— Мешарет бен Барзель, ты обучишь студентов работе с металлами.
К вечеру было призвано девяносто демонов. Долина напоминала съезд инфернальных интеллектуалов — повсюду сновали рогатые, хвостатые и когтистые существа, обсуждающие условия контрактов.
— Осталось десять, — сказал Крид, чувствуя усталость от многочасового ритуала. — Самые важные специальности.
Он активировал предпоследний круг.
— Дипломэль бен Давар, демон-переговорщик первого ранга!
Появилось элегантное существо в дорогом костюме, с рогами, отполированными до блеска.
— О, какая честь, — произнёс он медовым голосом. — Меня призывает сам легендарный убийца богов. Чем могу служить?
— Преподавать дипломатию и риторику в моей академии.
— С удовольствием! — демон поклонился. — Но позвольте уточнить условия…
Переговоры с дипломатом заняли полчаса, но закончились взаимовыгодным соглашением.
Последним был призван Цаваэль бен Тактик — демон военного дела с множеством боевых шрамов.
— Война! — рявкнул он, материализовавшись. — Где враги? Кого убивать?
— Никого, — успокоил его Крид. — Ты будешь обучать студентов военной тактике и стратегии.
— Обучать? — демон растерялся. — Но я привык сражаться, а не болтать!
— Обучение — это тоже вид войны. Война с невежеством.
— Хм… — Цаваэль задумался. — А можно будет проводить практические занятия? С настоящими сражениями?
— Учебные бои, — согласился Крид. — Без смертельных исходов.
— Договорились!
Когда последний контракт был подписан, Крид обратился ко всем собравшимся демонам:
— Господа! Вы стали частью великого проекта — создания первой всеафриканской академии. Здесь будут обучаться представители всех племён континента. Ваша задача — передать им знания, которые помогут построить новую цивилизацию.
— А что, если студенты окажутся неспособными к обучению? — спросил один из демонов.
— Тогда найдём новые методы преподавания. Каждый человек способен учиться, нужно только найти правильный подход.
— А дисциплина? — поинтересовался другой. — Что делать с нарушителями?
— За дисциплину отвечают деканы, — Крид указал на Вэлтарона и Грикса. — Они разработают систему поощрений и наказаний.
— Когда начинаем строительство? — спросил демон-архитектор.
— Завтра. Призову рабочих из ближайших племён. За месяц должны подготовить основные помещения.
— А учебный план?
— Каждый факультет разрабатывает свою программу. Общая координация — через ректорат.
Демоны начали расходиться по временным убежищам — пещерам и гротам в окрестных скалах. Многие уже обсуждали планы будущих занятий.
— Как думаете, получится из них преподавателей? — спросил Вэлтарон.
— Получится, — уверенно ответил Крид. — Демоны — прирождённые учителя. Они веками занимались тем, что объясняли людям, как получить желаемое. Только теперь будут объяснять, как получить знания.
— А студенты? Согласятся ли племена отправлять своих детей учиться к демонам?
— Согласятся, если покажем результаты. Первый набор будет экспериментальным — по несколько человек от каждого племени. Если они вернутся домой с полезными знаниями, желающих учиться станет больше.
Грикс смотрел на долину, где уже начинали размечать места для будущих строений.
— Знаете, — сказал он, — а мне нравится эта идея. Превратить континент варваров в центр образования и науки.
— Это только начало, — ответил Крид. — Когда академия заработает на полную мощность, мы создадим филиалы в разных частях континента. А затем начнём обмен студентами с другими частями света.
— С Британией?
— Конечно. Представляете, как обрадуется Мерлин, когда узнает о новых магических школах? А Артур получит дипломированных помощников для управления королевством.
— Сколько времени потребуется, чтобы всё это реализовать?
— Лет десять на создание основы, — подсчитал Крид. — Ещё лет двадцать на развитие системы. А через тридцать лет Африка станет неузнаваемой.
Солнце садилось за горы, окрашивая долину в золотистые тона. В воздухе витало ощущение начала чего-то грандиозного — проекта, который изменит судьбу целого континента.
