«У кого ты просишь прощения, Атсу?» – пауза затягивалась, и Ифе видела, как плечи вора напряглись.
– Я принимаю твоё обещание, Атсу, – тихо сказала она. – И прощаю тебя.
Вор хрипло вздохнул. Всё ещё мягко сжимая руку Ифе, он поднёс её к губам, касаясь поцелуем тонкой кожи запястья.
– Спасибо, Шани…
Аментет едва расслышала имя, которое прошептал вор. Шани. Догадка Ифе оказалась верна – Атсу жаждал не только её прощения. Но спрашивать больше аментет не решилась. И тогда не подумала о том, что уже знала это имя.
Спустя долгие мгновения без движения Атсу тряхнул головой.
– Тебе нужно отдохнуть. Прости, что отнял столько времени.
Ифе кивнула.
– Я была только рада.
Тепло улыбнувшись друг другу, вор и аментет попрощались.
И, несмотря на новый ворох вопросов, возникших в голове после разговора с Атсу, сразу после его ухода Ифе сморил сон. Которому мягкая кровать не позволила противиться.
* * *
Аментет видела Зал Судилища.
Она бывала там лишь раз. Но помещение, которое окружало её сейчас, было совсем отдалённо похоже на величественный зал, в котором судили души. Разрушенные троны богов, растрескавшийся камень вместо водной глади… И видневшаяся вдалеке алая буря песка, поглотившая закатное небо Полей Иалу.
«Что произошло?!» – страх поглощал разум. Порыв горячего ветра ударил Ифе в лицо.
Ты пускаешь круги по воде, дитя…
Почему столь многое происходит вокруг тебя?
– Кто здесь? Покажись! – закричала девушка.
По залу пронёсся шелестящий смех.
Ты мне нравишься… В тебе есть ярость и боль. То, что нужно.
Я буду ждать тебя.
* * *
Аментет резко распахнула глаза. Схватившись за сердце, так и норовившее выпрыгнуть из груди, Ифе осмотрелась.
– Сон… Это был просто сон… Со смертными такое бывает… – шептала она, пытаясь успокоиться.
На трясущихся ногах девушка встала с кровати. «Атсу говорил, что вода есть в главном зале…»
Всё ещё не до конца привыкшая к таким проявлением человеческого тела, как жажда, аментет замечала их далеко не сразу. Лишь когда они перерастали в необходимость.
Нетвёрдыми шагами Ифе дошла до главного зала храма Сета. Кошмар всё ещё не отпускал её мысли.
«Маа-херу рассказывали, что сны редко имеют смысл. Они лишь итог сильных переживаний», – вспоминала аментет. Это успокаивало. В конце концов, переживаний у неё было достаточно, чтобы увидеть кошмар.
Испив воды из храмового источника, Ифе с удивлением поняла, что ни Атсу, ни Кейфла в зале не было. Она прислушалась. Эхо длинных коридоров храма донесло тихие голоса и стук фишек о доску, характерный для игры в сенет.
«Неужели? – девушка слабо улыбнулась. – Интересно, Кейфл всё так же недовольно хмурится, а Атсу язвит через слово?..»
Ей не хотелось нарушать игру мужчин. Ведь была надежда, что без её присутствия они найдут общий язык. Аментет осмотрелась.
«Сет… Бог, которого людей заставили позабыть».
Раньше его храм наверняка посещало немало смертных, но теперь от былой роскоши сохранилось разве что изображение самого бога. Ифе подошла к нему.
– Убийца Осириса, лишивший глаза Гора и бежавший, как только Царь Богов возродился, – она с интересом рассматривала рисунок. – За ним по сей день тоже охотится Осирис. Кто бы мог подумать, что у меня будет что-то общее с легендарным Сетом?
Внезапная мысль заставила Ифе прикоснуться к стене. Во многих местах сохранились следы алой краски.
– Охотится… За Сетом охотится Осирис и его главный Каратель – Анубис. Его сын… Анубис – племянник Сета.
Девушка отшатнулась от изображения бога.
– О, Великая Эннеада!
– Догадалась наконец?
Она резко обернулась. В центре зала стоял незнакомец с алыми отсветами в волосах. На его губах играла таинственная ухмылка.
– Прости, при своём племяннике я не мог должным образом поздороваться. Ему ни к чему знать, что мы с тобой знакомы.
«Племянник… Сколько раз он говорил это слово. Я могла бы догадаться давно!»
