Почему-то за это было обидно тоже, хотя вроде как никаких достойных претендентов на размножение и “долго и счастливо” не водилось. У всех были какие-то недостатки!
Как же глупо все кончилось. Столько телодвижений для спасения и план провалился потому, что наивная я пошла в гости. Свято веруя в возрождение отношений с родней, ага.
Последними эмоциями стали глухая обида на магистра, который обещал спасти и не спас. И раздражение на инкуба, которому вообще-то еще и заплатили за охрану, а он теперь где? Ну и плевать, что контракт судя по всему закончился, он же в конце концов тоже старая высшая нежить, неужели он не знал про календарь?!
Из полузабытья меня вырвал грохот. Дверь слетела с петель, а в проеме… Кажется, это был Рей. В черной одежде инквизитора, с мечами наперевес.
Было ли это реальностью или сном, я не могла сказать. Мир кружился, падал, разбивался на осколки. А из меня что-то будто уходило. Медленно, как падают крупинки песка в часах.
А потом у меня и вовсе начались галлюцинации.
– Бежим! – вдруг заголосил Фолиант. – Это же… это же… а-а-а-а!
– Почему? – Лилит махнула рукой. – Никаких побегов пока не закончим ритуал. Мне нужна эта сила!
Огни освещения подвала дрогнули, заплясали и тени словно ожили. Из пола вдруг начали вылезать разные твари. С шипами, с огромными хвостами, напоминающими хлысты, с острыми зубами и перепончатыми крыльями. Они все были страшные, странные и уродливые – я поняла, что это существа из Нижнего Мира. Самая низшая нечисть. Извращенная, исковерканная. Вспоенная людской силой взятой напрямую. А возможно еще и человеческой кровью.
– Потому что ему твои штучки на один зубок. Делаем ноги, ты обязана меня отсюда вынести!
Рей крутанул мечи и многообещающе оскалился:
– Старенький гримуар и молодая и глупая темная ведьма. Пожалуй, мое любимое сочетание. Я разберусь с этой задачей за семь… нет, за пять минут.
– Да что же вы все меня дурой-то называете?! – взвилась кузина, и схватив в одну руку мое запястье, а в другую Фолиант вдруг начала читать заклинание. – Мауро-лато, тайс вирато, великие темные силы, взываю к вам из-под Кровавой Луны! Примите кровь жертвы, отдайте мне ее искры! Да будет так!
И тут ко мне вернулась боль! Такая, что я заорала и взвилась на алтаре, едва с него не свалившись. В унисон со мной заорал темный гримуар:
– Дура! Баба… Сердце режь, а потом уже заклинание! Быстро! Лейсар-сон!
От последней фразы книги на меня вновь навалилось прежнее оцепенение, и я безвольно осела на алтарь.
Дальнейшее слилось в какую-то ирреальность. Лилит слой за слоем резала мою одежду, том ругался, что это стоило сделать уже давно.
А твари все лезли и лезли. Кидались за Рея всем скопом, почти что погребали его за собой. На каждую инквизитор тратил очень мало времени, то выжигая их заклинаниями, то разрезая оружием.
Магистр был силен. Но его давили количеством, не пытаясь победить, а лишь стараясь замедлить.
Их стало так много, что я больше ничего не видела, кроме тьмы. Они заполонили магистра и даже Лилит.
У меня потемнело в глазах. Или я вновь потеряла сознание?
В следующий раз сумела хоть что-то увидеть, кроме непроглядной темноты, когда вдруг оказалась в горячих объятиях Рея. Его запах, его крепкая грудь – перед смертью оказаться в руках своей первой любви и первого разочарования было идеально.
– Адель… – хрипло произнес мужчина из моих фантазий. Он сказал ещё что-то, но я не смогла расшифровать, и понес вперед. Там отчего-то было ослепительно светло.
А потом мой сон, растеряв все краски, вновь поплыл.
Следующая картинка миража была очень примечательной. Тогда я точно поняла, что потеряла сознание, потому что такое в реальности не могло произойти.
Некогда идеальный тетушки сад, а на газоне очень педантично, в четком порядке – лежали останки существ Нижнего мира. А рядом с этим «художеством», на лавочке, с самым умиротворенным выражением лица восседал Лаор. А под его модными кожаными сапогами трепыхалась голова с шипами и длинным языком, явно ядовитым, который не оставлял попыток коснуться кожи инкуба.
