После церемонии мы вернулись в поместье, в наш сад, где под большими дубами были расставлены длинные столы, покрытые белоснежными скатертями. На столах красовались букеты из садовых роз, а над головами гостей были протянуты гирлянды из фонариков, которые должны были зажечься с наступлением сумерек. Дори и ее помощники нанятые на праздник повара, превзошли себя – на столах красовались жареная дичь, рыба в травах, свежие овощи из наших огородов, фрукты и множество сладостей.
– За молодых! – провозгласил тост лейр Максимилиан, поднимая бокал с лучшим вином из погребов Касаров. – За любовь, которая побеждает все препятствия!
Вечер прошёл в танцах, музыке и весёлых разговорах. Рейнар не отходил от Амели ни на шаг, а она светилась от счастья. Лорен и Этьен рассказывали удивительные истории о Серебряных островах, их обитателях и невероятной красоте тех мест.
Когда гости начали расходиться, а молодожёны удалились в свои покои, мы с Хэмондом остались на террасе, наслаждаясь тёплым вечерним воздухом и звёздным небом.
– Думала ли ты год назад, что всё сложится так хорошо? – спросил он, обнимая меня.
– Никогда, – честно ответила я. – Когда мы бежали из Лавении, я думала только о том, как выжить, как защитить дочерей. А теперь…
– А теперь у нас процветающее производство красителей, – перечислил Хэмонд. – Амели создала уже пять новых оттенков, которые пользуются большим спросом в столице. Маслодавильню почти восстановили, и в следующем году даст первый урожай. Лорен счастлива в замужестве и ждёт ребёнка. Амели вышла замуж за прекрасного молодого человека. Роберт помолвлен с умной и доброй девушкой.
– И я замужем за самым лучшим мужчиной в мире, – добавила я, поворачиваясь к нему лицом.
– А я женат на самой удивительной женщине, которая умеет превращать любые испытания в новые возможности, – ответил он, целуя меня.
Эпилог
Два года спустя
Весеннее солнце заливало гостиную поместья, где я сидела в кресле-качалке, убаюкивая маленькую Элизу – дочь Лорен и Этьена, названную в мою честь. Крошка была удивительно спокойным ребёнком с тёмными волосами отца и выразительными глазами матери.
– Ну что, красавица моя, устала от бабушкиных песен? – тихо спросила я, передавая малышку Лорен, которая протянула руки за дочерью.
– Спасибо, мама, – улыбнулась Лорен, принимая Элизу. – Ты так нам помогаешь.
В этот момент в гостиную вошёл Этьен, всё ещё запылённый после верховой прогулки, но с довольным выражением лица. Он наклонился и нежно поцеловал Лорен в щёку, а затем с обожанием посмотрел на дочь.
– Как мои девочки? – спросил он, садясь на подлокотник кресла жены. – Элиза не капризничала?
– Наша дочь – ангел, – ответила Лорен, любовно глядя на мужа. – Как и её отец.
– … и потому я считаю, что три новые грядки – это разумный компромисс, – раздался от двери голос Хэмонда, который вошёл вместе с моей младшей дочерью.
– Три? – возмутилась Амели, следуя за ним. – Хэмонд, для моих новых экспериментов нужно как минимум пять! У меня есть семена удивительных растений с Серебряных островов, которые Лорен привезла.
– И если ты посадишь все пять грядок, – терпеливо объяснил Хэмонд, – у нас не останется места для роз.
– Зато будет много места для новых красителей, – парировала Амели, подходя к Лорен. – Дай мне мою племянницу, – попросила она, протягивая руки. – Я соскучилась по ней за эти два часа.
Лорен передала дочь сестре, и Амели тут же начала тихо ворковать с малышкой, рассказывая ей о цветочках и травках, которые она скоро покажет ей в саду.
Хэмонд подошёл ко мне и мягко положил руку на мой слегка округлившийся живот.
– А как наш малыш? – тихо спросил он, наклонившись ко мне.
– Активно толкается, – ответила я, накрывая его руку своей. – Думаю, у нас будет непоседа.
– Или непоседка, – улыбнулся Хэмонд. – В любом случае, этому ребёнку повезёт – у него будет столько любящих родственников.
