонившись, я погладил Дару по голове. Ощущение было странное. Кроме обычных, пусть и жестких волос, чувствовалось, что остался пробивающийся подшерсток. Хотя остальное тело было гладкое, и снова шерсть появлялась только сзади, на пояснице и чуть ниже, у копчика. — Как тебе удалось сотворить с ней такое?
— Нравится? — с плохо скрываемой гордостью в голосе спросила драконидка, — я сама в восторге, но не знаю, что здесь больше повлияло. То, что она окажется такой красавицей после изменения источника, совсем не ожидала. Даже завидую. Может дело в ее изначальной природе. А может в том, что изменения внешности тоже идут через морфизм. Когда меня готовили к роли компаньонки, то учили наращивать себе грудь, убирать морщины и сжигать жиры. Да и с лицом делать разные вещи, вроде изменения под предпочтения богатого клиента.
— Хочешь сказать, что и мне можно вернуть прежний вид?
— Нет, — с сожалением покачала головой Эва, — у вас морфизм уже необратим. Хотя может некоторые изменения и удастся внести, но исключительно косметические. Шерсть убрать, шрамы осветить, цвет волос поменять. Не больше. И это не секундное дело, на такие изменения все равно потребуется два-три дня. И, не буду скрывать, это больно.
— Это тоже может помочь в определенных ситуациях. Особенно если не навредит моей стойкости и регенерации, — заметил я, продолжая гладить Дару, — эй, дорогая подъем! Почему она не просыпается, мы же довольно громко говорим?
— А мне кажется, она давно проснулась, просто не хочет, чтобы вы, господин, прекращали ее трогать. Давайте просто пойдем наружу. Сами же говорили, что дел много, — ухмыльнувшись, предложила драконидка. Пришлось признать, что она совершенно права, задерживаться действительно смысла не имело, тем более что бывшая волчица вроде в порядки и никуда не денется. Но стоило убрать руку, как она поймала мои пальцы своими по-девичьи тонкими, но совсем не по-человечески крепкими ладонями, и положила обратно на голову.
— Не надо уходить, — проговорила слабо Дара, — быть рядом.
— У тебя какие-то проблемы с речью? Раньше ты все слова произносила спокойно и совершенно не запиналась. Что-то болит? — настороженно спросил я.
— Нет. Совсем. Уже не больно. Непр-ривычно, — девушка с трудом ворочала языком, едва открывая рот, — все прошло. Теперь я такая? Как вожаку надо?
— Дьявол, — я тяжело вздохнул, понимая, что сам довел ситуацию до такого состояния, но надо признать теперь она меня и в самом деле куда больше привлекала. Все же зоофилией я не страдал и воспринимать ее с волчьей мордой совершенно не мог. Теперь же… — Да, ты такая как мне надо. Не нужно себя больше мучать. Не нужно себя переделывать просто так. Я вернусь, как только закончу с делами на палубе, а пока отдыхай. У нас еще будет возможность пообщаться.
— Наедине? — с надеждой спросила Дара, — волчьи пары — это навсегда. А вы ведь, волк? Хоть немного? Я могу рассчитывать на такое?
— Извини. Не хочу тебя обманывать или разочаровывать. Вот только я совсем не волколак. И боюсь, моя душа принадлежит даже не мне, а моему богу — Святогору. Я буду с тобой, если ты захочешь. Так же, как с Эвой. Но даже если бы ее не было я не могу принадлежать никому. Понимаешь?
— Нет, — нахмурившись, сказала Дара, — только волхвы принадлежат богам. Ты что, волхв?
— Что-то вроде того, — я задумался на несколько секунд, — пожалуй, я тебе покажу на практике. Чтобы не объяснять несколько раз. Сперва может быть непривычно, так что все, что дальше произойдет, тебе растолкует Эва. А сейчас повторяй за мной. В руки твоего превеликого милосердия вручаем себя, и Жизнь, и Душу, и Кровь… Во имя Святогора.
— Именем твоим, — закончила вместе со мной волчица заплетающимся языком, — ой. Что со мной? Голова кружится. Какие-то черточки, знаки. Что это⁈
— Кажется, кто-то не удосужился проверить, умеешь ли ты читать, — усмехнулась драконидка, — но ничего страшного. Можете оставить ее на меня, господин, я сумею все как можно лучше разъяснить и даже показать. Не волнуйтесь. Может грамотной она и не станет, но ориентироваться по карте и применять заклинания усиления сможет без проблем.
— У меня есть способ попроще. Хотя конечно одно другого не исключает, — зайдя в магию, я выделил заклинание и, прикрепив к нему начертательные символы, передал их Эве, — на сколько я помню у тебя раньше была только магия Жизни. Каждый символ — дополнение к академической части, чтобы не приходилось задумываться. Плюс парочка заклинаний Крови, которые должны быть близки к твоей школе. Не уверен, что подействуют. Но проверить стоит.
