Может быть, Рюрик был прав, и они действительно могли построить нечто значительное на восточных землях. Хотя за свою долгую жизнь Виктор видел крушение множества империй и амбициозных планов, что-то в этих трёх братьях заставляло его верить в возможность успеха.
## ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ
### ХЕЛЬГА
Морской ветер трепал длинные русые волосы Хельги, когда она стояла на крутом берегу бухты, наблюдая за прибывающими кораблями. Два драккара с резными драконьими головами величественно разрезали свинцовые воды залива. Судя по флагам и форме носа переднего корабля, это был знаменитый «Морской волк» Рюрика, о котором говорили во всех прибрежных поселениях.
— Снова пялишься на варягов, дочка? — раздался за спиной насмешливый голос отца.
Хельга обернулась. Хотен, крепкий мужчина средних лет с проседью в рыжеватой бороде, смотрел на неё с лёгкой улыбкой. Несмотря на варяжское происхождение, годы торговли и жизни среди славянских племён придали его внешности мягкости. Только в голубых глазах всё ещё светился северный лёд — такой же, как и у дочери.
— Мне интересно посмотреть на этого Рюрика, о котором все говорят, — ответила Хельга, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Ты сам рассказывал о его подвигах.
— Да, парень не промах, — кивнул Хотен. — Но не забывай: варяги красиво говорят, когда хотят торговать, и быстро хватаются за мечи, когда торговля не складывается.
— Я помню твои уроки, отец, — улыбнулась Хельга. — Держи руку на кошельке, когда говоришь с франком, глаз на выходе, когда пьёшь с даном, и ухо востро, когда торгуешься с варягом.
Хотен рассмеялся:
— Да, именно так! И особенно это касается молодых варяжских конунгов с амбициями больше их кораблей.
Хельга промолчала. Её отец, хоть и был наполовину варягом сам, всегда настороженно относился к своим северным соплеменникам. Возможно, потому, что в юности пережил их набег на родное славянское поселение, во время которого погибла его мать.
— Он направляется сюда? — спросила она, кивнув на приближающиеся корабли.
— Думаю, да, — кивнул Хотен. — Вчера приходил гонец от Велемира. Сказал, что Рюрик хочет поговорить со мной. Наверное, опять будет предлагать совместный торговый поход.
— А ты согласишься?
Хотен задумчиво погладил бороду:
— Зависит от условий. И от того, что я узнаю о его истинных планах. Слишком много слухов ходит в последнее время.
Хельга вопросительно посмотрела на отца:
— Каких слухов?
— О том, что молодой конунг собирается не просто торговать на востоке, а закрепиться там. Основать своё королевство, — Хотен покачал головой. — Слишком амбициозно даже для него.
— А если это правда? — осторожно спросила Хельга. — Что тогда?
Хотен внимательно посмотрел на дочь:
— Тогда я должен решить, хочу ли я, чтобы ты и твои братья жили под его властью. Или лучше отправиться туда, где варяги только торгуют, но не правят.
Хельга промолчала. В отличие от отца, она не видела ничего плохого в том, чтобы люди вроде Рюрика основывали новые королевства. Особенно если эти королевства будут построены на торговле и порядке, а не на грабеже и набегах, как у многих других варяжских вождей.
Корабли уже подходили к берегу. На носу переднего стоял высокий светловолосый воин в плаще, скреплённом на плече массивной фибулой. Даже с расстояния было видно, как уверенно он держится. Настоящий вождь, подумала Хельга. Кто-то, кто привык командовать и принимать решения.
— Пойдём, — сказал Хотен. — Нужно встретить гостя подобающим образом. Всё-таки он племянник Велемира, а старик всегда был к нам добр.
Они спустились по крутой тропинке к небольшой пристани, где уже собирались жители посёлка. Здесь, в отличие от поселения Велемира, жили в основном славянские семьи, занимавшиеся торговлей с северными соседями. Хотен был одним из немногих варягов, кто осел здесь надолго, женившись на местной девушке и полностью интегрировавшись в общину.
К тому времени, когда они достигли берега, первый драккар уже причалил, и с него начали сходить воины. Хельга внимательно наблюдала за Рюриком, который легко спрыгнул на причал и теперь оглядывался, явно кого-то ища.
