— Магия света, — снова одобрил Нгана. — Очень хорошо. А ты, Бессмертный? Покажешь нам свою силу?
Крид задумался. Его магия крови была слишком мрачной для детской аудитории. Но тут он заметил увядший цветок у ног.
Он поднял растение и сосредоточился. Жизненная энергия потекла из его рук, и цветок на глазах ожил — лепестки распрямились, стебель выпрямился, листья зазеленели.
— Магия жизни, — прошептал Нгана с благоговением. — Великая магия.
Пигмеи заулюлюкали и захлопали. Некоторые упали на колени, другие подняли руки к небу. Очевидно, способность воскрешать растения произвела на них сильное впечатление.
— Идёмте в нашу деревню, — предложил Нгана. — Старейшины хотят с вами поговорить.
Они двинулись вглубь леса. Тропа была едва заметной, но пигмеи шли по ней с уверенностью слепых. Дети бежали рядом с демонами, задавая бесконечные вопросы:
— А вы настоящие демоны?
— А в аду жарко?
— А вы едите людей?
— А умеете летать?
Грикс и Вэлтарон терпеливо отвечали, стараясь не напугать малышей. Постепенно выяснилось, что местные представления о демонах довольно туманные.
— Мы не едим людей, — объяснял Грикс. — Мы питаемся энергией контрактов.
— А что такое контракты? — спросила девочка лет семи.
— Это… ну… когда люди просят нас о помощи взамен на что-то ценное.
— А что ценное?
— Раньше души. Но теперь мы работаем за честную плату.
— А души где?
Грикс растерялся. Объяснить концепцию души ребёнку из первобытного племени было непросто.
— Душа — это то, что делает тебя тобой, — вмешался Крид. — Твои мысли, чувства, мечты.
— А у демонов души есть?
— Есть, — ответил Вэлтарон. — Просто они других цветов.
Дети приняли это объяснение с готовностью, свойственной их возрасту.
Деревня пигмеев оказалась удивительным местом. Хижины были сплетены из веток и покрыты листьями так искусно, что издалека их невозможно было заметить. Они сливались с лесом, становились его частью.
— Ваши дома живые, — заметил Вэлтарон.
— Конечно, — удивился Нгана. — А разве можно жить в мёртвом доме?
Действительно, стены хижин продолжали расти, выпуская новые побеги. Крыши цвели, а полы были покрыты мягким мхом, который служил естественным ковром.
В центре поселения росло огромное дерево — настоящий гигант, крона которого терялась в небесах. У его подножия сидели три древних старика, настолько худых и морщинистых, что казалось, они вот-вот рассыплются в прах.
— Старейшины, — почтительно сообщил Нгана. — Мудрейшие из мудрых.
Старики поднялись с удивительной для их возраста ловкостью. Их глаза были мутными от катаракты, но взгляд — пронизывающим.
— Мы чувствовали ваше приближение, — сказал один из них голосом, похожим на шелест листьев. — Деревья шептали о странных путниках.
— Птицы рассказывали о тех, кто закрыл дыры в мире, — добавил второй.
— А звери говорили о бессмертном, что несёт в себе семена новой эпохи, — закончил третий.
Крид поклонился.
— Мудрые старейшины, мы пришли с миром. Не хотим нарушать покой вашего леса.
— Покой? — засмеялся первый старик. — В лесу нет покоя. Есть движение жизни. А вы часть этого движения.
Они сели в круг под великим деревом. Женщины принесли плоды, которых Крид никогда не видел, и напиток из перебродивших фруктов. Вкус был экзотическим, но приятным.
— Расскажите нам о внешнем мире, — попросил второй старейшина. — Мы редко покидаем лес, но любим истории.
Крид, Вэлтарон и Грикс по очереди рассказывали о своих приключениях. О серых пустошах, злом тиране, игре в маджонг на костях врагов. Пигмеи слушали с затаённым дыханием, изредка ахая от удивления.
— Интересная история, — заключил третий старейшина. — Но в ней чего-то не хватает.
— И чего же? — поинтересовался Крид.
— Понимания. Вы закрыли дыры в мире, но не поняли, зачем они открылись.
— Затем, что Акила хотел власти.
