— Я не смогу так. — Моя голова, словно сама собой, втянулась в плечи. — Я поняла вас… тебя, Кин, но для меня это чуждо. Наверное, меня и вправду стоит где-нибудь запереть. А то подставлю всех.
Улыбка пропала с лица командора. Килл долго, мучительно долго, и, главное, молча изучал мое лицо. А потом устало выдохнул:
— Мдааа… Такого я точно не ожидал.
Командор резко встал со своего места и за руку сдернул меня со стула. Я даже пискнуть не успела, а мы уже стояли у большой зеркальной панели, что заменяла часть стены возле самого входа:
— Каролина, посмотри в зеркало. Что ты видишь?
Старфф стоял у меня за спиной. Настолько близко, что его теплое дыхание, напоенное нотками только что выпитого кофе, легко шевелило волосы у меня на виске. Даже сквозь плотную ткань униформы его отдела я спиной ощущала жар крепкого мужского тела. Стоять в его руках было неуютно. Словно я была голая. Или он.
Стараясь абстрагироваться от ощущения горячих мужских ладоней у меня на плечах, я придирчиво изучила отражение в зеркале. Заточение в горах Килланы истончило черты моего лица, чуть заострив нос и сделав тоньше губы. Шея, выглядывающая среди растрепавшихся прядей волос, казалась прозрачной. В расстегнутом вороте форменного комбинезона виднелись тонкие и хрупкие ключицы. От прежней меня остались только глаза — изменчивые, как само штормовое море.
Уставший ждать моего ответа командор, неожиданно провел пальцами по моей скуле, обжигая кожу легчайшим касанием:
— Не знаю, что видишь ты, а я вижу красивую юную девушку: чистая, словно фарфоровая, кожа, не нуждающаяся в косметической маскировке, роскошны пряди волос, хрупкое и изящное тело. Все это пробуждает во мне одно желание: беречь, холить и нежить. Не знаю, кто тот щенок, который был твоим любовником, но я охотно бы задал ему трепку с целью научить обращаться с женщиной. Или, если не хочет учиться, тогда не мешать это делать другим. Не портить удовольствие от жизни самой женщине.
Негромкий уверенный голос командора, казалось, проникал мне под самую кожу и дрожью расходился по всему моему телу. Я смотрела на себя почти не мигая. И потому смогла заметить, как от услышанного ярче засияли мои глаза, снова изменив немного оттенок. Как на скулах расцвели неяркие пятна румянца. А губы сами по себе чуть раздвинулись словно в загадочной полуулыбке.
— Запомни это свое состояние, Каролина. — Я вздрогнула, возвращаясь в реальность. Из зеркала с теплой усмешкой на меня смотрел килльский гад. — А еще — подбородок повыше. Если будешь смотреть постоянно под ноги, то проворонишь свое счастье.
Я едко усмехнулась:
— А если буду таращиться в небеса, то неизбежно расквашу себе нос. Ибо попросту не увижу препятствий.
Командор расхохотался:
— Ты — прелесть! Каролина, не ты должна следить за тем, чтобы не упасть, а тот, кто рядом с тобой должен следить за твоим уютом и комфортом.
Невольно я вспомнила Мирака. И то, что он предпочел трусливо скрыться с моих глаз, вместо того чтобы дать какие-то пояснения. Планировал ли он продолжать наши с ним отношения после Ярмарки тщеславия? И какая роль мне в этом случае была бы отведена? Или я оказалась уже отработанным материалом, не стоящим даже прощальных слов?
— Ну что такое опять? Каролина?
Еще раз с каким-то затаенным сожалением окинув свое отражение в зеркале, я обернулась в кольце мужских рук. Командор не препятствовал. Даже слегка отстранился, давая мне пространство для маневра. И только в глубине темных килльских глаз тлел слабый огонек подозрения.
— Команд… Кин, я могу попросить о личной услуге?
Хитрая ухмылка тронула жесткие на вид мужские губы:
— Немного неправильно. Вспоминай видео. Как бы поступила на твоем месте килла?
Я призадумалась. Что я только что сделал не так? Я просила, не ожидая отказа. Была уверенна, что мне не откажут, а просто что-то потребуют взамен. Так что здесь не так? Перед внутренним взором неожиданно вместо видео всплыла наша с Моник встреча в столовой в то роковое утро. И как Моник приглашала меня на бал.