А тот был занят. Маникюром.
– Дорогой мой друг, я ведь уже рассказал, как полезно бывает даже оторванной голове вести себя хорошо, – подпиливая ноготь, совершенно спокойно, даже ласково, выговаривал он голове. – А ты себя плохо ведешь. Начнем сначала?
Что там было в начале, не знаю, но язык монстра перестал дергаться.
Фу. Оказывается, у меня извращенная фантазия – такое напридумывала! Или меня Лилит ко всему прочему опоила? С нее станется.
– О, вы вовремя, – заметив нас, Лаор поднял голову и, усмехнувшись, шутливо отсалютовал. – Удачи, красотка. Больше не впутывайся в неприятности.
На этот раз греза поплыла слишком быстро и резко. В ушах заложило, тьма неумолимо настигла.
Конец.
А умирая, я отчего-то думала о сущей ерунде, а не молила Единого о прощении грехов. Мне же надо было вечером достать зелье из конденсатора и разлить по стеклянным, или снадобье испортится. Моя нечисть не может это сделать – у них же лапки, а у Книжули и вовсе закладка…
Жаль. Очень! И шляпку, и пропавшее зелье.
И себя.
И все-все несбывшееся.
Глава 21
Раньше я всегда считала, что беспамятство оно как темная бездна. Ты не помнишь, что там был, а просто в какой-то момент выныриваешь в реальный мир. Но оказалось совсем не так.
Я долго бродила по темному коридору. Почти наощупь, потому что мрак был таким густым, что глаза и не думали к нему привыкать. Страха не было, лишь путь. Почему-то я была уверена, что нужно делать шаг за шагом и ни в коем случае не останавливаться, иначе случится что-то… нет, не страшное. Непоправимое. Окончательное.
Потому я двигалась. Наверное вперед. И спустя некоторое время моим ориентиром стали не только шершавые стены и неясный свет, будто от маленькой свечки. Он мелькал где-то впереди, а после к нему присоединился еще и голос.
Сильный, красивый, словно бархатный голос Рейанара.
– Адель, – звал он, и я шла.
Бежала, возможно, от самой костлявой богини смерти, и все шла-шла-шла…
– Адель, маленькая моя, ну же… не сдавайся. Иди ко мне. Слушай меня.
Не буду, конечно!
Как я могу не идти, когда он ждёт? Я его люблю – теперь это осознала полностью. В этом странном состоянии, больше похожем на сон, не было лишних мыслей, переживаний, предрассудков.
А потом вдруг стало светло настолько, что я зажмурилась. Тесный коридор будто бы растворился.
– Таки очнулась! – раздался голос Сарочки, у нее взволнованно затрепетали страницы. – Марель, Кот!
– Адель… – мою руку нежно погладили мужские ладони, и я почувствовала губы Рея на лбу.
Когда я наконец смогла сфокусировать взгляд и в целом рассмотреть обстановку, то увидела первым Рея. Он был необычайно бледный и, судя по темным кругам под лихорадочно горящими глазами, магистр явно давно не спал. И в целом мужчина выглядел очень уставшим.
Он тепло мне улыбнулся, и я замерла, любуясь его улыбкой. Какой же он…
В моей голове все еще не было ничего лишнего. Отравляющих воспоминаний о его словах и поступках, и пытающегося встать между нами моего здравого смысла…
Я просто смотрела на него и просто была счастлива. Хотя бы эти минуты.
– Адель! Мы так переживали! – Марель прыгнула на мою кровать, погладила меня своей лапкой.
– Как хорошо, что ты очнулась, – проговорил домовой, взмахнув хвостом.
– Мы очень рады, что все обошлось, – вновь заговорила мышка.
– А я таки подозревала, шо с этой добродушной сестричкой что-то не так! Шоб ей икалось! Надеюсь, ей в тюрьме будет плохо, блондинистой су… – обычно бесцеремонная Книжуля запнулась и закончила: – сумасшедшей!
И в моей памяти тут же ожили недавние события. Кровавое чаепитие у кузины, монстры, ритуал и Рей… Кажется, это был не сон, и он действительно меня спас. Ведь я не умерла же, да?
