Атсу и пришедший в себя Кейфл в немом удивлении смотрели на взявшуюся из ниоткуда женщину.
– Ты… в порядке? – с тревогой спросила Ифе. – Осирис, он…
– Всё знает. Да, получилось очень нехорошо. Но со мной всё в порядке. Даже не приходил никто.
Аментет почувствовала, как с её сердца упал непосильный груз вины.
– Как раз потому я и здесь! – продолжала маа-херу. – Милый Сет, спасибо тебе за возможность передать послание.
Сет неопределённо махнул рукой, с которой ссыпался пепел – остатки статуэтки.
– Мересанх, прошу, говори! – не выдержала Ифе.
– Я знаю, как тебе и принцу заслужить прощение Осириса! – радостно всплеснула руками женщина. – Даже Сету это может зачесться.
Зал погрузился в тишину. Ифе смотрела на счастливо улыбавшуюся Мересанх, силясь понять, могла ли она опуститься до такой жестокой шутки.
– Есть грехи, которые смертным не прощают, – тихо сказал Кейфл.
– Есть особые ситуации, когда героям прощают всё, – возразила женщина.
– Маа-херу Мересанх, прошу, не нужно загадок… – боясь ощутить надежду, попросила Ифе.
– Ладно-ладно…
Она таинственно улыбнулась. У Ифе замерло сердце, словно предчувствуя начало чего-то безумного.
– Всё очень просто. Вам нужно добыть ма-а-аленькие кусочки силы пары-тройки богов. Осирису они очень нужны.
Сет уточнил в своей ехидной манере:
– А Осирис в курсе, что они ему нужны?
Мересанх недовольно сморщила носик.
– Наверняка. Ведь я узнала об этом от самой Исиды…
Маа-херу замолчала, исчезнув красном блике, но через мгновение снова появилась.
– Времени совсем мало… – нахмурилась она.
– Ты говорила с Исидой?.. Что значит добыть кусочки силы богов?! – голос Ифе дрожал.
– Украсть. Вам нужно украсть артефакты силы у трёх богов, что правят в Та-Кемет…
Новая вспышка. Мересанх исчезла, но её слова остались звоном в ушах каждого, кто находился в зале. И лишь Атсу хватило сил повторить сказанное ею:
– Обокрасть богов?! Вам нужно обокрасть богов?
Глава VIII. Учение
Узреть верный путь дано лишь тебе.
Кому ты поверишь? Богам иль судьбе?
Дуат. Зал Судилища
– Надеюсь, ты пришёл с хорошими вестями, сын мой.
Анубис спокойно преклонил колени перед Царём Богов.
– Прости меня.
– Знаешь, сколько раз я слышал эти слова? Особенно здесь, – великий Осирис восседал на троне, бесстрастно глядя на своё дитя. – Неужели моя карающая длань ослабла?
– Нет.
– Тогда объясни, почему за твоей спиной я не вижу две грешные души, что оскорбили мою власть и мои дары? – голос бога стал громче, яростнее, в нём бушевали силы жизни и смерти. – Почему, сын мой, ты не выполнил поручение? Быть может, твоё чутьё ослабло?
– Чутьё меня не подводит. Но ты сам распорядился, чтобы я не использовал все свои силы в мире смертных, – Анубис сохранял спокойствие. – Во избежание жертв.
– Даже капли твоей мощи должно было хватить на смертную девчонку и лживого хекау.
– Но не на твоего брата.
Лицо Осириса исказилось гневом.
– Он посмел показаться?!
– Как раз в тот момент, когда я собирался забрать души грешных аментет и маа-херу, – пояснил Каратель. – В отличие от меня Сет не сдерживал силы. Пришлось постараться, чтобы смертные вокруг ничего не увидели. И не пострадали.
– Зачем он появился?
Анубис ответил не сразу. «Как бы Сет ни утверждал, что презирает смертных, его появление должно было быть связано с теми душами, – размышлял он. – Слишком вовремя. И слишком непоследовательно».
Бог вспомнил, как его преступник-дядя позорно сбежал почти сразу после ухода грешных аментет и принца. Будто он хотел отвлечь его, дав им возможность сбежать. Об этом нужно было рассказать Царю Богов. Таков был долг Карателя.
