— Хм! Мёрзнуть, спать в грязи, не мыться неделями, есть что попало, контактировать с такими же грязными и грубыми людьми. — перечислила мачеха с лёгкой брезгливостью на лице. — Я не могу представить, какой нормальный жених найдётся потом для тебя.
— Такой, который тоже любит мёрзнуть, спать в грязи и есть что попало под грубые анекдоты за костром. — моя улыбка стали шире.
— Ясно. И моё желание пообщаться, узнать друг друга поближе для тебя ничего не значит?
— Оно для меня много значит. И мы сделаем это в любое время! После моего возвращения. Обещаю вам, Анна Вильгельмовна.
— Хорошо. Я запомню это, Александра. — посмотрев на меня взглядом кобры, смотрящей на птенца в гнезде, мачеха повернулась к Николаю и с улыбкой продолжила светский разговор.
Блин, и что это было? Она хотела показать власть? Или так мне привить чувство вины? Может, теперь будет отцу жаловаться, типа, смотри, дорогой, я то с твоей байстрючкой хотела как с доченькой, а она мне кукиш показала и сбежала, сучка белобрысая?
Ладно. Потом разберусь. Хрен их поймёшь, этих аристократов, что за свинью они тебе в очередной раз подкинут.
После завтрака я забил на уроки Серафимы и уехал в город, пробежаться по магазинам с мелочами для вылазки. Купил пространственный рюкзак — изумрудную звезду надо маскировать, глупо будет всем и каждому показывать, что у тебя есть миниатюрный пространственный артефакт, голову открутят и заберут.
В рюкзак полетели палатка с механизмом сокрытия силы и самоустановкой, консервы, мясные и фруктовые, мыло, которое мылит даже без воды, зубная щётка, паста, тёплые вещи, сигнальные артефакты. Подумав, взял и бездонную флягу — в неё вмещалось пять кубометров воды. В принципе, я себе могу магией хоть душ устраивать, но иногда надо же просто выпить воды без того, чтоб демаскировать себя магией. Наверное.
Харитон безропотно таскал рюкзак, а я сваливал туда это всё добро.
В кулинарном отделе у меня прям глаза разбежались! Консервы консервами, но монстры в Руинах очень вкусные и полезные! Поэтому я купил специальный артефакт с тремя десятками приправ внутри, шампуры, складной мангал, кучу одноразовой биоразлагаемой посуды. Неизвестно, сколько продлится вылазка в Руины, может, неделю, а может, и два-три месяца.
Немного посомневавшись, зашел на улицу алхимиков. Местные зелья на меня действуют не в полную силу, системы магии же другие, но действуют! Поэтому надо бы и допингом закупиться. В рюкзак полетели зелья быстрого восстановления магических сил, зелья регенерации, противостихийные зелья, увеличивающие сопротивление организма магии одного или нескольких направлений.
Захотелось ещё обуви купить… Но да ладно, у меня сохранилась драконья шкура, в которой я прожил полгода в Кольских Руинах. И тапочки из неё. Захвачу их с собой, они удобные, а шкура почти не снашивается, ещё и магия её не сразу уничтожит, если вдруг чего. А лучше скажу фрейлинам, чтоб из остатков пошили ещё две-три пары обуви! А то чего они лентяйничают? Только зря жирком заплывают!
Следующим утром я пораньше выехал в аэропорт. Утренние пробки никому пощады не дадут, а лететь туда своим ходом было бы слишком вызывающе. Но я зря волновался, то ли Харитон так круто водил, то ли машины расступались перед нами, пропуская без преград, но мы домчались до аэропорта меньше, чем за час.
Лариса уже ждала нас там.
— Привет! — я подошел к ней.
— Доброе утро, Ваше Высочество. — магичка поклонилась мне и протянула билет, купленный на моё имя.
— Перестань. Я же говорила не раз!
— Я… со временем привыкну. — только и улыбнулась она.
Мы сели в зале ожидания, пока остальные подтягивались. Следующим появился Семашко, буквально минут через десять после меня. Молча поклонился нам, по большей части мне, взял билет и стал рядом, вглядываясь в окружающих. Батуменко с Пирцхалава явились всего за полчаса до вылета, причём вдвоём.