– Ты Сет, – прошептала Ифе.
– Виновен.
– Хека смертных… Ты пользуешься ей, чтобы Осирису и другим богам было сложнее тебя найти!
– Умная аментет. Даже слишком.
Ифе не знала, что делать. Незнакомец – тот самый Сет! – не пытался приблизиться, не угрожал ей. Она вообще не понимала, что ему было от неё нужно.
– Ты убил Царя Богов…
– Было дело, – спокойно кивнул грешный бог. – Но сейчас он жив, так что, по сути, я невиновен.
«У Осириса явно иное мнение на этот счёт…»
– Скажи, аментет Ифе, мой подарок всё ещё при тебе? – резко перевёл тему Сет.
«О боги… Сесен! Мне подарил сесен сам Сет! Как будто без этого на моём счету было мало греховных деяний против богов!»
– Н-нет, – запинаясь, ответила девушка, боясь заставлять мужчину ждать.
– Дай угадаю, тебе пришлось оставить его, когда за тобой явился мой племянник?
Ифе кивнула: «С богами лучше не спорить».
– Это даже к лучшему. Тот лотос наверняка уже завял. Надеюсь, ты понимаешь, что я оказался в лавке не просто так?
– Ты обещал прийти в самый тёмный час. Если я честно назвала бы своё желание.
– И я пришёл. Понимаешь, мне нравятся те, кто идёт против воли богов.
Ифе понимала, что ей следовало испытывать страх. Перед ней был не просто убийца, а тот, кого осудили и люди, и боги. Тот, кто убил правителя всего сущего. И всё равно она ощущала лишь беспокойство, смешанное с любопытством.
Сет сделал шаг в сторону аментет. Ифе не сдвинулась с места. «Быть может, в сложившейся ситуации только его мне и не стоит опасаться», – решила она.
– Наше противостояние с племянником, как всегда, закончилось моим побегом. В конце концов, мне всего-то нужно было отвлечь его от тебя и твоего дружка. Но кое-что я забрать успел.
Бог протянул девушке свёрток. Она неуверенно взяла его, дёрнувшись от мимолётного прикосновения к руке бога. Развернув ткань, аментет увидела платье, подаренное Мив. То самое, что когда-то шилось для незнакомой, но почему-то очень важной женщины по имени Азенет.
– Спасибо. Не стоило… – Ифе ощутила искреннюю благодарность.
Бог ответил не сразу, задумчиво смотря на её улыбку.
– Стоило.
– Зачем?
– Как я уже сказал, мне нравится, что ты рискнула. Но ещё мне нужно передать тебе послание.
– От кого?
Сет ухмыльнулся.
– Мои путешествия на Поля Иалу не прошли даром. Я встретил столько очаровательных дам. Одна из них назвалась твоей подругой.
– Мересанх…
– Она самая.
Сет достал из-под полов своего одеяния небольшую статуэтку в виде женщины. Сжав её в руке, бог напевно произнёс слова хека, и воздух вокруг него налился алым светом.
– Djet medu akh is t ankh… Djet medu akh is t ankh…
– Что здесь происходит?! – крик Кейфла тонул в гудении силы.
Ифе с трудом отвела взгляд от творящего хека Сета. Принц и Атсу, вошедшие в зал, замерли. Хекау очнулся от шока первым, бросившись в сторону бога.
– Кейфл, стой!
– Ифе, отойди от него!
Мужчины кричали одновременно, а Сет не прерывал речи.
– Djet medu akh is t ankh…
Стоило принцу оказаться в двух шагах от бога, как его отбросило алой вспышкой силы. Атсу шагнул в сторону Ифе, но она резко покачала головой.
– Не приближайся!
Фигурка женщины в руках Сета треснула, и из её сердцевины начали вырываться алые лучи. Аментет едва успела прикрыть рукой глаза. А в следующий миг услышала знакомый высокий голос.
– Ну здравствуй, милая моя!
Открыв глаза, Ифе не поверила в увиденное. Перед ней, в мире смертных, стояла маа-херу Мересанх. Девушка непроизвольно шагнула вперёд, протягивая к ней руку, но женщина отшатнулась от неё.
– Прости. Никаких прикосновений. Меня тут на самом деле нет, но если ты коснёшься части моего духа, то не станет совсем… – маа-херу закатила глаза. – В общем, это сложно объяснить. Да и нет у нас на это времени.