— Марибанда, — тихо произнёс Крид, глядя на горизонт. — Великое единство. Скоро это будет не просто название, а реальность.
Первая всеафриканская академия начинала свою историю.
Строительство академии подходило к концу, когда перед Кридом встала новая проблема. Представители различных племён, прибывшие для обучения, с трудом понимали друг друга. У каждого племени был свой язык, свои диалекты, свои способы письма.
— Это катастрофа, — сказал Вэлтарон, наблюдая, как студенты из племени Азанде пытаются объяснить что-то представителям Батеке с помощью жестов. — Как преподавать, если половина аудитории не понимает, о чём говорит другая половина?
— Нужен общий язык, — согласился Крид. — Язык образования, торговли, дипломатии. Что-то, что объединило бы все племена.
— Может, арабский? — предложил Грикс. — Торговцы его уже частично знают.
— Арабский слишком сложен для массового изучения, — покачал головой Крид. — К тому же он ассоциируется с работорговлей. Нужно что-то нейтральное.
Он задумался, глядя на хаос в центральной аудитории, где сто студентов из двадцати племён пытались разобрать лекцию Хешбоная о базовых принципах математики.
— Латынь, — внезапно сказал он.
— Что? — переспросил Вэлтарон.
— Латынь. Язык Римской империи. Структурированный, логичный, подходящий для науки и права. К тому же большинство европейских учёных его знают.
— Но местные племена никогда не слышали о латыни, — заметил Грикс.
— Тем лучше. Значит, ни у кого не будет преимуществ. Все начнут изучать с нуля.
Крид поднялся на импровизированную кафедру в центре аудитории.
— Внимание! — громко произнёс он. — С завтрашнего дня все занятия в академии будут вестись на латинском языке.
В аудитории поднялся гул недовольства. Студенты заговорили на своих языках, выражая протест.
— Я понимаю ваше недовольство, — продолжил Крид. — Но латынь станет языком единства для всех народов Марибанды. Кто владеет латынью, сможет общаться с любым образованным человеком на континенте.
— А как мы её выучим? — крикнул кто-то из задних рядов. — Мы даже писать толком не умеем!
— Поэтому сначала изучим основы письма и чтения, — терпеливо объяснил Крид. — Латынь имеет простой алфавит — всего двадцать три буквы. Грамматика логична и последовательна.
Он взял кусок угля и начал писать на каменной стене:
**A B C D E F G H I L M N O P Q R S T V X Y Z**
— Это латинский алфавит, — объявил он. — За месяц все должны его выучить. Через три месяца — уметь читать простые тексты. Через полгода — свободно изъясняться на латыни.
— А если не сможем? — спросила девушка из племени Тва.
— Сможете, — уверенно ответил Крид. — У человеческого мозга удивительная способность к изучению языков. Главное — практика и мотивация.
Он обратился к демонам-преподавателям:
— Все занятия переводим на латынь. Объяснения давать медленно, с повторениями. Использовать рисунки, схемы, жесты — всё, что поможет донести смысл.
— А сами-то мы латынь знаем? — шёпотом спросил Кимияэль.
— Изучите за три дня, — спокойно ответил Крид. — У демонов память лучше человеческой.
Следующие недели академия превратилась в гигантскую языковую школу. Утром все изучали латинский алфавит, днём — базовую грамматику, вечером — практиковались в разговоре.
— «Salve» значит «здравствуй», — терпеливо объяснял Дипломэль. — «Vale» — «прощай». «Gratias» — «спасибо».
— Повторяем спряжение глагола «esse» — «быть», — требовал Хешбонай. — «Sum, es, est, sumus, estis, sunt».
— А теперь простые фразы, — добавлял Рофеэль. — «Ego sum medicus» — «Я врач». «Tu es discipulus» — «Ты ученик».
Прогресс был удивительным. Молодые умы схватывали новый язык на лету. Уже через месяц студенты могли представиться и объяснить, откуда они родом. Через два месяца — понимать простые лекции.
