– Ты что творишь? – всполошился будущий властелин мира. – Бери серебряный кинжальчик! Я же сколько раз говорил, жертву режем золотым, а себя серебряным! Смотри, не перепутай!
Девушка едва успела отдернуть руку от чаши. Со вздохом взяла нужное оружие и нанесла еще один порез, на этот раз в другом месте.
В следующие несколько минут все были заняты делом.
Я методично дергала рукой, воспользовавшись тем, что кровь все же начала сочиться из-под повязки и запястье стало скользким. Больно-не больно, плевать! Может все же удастся освободиться?!
Книга вновь причитала о том, в каких ужасных условиях ему приходится работать. Кузина же закончила смешивать кровь и достала несколько склянок.
– Слюна единорога, – прошептала она и капнула крупную, прозрачную каплю в чашу. Следующей пришел черед фиала с золотистым содержимым. – Эссенция феникса. И наконец… вытяжка из секрета дракона.
Не знаю, что мной руководило, видимо, стресс, но я почему-то глумливо хихикнула и спросила:
– Какого секрета? Долго вытягивали?
– Молчи! – шикнула на меня Лилит и взяла в руки нечто очень похожее на приспособление для рисование. – Кисть с ворсом девственницы поможет мне!
Судя по всему предмет был волшебным, потому что вспыхнул призрачным светом он еще до того, как кончик погрузился в чашу.
– Каким ворсом? – заинтересовалась я. – Откуда это? Долго ли надо отращивать и когда состригать?
Рывок, еще рывок… чертовы кандалы, поддайтесь!
– Дур-р-рынды! – рявкнул том. – Волосы девственницы!
Кузина повернулась ко мне и занесла кисть. Коснулась моего лица. “Краска” чуть жгла кожу.
Я похолодела, поняв, что наше мероприятие неуклонно набирает обороты. И дальше несла уже вообще все, что в голову приходило и могло хоть как-то повлиять на ведьму!
– Лилит, ты подумала о родных? Что с ними будет?
Руки, скованные наручниками, затекли. Ноги ныли.
– Никто ничего не узнает, милая, – ласково отозвалась девушка, спускаясь кистью по моей шее. – Родители в отъезде, сегодня выходной день у прислуги. Тебя никто не видел, значит, тебя здесь не было. Кто докажет обратное? Извозчику, который тебя довез, мы стерли память.
– Натан! Он же меня видел.
– Дорогая, Натан уже давно видит только то, что нужно мне, – насмешливо фыркнула Лилит. – И делает тоже только то, что хочу я.
– Мерзавка! – я оглядела помещение вновь, надеясь, что меня посетит хоть одна здравая мысль. Как мне выбраться отсюда живой? Или хотя бы послать сигнал!
Тут же вспомнилась сигналка, которую помогла поставить Сарочка. Прошептала заклинание активации… И ничего. Слова будто растеряли магическую значимость. Потеряли потенциал и опустели.
– У тебя такое интересное выражение лица, кузина, – длинные ноготки коснулись моего подбородка, но я отдернула голову и отшатнулась, вжимаясь в стену. Правда, Лилит осталась стоять на том же месте и глядела на меня со снисхождением. – Тебе никто не поможет – ни Натан, ни твоя нечисть, ни твои друзья. Магию можешь не использовать – бестолку, кандалы ее блокируют.
Теперь понятно, почему не получилось.
Я посмотрела на свои руки, скованные цепями. Затем вновь огляделась. У самого входа валялась моя шляпка лавандового цвета, а украшавшие ее цветы разлетелись вокруг. Жаль, она была одной из моих любимых.
Возможно я бы даже хотела, чтобы меня в ней похоронили, но не судьба.
Когда Лилит закончила художественную роспись на открытых участках моего тела, то взялась за внушительный такой тесак. Ощущение, что это все происходит не со мной, усилилось.
– Я буду орать! Меня услышат и обязательно придут на помощь! – отчаяние накатывало волнами, и я уже вообще с трудом себя контролировала. Даже голос сорвался на высокие ноты, практически крик. Да, проблематично спокойно говорить, когда на тебя идут с ножом. Причем с определенными целями!
– Кричи сколько хочешь, – с улыбкой согласилась сестрица. – Тебя все равно не услышат. Посмотри на стены.