Его взгляд остановился на Хотене, и лицо осветилось улыбкой:
— Хотен Славянский! — воскликнул он, используя прозвище, которое северяне дали купцу за его любовь к восточным землям. — Рад видеть тебя в добром здравии!
— И я рад видеть, что топоры данов не нашли твоей шеи, молодой конунг, — усмехнулся Хотен, пожимая протянутую руку. — Хотя, судя по твоему новому кораблю, это они должны были бояться тебя, а не наоборот.
Рюрик рассмеялся:
— Просто небольшое недопонимание на море, которое мы успешно разрешили. Теперь у меня на один корабль больше, а у них — на одну головную боль меньше.
Хотен покачал головой, но в его глазах плясали искорки веселья. Варяжская прямота всегда забавляла его, даже когда он пытался держаться отстранённо.
— Это моя дочь, Хельга, — сказал он, указывая на девушку. — Думаю, вы ещё не встречались.
Рюрик перевёл взгляд на Хельгу, и на мгновение в его глазах промелькнуло удивление. Возможно, он не ожидал увидеть рядом с Хотеном девушку настолько нордической внешности. Унаследовав от отца светлые волосы и голубые глаза, а от матери — славянские черты лица, Хельга была необычным смешением двух народов.
— Рад познакомиться, — сказал Рюрик, слегка склонив голову. — Наслышан о твоём мастерстве переводчицы и знании торговых путей.
Хельга почувствовала, как краска приливает к щекам. Она не ожидала, что известный конунг будет знать о ней.
— Люди преувеличивают мои таланты, — ответила она по-варяжски, но с лёгким славянским акцентом. — Я просто помогаю отцу в его делах.
— И делаешь это превосходно, судя по тому, что говорят купцы с востока, — улыбнулся Рюрик. — Твоё знание славянских и финских наречий очень ценится в торговых кругах.
Хотен покашлял, явно недовольный тем, что Рюрик обращается напрямую к его дочери, минуя его самого:
— Что привело тебя в наше скромное поселение, конунг? Сомневаюсь, что ты проделал весь этот путь только для того, чтобы похвалить языковые навыки моей дочери.
Рюрик снова перевёл внимание на Хотена:
— Ты прав, я пришёл поговорить с тобой о делах. О возможности нашего сотрудничества на восточных путях.
— Тогда давай не будем обсуждать это на пристани, — предложил Хотен. — Моя жена приготовила обед, и, думаю, твои люди тоже не откажутся от горячей пищи после морского путешествия.
— С радостью принимаю твоё гостеприимство, — кивнул Рюрик. — Мои люди могут расположиться на берегу или в деревне?
— В деревне найдётся место для всех, — ответил Хотен. — Мы не такие подозрительные, как некоторые другие поселения.
Они двинулись в сторону посёлка. Хельга шла чуть позади мужчин, наблюдая за Рюриком. Было что-то особенное в его манере держаться, в том, как он говорил, как двигался. Не просто уверенность в себе, но и какое-то внутреннее достоинство, не свойственное большинству варяжских вождей, которых она встречала ранее. Те обычно пытались компенсировать неуверенность излишней бравадой или жестокостью. Рюрик же, казалось, не нуждался в подобных демонстрациях силы.
По пути к дому Хотена они проходили через небольшой рынок. Торговцы и ремесленники с любопытством глазели на прибывших варягов. Кто-то кланялся, узнавая Рюрика, кто-то настороженно отступал, но большинство просто с интересом наблюдали за процессией.
В одном из углов рынка Хельга заметила двух бородатых мужчин, яростно споривших о чём-то. Обычное дело для торгового места, но что-то в их позах и взглядах привлекло её внимание. Она замедлила шаг, стараясь прислушаться.
— … не сегодня, глупец, — долетел до неё обрывок фразы на северном наречии с сильным датским акцентом. — Нужно дождаться сигнала от Ингвара.
Второй мужчина что-то тихо ответил, но Хельга не смогла разобрать слов. Затем они заметили её взгляд и резко прекратили разговор, один из них даже демонстративно показал какую-то шкуру, словно они торговались о цене.