«…— Слушай, Каро, я знаю, что мое поведение доставило тебе много неприятных моментов. Ну, я такая, какая есть. Просить прощения не буду, это лицемерие. Но если ты сейчас согласишься сделать мне одолжение, я взамен тоже окажу услугу…
…Постоишь с нами, покиваешь с умным видом, когда тебя папочка будет представлять своим подчиненным и соратникам. Съешь пару деликатесов. Если захочешь – потанцуешь. А я взамен познакомлю тебя с парой-тройкой нужных чиновников…»
Я подняла голову, чтобы дать ответ на вопрос. И вдруг столкнулась с внимательным, я бы сказала, слишком внимательным, взглядом командора. И я была почти уверенна, что смотрит он на мои губы. Захотелось треснуть себя по лбу! Кажется, я так увлеклась размышлениями, что по давней привычке задумчиво покусывала нижнюю губу. Что и приковало нездоровое внимание командора к той части моего лица.
Сглотнув, я осторожно ответила:
— Килла на моем месте не просила бы, а попробовала заключить сделку. Но мне попросту нечего вам… тебе предложить.
Старфф моргнул, словно просыпаясь ото сна. Мы стояли так близко друг к другу, что я даже если бы хотела, то все равно бы не смогла пропустить тот момент, когда его взгляд снова скользнул вниз, к моим губам. Килл усмехнулся:
— Ошибаешься. Тебе есть, что мне предложить. Но можешь попробовать и попросить. Все зависит от просьбы. Возможно – помогу. Возможно — нет. И в любом случае ты окажешься мне должна. У меня будет право попросить то, что я захочу в любое время. Улавливаешь разницу? Хотела бы оказаться в зависимости от той же Моник Аверноо?
Воздух застрял у меня в горле, когда я осознала все, что сказал килл. И от души прокляла эту расу.
— Забудьте. — Я попыталась вывернуться из его рук. — Мне уже ничего не нужно. Я передумала.
Как и следовало ожидать, командор и не подумал меня отпускать. Наоборот, перехватил поудобнее:
— Не ребячься. — Его дыхание снова скользнуло у меня по виску. Но на этот раз никакой дрожи в моем теле не возникло. — Я хотел, чтобы ты поняла, как опасно что-то просить у мне подобных. Но не говорил, что я не выполню твою просьбу. Правда, это и не означает, что я на сто процентов ее удовлетворю. Чтобы дать ответ, мне нужно сначала ее услышать.
Я глубоко и судорожно вздохнула, решаясь. Опасно что-то было просить у чертова килла. Но мне нужно было знать, нужно было получить подтверждение или опровергнуть свою догадку. Иначе я не смогу дальше спокойно жить. Не смогу двигаться вперед и чего-то достичь. На этот раз я даже не споткнулась на имени командора:
— Кин, у тебя есть возможность узнать судьбу одного курсанта?
Командор настороженно стиснул мою талию:
— В принципе, это возможно. Но может быть без подробностей. Так, в общих деталях. Тебя такое устроит?
Я кивнула:
— Да мне детали и не нужны. Я просто хочу знать, где этот арлинт находился на момент бала.
Я опустила голову вниз. Мне было неловко смотреть командору в лицо. Но он все же заставил меня поднять взгляд и встретиться с ним глазами:
— Имя.
Выговорить нормально с первого раза к моему ужасу не удалось:
— Мир… Мирак Нартанн. Он…
Старфф меня перебил. И в голосе его завывала арктическая вьюга.
— Имени достаточно. Я узнаю.
Ледяной голос командора не то, что задел или обидел, скорее причинил дискомфорт. Что бы там Старфф не говорил, а до киллы мне было очень далеко. В отличие от представительниц этой расы, я не могла относиться к собственной просьбе как к чему-то само собой разумеющемуся. Скорее всего, именно поэтому мне и было так неуютно.
В полной тишине мы собрались ехать в департамент, в котором отныне будет проходить моя службапрактикаработа под прикрытием. Нужное подчеркнуть. Только когда я вышла из своей комнаты в полном боевом раскрасе, командор внимательно меня осмотрел, жестом приказав повернуться вокруг своей оси. На мой вопросительный и взволнованный взгляд он ответил утвердительным кивком. И молча пошел к выходу, оставив меня гадать: то ли понравилось, то ли терпимо. Я только вздохнула. Так же молча мы с командором погрузились в его флайт и взлетели.