Это уже хорошо. Значит, никто не решился «соскочить» в последний момент, все они решили лететь!
— Доброе утро всем. — поприветствовал я их, поднимаясь из кресла. — Я очень рада, что все вы здесь.
— Ваше Высочество, как только я взглянул в ваши прекрасные глаза, я сразу же понял, что с вами хоть в Ад пойду! — заверил меня Пирцхалава, дерзко поправляя кепку.
— У меня есть честь, царевна, если уж я дал своё слов — то я его сдержу! — более пафосно заявил Батуменко.
— Прекрасно. Тогда идёмте к самолёту.
Уже сидя на своём месте и глядя на уплывающую назад Москву, я приказал себе настроиться на серьёзный лад. Впереди будет кровь, много крови, я это чувствую. И, мне кажется, не только монстров Руин.
Глава 19
Через несколько часов мы приземлились в Аль Шарконе — городке на востоке от Аравийских руин, выполняющий функцию перевалочного пункта. Таких городов, учитывая размеры руин, было штук шесть или семь, а то и десять, смотря как считать. Арабы почему-то относились к Руинам достаточно наплевательски, потому-то они так разрослись, и такой плотной стражи, как в России или в странах Европы, у Руин не было. Видимо, шейхи считали, что археологи справятся с опасностями и так. А если не справятся, то можно набрать новых, а старых казнить. Чтоб новые справлялись лучше.
Доехав до города из аэропорта на такси, мы выгрузились на центральной улице. Выглядела она не очень — вместо асфальта утоптанная земля или песок, белые квадратные строения по бокам с маленькими окошками, куча каких-то нищих, сидящих там и сям с протянутыми руками. Едва мы выбрались из машины, как к нам подбежала ватага арабских детишек и стала клянчить мелочь. Причём пока одни клянчили, другие пытались вытащить телекинезом мелочь из карманов. Мелкие получили по рукам и сбежали, а мы пошли вперёд.
— Какие будут приказания, царевна? — Батуменко брезгливо откинул носком сапога дохлую крысу.
Её тут же подхватил один из мелких оборванцев, подбежал к нам и стал кричать, что это был его питомец, и мы должны ему дать деньги на покупку нового. Зураб дал ему пинка под зад, и мелкий убежал, потирая жопу и с негодованием поглядывая на нас.
— Я тут не была… Но тут должно же быть какое-то место, где собираются археологи. Гостиница или бар. А может даже административное здание. Хотя для такой дыры это фантастика. В общем, найдём проводника и отправимся в Руины.
— Ясно.
В Аравийские руины нельзя заходить просто так. Карт у них, ясное дело, не было, как и у остальных, но они были огромными! Из Северных Руин можно просто выбраться, идя в одну сторону, всего-то пятнадцать километров радиусом. То тут почти сто тридцать километров от края до центра! Запросто можно заблудиться и ходить кругами хоть до самой смерти. Поэтому местные археологи нанимаются как проводники, уже так сроднившись с иномировым место, что чувствуют всей сутью направления в нём.
Гостиница нашлась и не одна. Ближе к центру города стало получше, нищих почти не было, появился асфальт, и по нему стали ездить вполне приличные автомобили. Даже прохожие из арабов превратились в по большей части европейцев.
— Вон там, смотрите. — указала рукой Лариса. — Оттуда постоянно входят и выходят.
— Ага. — я согласился с ней. — Пойдёмте.
Мы зашли в довольно большое здание, выполненное в местном стиле. Но внутри оно выглядело вполне по-европейски — деревянные полы и отделка, конторки, люстры под потолком, кондиционеры методично охлаждали воздух, заставив меня слегка поёжиться. Людей было немного, свободных конторок хватало, так что мы подошли к первой попавшейся.
— Чем могу помочь? — на вполне приличном английском спросил араб, сидящий в нише.
— Здесь можно нанять проводника в Руины? — вперёд выступил Батуменко как самый представительный.
— Проводники все заняты, очень много заказов. — уныло сообщил парень. — Но вы можете стать в очередь, в течение недели мы позвоним вам, если кто-то освободится!
— А что такое? Почему такой завал?
