В этом состоянии он мог напасть на окружающих, совершить самоубийство либо просто уйти вглубь очага и сгинуть там навсегда.
Чем выше уровень, тем быстрее всё происходило.
Йохан Бергман был заклинателем.
Он не мог задержаться в форте, даже чтобы подождать обратного поезда.
Так что сейчас Бергман собирался ехать дальше до курорта, и уже оттуда вернуться в столицу. Немалый крюк всего лишь ради короткой беседы.
Даже полчаса в такой близости от источника скверны, для обычного мага были настоящим испытанием.
Хотя Йохан и получаса-то не выдержал, если быть честным.
Мы проговорили едва ли десять минут, как он поспешил вновь скрыться в поезде, стены которого защищали магов от тлетворного влияния очагов.
Но своей цели посланец Бергманов достиг. Я пообещал, что на обратном рейсе присоединюсь к нему и тоже вернусь в город сегодня.
Чтобы на общем совете с союзниками уже более определённо решить, что нам делать дальше.
Увы, полного понимания того, что сейчас происходит, я от Йохана не получил.
Из-за скверны он очень торопился и объяснил лишь самое важное в нескольких словах. И всё сводилось к одному, у Бергманов в делах — полный трындец.
Причём связан он с нашим совместным проектом, препаратом, снижающим воздействие скверны на организмы магов и неодарённых.
И у этого трындеца есть имя — Вийоны. Ничего удивительного, в общем то. Родичи Катарины всегда ревниво относились к своей монополии на здоровье и красоту.
Все, кто достиг в этой сфере хоть малейших достижений, должны были «ложиться» под их покровительство, либо исчезали по разным причинам.
Правда, я не ожидал, что сейчас они столь быстро спохватятся.
Так что, попрощавшись с гонцом от Бергманов, сам я начал готовиться к отъезду.
В принципе каких-то особых сборов мне не требовалось. Но, как минимум стоило предупредить Арнольда, что в этот раз в грузовом вагоне нужно место для моей ламбы.
Ну и переговорить с учениками тоже надо. В частности, определить, кто поедет со мной, кто останется в форте.
Новые задачи, это не повод прекращать снабжение заводов. Скорее даже наоборот.
— Это получается, я вовремя подняла уровень сил, — задумчиво прокомментировала Ольга, узнав о моём отъезде.
Естественно, внучка была первым кандидатом на то, чтобы возглавить местные работы, пока меня не будет. И ход её мыслей окончательно убедил меня в верности этого решения.
— Надеюсь, инструктировать тебя не надо? — спросил я у неё.
— Контролировать охоту и сбор трофеев, вовремя менять кристаллы на очистных станциях, подпускать немного тварей очага к стенам форта ночью, не подпускать химер к форту вообще никогда. Вроде всё?
Я кивнул.
— Да, этого достаточно. Фред останется тебе помогать, Арнольд, понятное дело, тоже. Алину я забираю. А кто-то из парней может остаться.
— Я останусь! — моментально вызвался Прохор.
А Алан, наоборот, посмотрел на него с облегчением. Ещё бы. Раз Алина уезжает, он точно не хотел бы здесь торчать без неё.
Я не возражал. Ольга и Прохор были достаточно сильны, чтобы каждый мог руководить небольшим отрядом химер. Алан же подобную задачу пока не вытягивал.
Чтобы попасть в столицу тем же поездом, Арни пришлось дать взятку двум сержантам и выкупить у них билеты за три цены.
Курортный поезд был набит битком просоленными на море отдыхающими, их загорелыми до черноты жёнами и непрерывно перемещающимися по вагонам шумными детьми.
Мы с Йоханом попытались обсудить вопрос в дороге, но после отчаялись и плюнули, посвятив свободные два часа распитию рома, купленного им по случаю на побережье.
В двух словах он всё же ввёл меня в курс дела.
Но это не помешало мне снова выслушать рассказ о событиях от непосредственных участников.
— Сначала всё шло отлично, — начал рассказывать Свен, заместитель главы, — мы спокойно получили патент и провели первые клинические испытания. Также мы начали раскрутку бренда. Несколько статей в медицинских журналах, новости в СМИ о новом революционном средстве. Ну и вот, — развёл руками он.