Стены в подвале, насколько помню, даже не были утеплены магией, просто выкрашены в серый и ни о какой звукоизоляции не было и речи. После того случая, когда кузина меня заперла, я почти неделю провалялась в постели с простудой. А теперь вся поверхность была выстлана каким-то материалом, очень похожим на тонкий однотонный ковер.
– Что же ты дрожишь? Ты же отважная девочка, ты так боролась с моей мамой за свою независимость, – в голосе ведьмы откровенная издевка. Она стояла почти впритык ко мне с ножом, а я не могла и пальцем шевельнуть – тело сковало новоприобретенной магией Лилит.
– Да, наконец-то! Мы ждали и дождались! – заголосил магический гримуар густым басом. – Теперь наступит наше время, наше благостное темное будущее! Режь давай! Всех на алтарь благих целей!
И книга расхохоталась тем самым «злодейским» смехом.
Сарочка, если бы была со мной, точно нашла бы с ней общий язык. Возможно, вместе бы мы что-то придумали.
А сейчас все. Конец. Не самый утешительный финал моей истории, и уже ничего не изменить.
Выдохнув, я зажмурилась, когда кузина поднесла кинжал к моей шее. Холодный металл коснулся нежной кожи.
– Было бы скучно убивать тебя так сразу, – хохотнула Лилит. – Не волнуйся, все будет происходить медленно. Для ритуала обретения силы нужно много крови.
Это ужасно, когда ты не можешь защитить себя. Беспомощно смотришь, не имея возможности даже двинуться, как человек, на которого меньше всего думала, стоит над тобой с ножом.
И я даже не могла дать описание происходящему со мной. Что я почувствовала, когда кузина все же применила оружие по назначению и полоснула мое второе запястье? Боль? Да, было больно. Только отчего-то болела душа – я ведь действительно надеялась, что мы подружимся, что я помирюсь с братом.
По коже начала медленно струиться теплыми ручейками кровь, и на этот раз мне подурнело сразу. Голова закружилась. А когда с меня спало оцепенение, наложенное ведьмой, я и вовсе начала потихоньку сползать с алтаря. Все же на комфортное лежание взрослых людей он был не рассчитан.
– Так и должно быть? – озадаченно поинтересовалась Лилит у гримуара заботливо меня придерживая. – Почему кстати алтарь такой маленький? Тут разве что младенцев и кошек в жертву приносить!
– А ты думала древнейшие темные артефакты в столице на каждом углу валяются? – сварливо откликнулся Фолиант. – Подходи, бери, никто вопросов не задаст, инквизиторов не известит? Ты хоть представляешь как было сложно найти неучтенный темный алтарь?! Даже маленький. Они же все давно под галочку на складах у этого проклятого богами ордена! Благо мой предыдущий хозяин был предусмотрительным ведьмаком и сделал несколько схронов. И был он, как можно понять – мужиком!
– Ладно-ладно, – видимо уже пожалела, что начала полемику начинающая темная ведьма. – Просто по идее на ней надо ножом начертить рисунок по орнаменту росписи. А она, конечно, не бьется в истерике от боли из-за средства на лезвии, но теряет контроль над телом и сползает с алтаря. Нельзя рядом положить жертву?
– А кровушкой поливать алтарь отдельно? Связался же с бабой! Клади ее поперек камня и дело с концом! И распори платье, нам еще сердце вырезать, а у вас баб там столько тряпок, что пока доберешься все ножи затупятся.
– Поперек? Но у нее же ноги свесятся.
– А тебе торс нужен! Лицо, руки и сердце!
Кузина послушно расположила меня нужным образом, но я это уже практически не отслеживала, видимо яд на ноже о котором говорил том, начал активно действовать.
Касания лезвия отзывались лишь легкой щекоткой, а кровь которую оно выпускало ручейками растекалось по коже. Это было даже приятно. В подвале прохладно, а кровь теплая.
Я смотрела в потолок и думала, что как же жаль, что все так глупо закончится. Невозможно обидно не достигнуть ровным счетом ничего! Я не заработала сотню золотых чистой прибыли, чтобы предъявить родне и получить образование. Не получила диплом зельевара. Не вышла замуж за хорошего мужчину, не родила детей.