— Нет, — покачал головой старик. — Дыры открылись, потому что мир болен. В нём слишком много смерти и мало жизни. Пустота — это симптом, а не болезнь.
Крид задумался над этими словами.
— И что вы предлагаете?
— Лечить болезнь, а не симптомы. Нести жизнь туда, где её нет.
Пигмеи предложили им остаться на несколько дней. За это время Крид и демоны узнали удивительные вещи.
Они наблюдали, как шаманы лечат болезни, вытягивая из больного тёмную энергию и заменяя её светлой. Видели, как охотники договариваются с животными, прося разрешения на охоту и обещая использовать каждую часть добычи.
Слушали, как мудрецы читают историю племени по узорам на коре деревьев, и учились понимать язык птиц и зверей.
— Поразительно, — сказал Вэлтарон на третий день. — Они живут в полной гармонии с природой. Никого не убивают без нужды, ничего не берут больше необходимого.
— И при этом счастливы, — добавил Грикс. — Видели, как они смеются? Как играют с детьми? У них нет нашей тоски по большему и лучшему.
Крид молча наблюдал, как группа детей играет с детёнышами обезьян. Малыши разных видов резвились вместе, не видя различий между собой.
— Может быть, в этом и есть секрет, — тихо сказал он. — Принятие мира таким, какой он есть, вместо попыток всё изменить.
— Но вы уже это делаете, — заметил подошедший Нгана. — Учите далёкого короля, спасаете мир от пустоты.
— Потому что иначе мир погибнет.
— А может быть, потому что не умеете жить в настоящем моменте?
Этот вопрос заставил Крида задуматься. Действительно, он всегда был сосредоточен на будущем — на планах, целях, проблемах, которые нужно решить. А когда последний раз он просто наслаждался моментом?
Когда пришло время прощаться, старейшины подарили каждому из путешественников амулет.
— Это поможет вам помнить, — сказал первый старик.
Они покинули деревню под утро, когда лес только просыпался. Пигмеи проводили их до границы своих земель, а дети бежали рядом, махая руками.
— Возвращайтесь! — кричали они. — Расскажете ещё истории!
— Обязательно, — пообещал Грикс.
Когда лес остался позади, трое путешественников остановились на холме и оглянулись назад. Зелёная стена джунглей хранила свои секреты, а где-то в её глубине жили люди, сохранившие первозданную мудрость.
— Удивительные создания, — сказал Вэлтарон.
— Знают, как быть счастливыми, — согласился Грикс. — Без власти, без богатства, без завоеваний.
Крид кивнул, поглаживая амулет на шее.
Солнце палило нещадно, когда Крид и демоны выбрались из экваториальных лесов на открытую саванну. Бескрайние просторы простирались до самого горизонта, покрытые золотистой травой и усеянные одинокими акациями. Воздух дрожал от жары, создавая миражи в отдалении.
— Боги мои, — простонал Грикс, отирая пот со лба, — а я думал, что в Аду жарко. Это превосходит все мои представления о пекле.
— Согласен, — кивнул Вэлтарон, ослабляя воротник камзола. — Два века в пустоши не подготовили меня к такой жаре. Там хотя бы не было солнца.
Крид шагал впереди, казалось, совершенно не обращая внимания на палящие лучи. Его белая туника едва темнела от пота, а дыхание оставалось ровным.
— Знаете, — сказал он, не оборачиваясь, — в долгих путешествиях главное — правильная подготовка. Комфорт — это не роскошь, а необходимость.
— Легко говорить тому, кто не потеет, — проворчал Грикс.
— Потею, — возразил Крид. — Просто научился контролировать терморегуляцию тела. Одно из полезных навыков.
Он остановился под тенью раскидистой акации и жестом пригласил спутников присоединиться к нему.
— Привал, — объявил он. — В такую жару разумно передвигаться короткими перебежками.
Демоны с благодарностью рухнули в тень. Вэлтарон достал из ниоткуда изящный веер и начал обмахиваться, а Грикс попытался создать небольшой холодящий заговор.
— Вот видите, — сказал Крид, устраиваясь поудобнее у ствола дерева, — вы уже адаптируетесь. Используете доступные ресурсы для улучшения условий.