За окном во дворе слышались голоса – Роберт с Эйлиной приехали в гости на несколько дней из своего поместья и сейчас осматривали наши новые постройки.
Хэмонд работал на маслодавильне, которая теперь производила лучшее масло в провинции. Наши красители пользовались таким спросом, что мы планировали расширение производства. Амели с восторгом экспериментировала с новыми составами, а её муж терпеливо помогал ей во всех начинаниях.
– Знаешь, – сказала Лорен, – иногда я думаю, что если бы не те ужасные события в Лавении, мы никогда не были бы так счастливы.
– Возможно, – согласилась я, поглаживая живот. – Но я предпочитаю думать не о том, что нас заставило уйти, а о том, что мы нашли. Новую семью, новую родину, новую любовь.
– И новую жизнь, – добавила Лорен, многозначительно на меня посмотрев.
– Да, – кивнула я, глядя на внучку в руках Амели. – Полную любви, надежды и бесконечных возможностей.
– Как думаешь, – тихо спросила Амели, – это будет мальчик или девочка?
– Неважно, – ответил Хэмонд, не убирая руку с моего живота. – Главное, чтобы был здоров.
– И чтобы не унаследовал склонность к алхимическим экспериментам, – пошутил Этьен, заставив всех рассмеяться.
– Эй! – возмутилась Амели. – Мои эксперименты приносят пользу!
– Конечно, дорогая, – успокоил её Рейнар, который как раз вошёл в гостиную. – Особенно когда они заканчиваются новыми оттенками красителей, а красной водой в реке, которая своим цветом распугала половину жителей Солхвенйа.
В дверях появились Роберт с Эйлиной, румяные после прогулки по поместью.
– Какое семейное собрание, – улыбнулся Роберт. – А мы как раз обсуждали с Эйлиной, что пора бы и нам задуматься о пополнении семейства.
– Роберт! – покраснела Эйлина, но не стала отрицать.
– Ещё один ребёнок в семье? – воскликнула Амели. – Какое счастье!
И это была правда. Мы прошли долгий путь от горя и потерь к радости и изобилию. Жизнь дала нам второй шанс, и мы сумели им воспользоваться. Здесь, в поместье баронессы Марши, которое стало нашим настоящим домом, мы построили то, о чём мечтали – крепкую, любящую семью, объединённую не только кровными узами, но и взаимной заботой, пониманием и общими целями.
Сольтерра приняла нас не как беженцев, а как своих детей. И мы отплатили ей тем же – нашим трудом, нашей преданностью, нашей любовью к этой земле, которая дала нам убежище и стала родиной для наших детей.
Круг замкнулся. От разрушения к созиданию, от отчаяния к надежде, от потери к обретению. И впереди нас ждали новые радости, новые вызовы, новые поколения, которые будут жить в мире, построенном на любви и взаимопонимании.
Алевтина Варава
Таинство пищепринятия. Алиса
Пролог
— Там просто на улицах на каждом шагу рестораны, кафе и закусочные. Это такие места, вроде кабинетов готового питания, но общественные и совершенно пристойные. При этом там можно выбрать, какую пищу тебе сделают, по каталогу с картинками, подождать — и люди, которых ты даже не увидишь, всё это действительно приготовят, больше того: уложат красиво на широкие блюда и тебе принесут на стол. А стол стоит среди кучи других. Там все сидят по одному, парами или даже компаниями, сидят лицом к лицу, едят и разговаривают. И никто не носит буйосеты. Вообще никогда.
— Ну, это уже перебор, Май, — хмыкнула Дашка. — Какая-то нездоровая фантазия.
— Принимать пищу — естественно! Это жизненно важная потребность всего живого! В ней нет как ничего странного или отталкивающего, так и ничего особенного. Я пытаюсь написать об этом. В моей книге можно есть даже на ходу, когда идёшь по улице.
— Фу! Никто не напечатает такое непотребство, — скривилась Марина. — И читать про толпу голоротых дикарей — так себе удовольствие.
— Они вовсе никакие не дикари. Это город нашего времени, развитый и цивилизованный. Просто там никогда не табуировалось принятие пищи.