Но, кроме сражения с Сетом, Анубис вспомнил и лёгкое прикосновение грешницы к плечу. В тот миг он действительно был медленнее. Слабее. Сет ударил его всей силой.
«А её касание вернуло ясность мысли, – он не мог понять, почему грешница помогла ему. – Зачем она вообще приблизилась, когда уже могла бежать прочь?»
Это было неправильно. Необычно. Те души, за которыми Осирис обычно посылал его, были худшими. Самыми грешными, самыми опасными. Теми, что угрожали своими деяниями самому мирозданию. Такие души не стали бы проявлять милость к их палачу. «Никто бы не поступил так на её месте», – понял бог.
Но грешница поступила.
– Ты всё ещё не оправился после сражения, сын мой? – раздражённый голос Царя Богов окутал зал.
Анубис вскинул голову, поняв, что так и не ответил на его вопрос.
– Зачем пришёл Сет? Он как-то связан с теми душами? – повторил Осирис.
«Грешники все одинаковы. Поведение бывшей аментет могло быть уловкой».
– Это воз… – договорить то, что решился поведать, Каратель не успел.
– Сомневаюсь, – перебив его, в зал вошла как всегда сияющая Царица Богов.
– Жена моя, – улыбнулся Осирис.
– Муж мой, – мягко проворковала Исида.
– Ты что-то знаешь о случившемся?
– Лишь то, что услышала, пока шла сюда. Раз вы столь громко говорили, тайны в этом нет.
Анубис вежливо поклонился богине:
– Моя царица.
Исида взглянула на него и тут же вновь вернула всё своё внимание супругу.
– Я уверена, что Сету нет дела до грешных душ. Единственное, что могло заставить его появиться, – это возможность напомнить о себе.
– Неужели ты думаешь, что я могу забыть о собственном убийце?! – вскричал Осирис, поднимаясь с трона. – Анубис потратил века на то, чтобы его поймать, но Сету всегда удавалось скрыться в последний момент. А теперь он сам приходит к Карателю, но ровно в тот миг, когда я приказал не использовать ему полную мощь! Кроме того, Сет содействует побегу двух грешных душ, которые смогли возродиться без права. Таких совпадений не бывает.
Молча выслушав тираду мужа, Исида приблизилась к трону. Она нежно дотронулась до щеки Осириса, одним лишь прикосновением стирая гнев с его лица.
– Ему нужно всё твоё внимание. Не Карателя. Не гончих. Не тех, кого ты за ним посылаешь. Сет всегда завидовал именно тебе, – голос богини был мягким и убаюкивающим. – Думаю, он узнал о том, как те души тебя оскорбили, и решил, что, спасая их, снова сможет вызвать твой гнев. Не поддавайся, муж мой. Покажи, что тебе всё равно.
Осирис прикрыл глаза, позволяя жене погладить себя по волосам. Очертить кончиками пальцев линию скул и бровей.
– Когда Сет, в стремлении добиться твоей ярости, потеряет бдительность, Каратель найдёт его, – продолжала говорить Исида. – И низвергнет в глубины глубин.
Последние слова она прошептала, почти касаясь губ мужа. Осирис глядел в её глаза с безграничной любовью. «Я всегда знаю, что ты хочешь услышать, муж мой…» – думала богиня, отвечая на его взгляд с неменьшим чувством.
Анубис отвернулся от царственной четы, давая им подобие уединения. «Царица права, – думал он. – Сету никто не нужен. Лишь сила».
Словно подтверждая мысли Анубиса, Осирис произнёс:
– Сет – одиночка. Ему важны лишь власть и собственное величие. Глупый гордец, – на губах Царя расцветала ухмылка. – Отзови с его следа гончих, сын мой. Ненадолго. Пусть убийца решит, что мы о нём забыли.
– А души?
Осирис по-отечески нахмурился.
– Они должны быть скормлены Амт, – бог подошёл к Анубису, положив тяжёлую руку ему на плечо. – Я люблю тебя. Но моему Карателю непростительна слабость. Если через три дня по исчислению смертных ты не доставишь души грешных аментет и принца в Дуат, то по своей воле откажешься от божественной силы. До тех пор, пока не докажешь, что достоин называться Карателем Царя Богов даже без неё.