— Я так понимаю, где-то на этом моменте о нашей разработке узнали Вийоны? — уточнил я.
— Узнали, — кивнул Йохан, — и это им очень не понравилось.
— Настолько, — проворчал Герхард, глава их службы безопасности, — что у меня значительно прибавилось работы.
Его перебила Кристина:
— Давай по порядку?
— Да что тут рассказывать! Надо объявить им войну, да и дело с концом! — грозно размахивая кулаком, вмешался Олаф.
После того как я его вылечил, дед хоть и пришёл в себя, но воинственного духа не растерял. Настоящий викинг.
Хотя сейчас он удивил даже меня.
— Войну Вийонам? — изумился я его смелости.
— Да нет же, — махнул он рукой, — Дюпонам.
Ладно. Похоже, он не настолько отчаянный, как я подумал. Осталось понять кто такие Дюпоны и причём здесь они. Название клана казалось знакомым, но не слишком запомнившимся. Так, какая-то мелочь.
Кристина снова нахмурилась и попыталась призвать к порядку:
— Вот поэтому я и говорю, что надо рассказывать всё последовательно! Вы так только запутаете нашего партнёра!
— Ладно, Кристина, — согласился глава Олаф, — расскажи Максимилиану всё так, как считаешь нужным.
И из её слов я понял вот что.
Ни один лечебный препарат нельзя пускать в продажу, пока его не одобрит специальная фармацевтическая комиссия. Есть чёткий список требований, которым лекарство должно соответствовать. И важное место в ней играют клинические испытания.
И вот с ними-то у Бергманов и начались проблемы. Сначала они договорились с одной из клиник, не принадлежащим Вийонам, конечно. Но буквально через пару дней их оттуда вежливо попёрли, отказавшись от сотрудничества, ссылаясь на какой-то совершенно дурацкий и двусмысленный пункт правил о порядке проведения таких испытаний.
На неофициальном уровне удалось выяснить, что на клинику серьёзно надавили Вийоны, пригрозив, что перестанут поставлять туда свои препараты.
Но Бергманы не сдались. Они договорились с другой больницей, на этот раз государственной, для простых людей.
Но там началась другая проблема. Район больницы заполонили уличные банды. Людей на улицах терроризировали буквально среди бела дня, а полиция совершенно ничего по этому поводу не предпринимала.
Так, очень быстро, люди просто перестали ходить в эту больницу, да и часть персонала была вынуждена уволиться.
В общем, проводить испытания тоже резко стало невозможно.
Но и это ещё не всё. Сразу же после этого, на представителей клана Бергман началось жёсткое давление со стороны клана Дюпон, шестёрок Вийонов, как мне объяснили.
Причём Дюпоны — что-то вроде отколовшейся младшей ветви главного клана. И тоже активно заняты в медицинском и фармакологическом бизнесе. Но помимо этого ещё и довольно боевые. Как минимум половину клиник Вийонов охраняла именно «младшая ветвь».
И вот они теперь вовсю кошмарили Бергманов. Буквально преследовали и провоцировали на дуэли, а несколько раз даже просто нападали без объявления войны.
Досталось даже верхушке клана. Именно этим и закончила рассказ Кристина.
— Меня подкараулили прямо возле дома, — возмущалась она, — причём они заранее позаботились о том, чтобы рядом не оказалось ни свидетелей, ни работающих камер. Просто бандиты! Конченые отморозки! — завелась она, — я отбилась буквально чудом. Но в этот же день таким же образом напали ещё на троих наших. И одного из них спасти не удалось…
— Доказательств нет, я правильно понимаю? — уточнил я.
— В одном случае была дуэль, — пояснил Йохан, — но всё было оформлено по правилам. Нашего человека спровоцировали. А ещё два раза — такие же внезапные нападения без свидетелей.
— Но я прекрасно разглядела, кто это был! — не успокаивалась Кристина.
Страсть к «раскладыванию по полочкам» покинула её, едва дело коснулось собственной безопасности.
— Вот я и говорю, — снова воинственно начал Олаф, — разве можно это терпеть⁈ Я не вижу иного выхода, кроме войны.
