— Не совсем так. Основной маршрут знает командир Като, а передовые группы, с его указки прокладывают путь, отмечают безопасные дороги, переправы и так далее. Наша помощь в разведке может потребоваться на особо тяжелых участках, а таких полно. Свежих карт Покинутых земель не так много, часто приходилось прокладывать маршрут по бумагам времен Империи. Сами понимаете на сколько все могло перемениться.
— Значит только Като знает куда нам двигаться? — воскликнула Ите.
— Он и его заместитель. Меры предосторожности, — развел рукам Иво.
— А если они оба вдруг… ну, не смогут держаться в седле или еще чего? — замялась девушка.
— Если вдруг столь сильные Охотники погибнут, то значит этот маршрут скорее всего не безопасен, — хмыкнул десятник. — В таком случае будем разворачиваться и наедятся, что другие группы отыщут проходимую дорогу.
На такой малоприятной ноте Иво закончил речь. Вскоре отряд возобновил движение, удерживая походный строй. Особого недовольства подобное решение не вызвало. Все понимали необходимость отработать передвижение походным строем на пока что безопасных землях.
Хакара подобное начало путешествия напрягало мало. Парень понимал, что где-нибудь на границе королевства тревога и беспокойство наверняка его настигнут, начнут подтачивать разум и ослаблять концентрацию. Особой надежды на свое спокойствие и хладнокровность Хак не питал – ответственность перед огромным количеством людей выбивала почву из-под ног, но пока он держался.
Ни с кем из новых знакомых Хакар общаться не спешил, вместо этого лениво покачиваясь в седле, изредка поглядывал по сторонам и почти дремал. На лошади брильемец держался не слишком уверенно, но часто во время охоты ему приходилось подолгу почти не шевелиться, так что телу было не привыкать.
Несмотря на тренировки, начавшиеся с самого старта путешествия, настроения среди разведчиков были приподнятыми. Ту и там слышался смех и оживленные разговоры. Где-то в отдалении хором пели какую-то походную песню на северном наречии, а еще дальше распевали уже на имперском. Хакара подобные выходки немного раздражали, но он молчал.
Мимо проносились засеянные поля и сенокосные луга, деревушки и тракты, ветряные мельницы и рыбацкие пристани на мелких речушках. Работающие тут и там крестьяне снимали шляпы и кланялись при виде разномастного войска. Кто-то осенял их вслед святым знаком, махал рукам, слышались одобрительные крики и веселый детский смех. Охотники отвечали тем же, вселяя в сердца крестьян уверенность в будущем.
Небольшой привал устроили возле какой-то речки, лигах в пяти от Торлина. Брод был слишком узок, чтобы весь отряд мог быстро пройти, приходилось пускать телеги с припасами по одной. Рядом находилась небольшая деревушка чем воспользовались некоторые из разведчиков. Хакар с небольшого пригорка видел, как Охотники спешивались по всей деревне, набирали воду из колодцев, угощались свежими лепешками и молоком, которые для них выносили радостные крестьянки. Кое-где деревенские мужики курили вместе с воинами, параллельно ведя разговоры.
Больше половины десятка Иво тоже ускакало в деревню. Первыми потянулась тройка имперцев, во главе с Корнелом, пригласив с собой и девушек. Нугай спустя пару минут тоже поехал в деревню, в компании еще пары брильемцев. На пригорке остались лишь Иво, Хакар, Дэлгэр, задремавший прямо в седле, и Ите, не принявшая приглашение Корнела.
— Эй, молодежь! — окликнул остатки своего десятка Иво. — Раз в деревню не едете, спустимся к реке. Пусть лошади напьются.
Хакар тронул коня пятками, направляя его к воде, и свистнул, подзывая Добряка. Ите последовала за брильемцем, окликнув свою собаку на лунном наречии. Дэлгэр же даже не проснулся, его коренастый конь сам пошел вслед за остальными.
— Он не упадет? — кивнула в сторону спящего здоровяка девушка.
— Не думаю. Он из хойдов, они из седла так просто не падают.
— Кто он? — удивилась Ите.
— А, ты про них и не слышала, — вздохнул Хакар. — Мы так зовем наших северных соседей, братский народ, если тебе так проще будет. Степняки, для которых Хорса, а не Ухтан стала главной среди Старших Духов.
— То есть когда-то вы были одним народом?
— До сих пор один, просто пошли разными дорогами. Большинство так редко видит хойдов, что и не отличит их от брильемцев. Может только в Ховде видят различие. Это королевство граничит с холодными степями.
Возле реки спешились. Кони тут же вошли в воду, принялись жадно пить воду, изредка дергая головой – отгоняли оводов.
Всадники остались на берегу. С кряхтением усевшись на землю Иво стал раскуривать трубку. Глянув на Хакара краем глаза десятник невнятно бросил:
— Садитесь, отдыхайте. Обоз еще полчаса переплавляться будет. Потом наш черед.
— А как потом все войско здесь переберется? — полюбопытствовала Ите. — Нас сейчас четыре сотни. А сколько будет? Тысячи две, три?
— Когда начнется поход мы здесь и не пойдем, — хмыкнул десятник, откладывая огниво и крепко затягиваясь. — Выше по течению реки мост. Хороший. Но до него верст пятнадцать крюка. Лучше тут переправится.
— А вы давно на Гильдию работаете? — неожиданно перескочила на другую тему девушка.
Иво задумался, пуская дымные колечки.
— Лет десять вроде, — пожал плечами мужчина. — До этого несколько лет наемничал на севере.
— А ранг у вас какой?
— Чего ты такая любопытная? — фыркнул Иво.
Девушка только невинно хлопнула пушистыми ресницами.
— Третий Железный, — вздохнул мужчина. — Хватит уже меня допрашивать.
— Так скучно же…
— Ну так и ступай в деревню, прогуляйся!
— Не люблю столпотворения, — скривилась Ите.
Лежавший на берегу Дэлгэр недовольно всхрапнул и отвернулся от расшумевшихся болтунов.
— Вон с него тогда пример бери, — усмехнулся десятник, выпустив в сторону девушки дымное облачко.
Лучница недовольно закашлялась, но отшагнула назад.
— Иво, — замялся на секунду до этого молчавший Хакар. — А откуда у тебя такое прозвище странное?
— Да что ж вы все заладили! Так не догадаться, м? — чиркнул себе по шее мужчина, аккурат по белому шраму.
— Я думала после таких ран обычно не разговаривают. Да и живут недолго, — суеверно поежилась девушка, вновь пододвигаясь на шаг.
— А я и не выжил бы, если бы не Римит – клирик, что с нами странствовал, еще когда я наемничал. Золотой человек, — вздохнул Иво. — Я тогда на мечах сошел с бастардом баронским, в лесах на востоке Салкона. Тот разбойничал на дорогах окрестных, а нас его пришлепнуть наняли.
Десятник грустно вздохнул и вытряхнул докуренную трубку. Позади Хакара приподнялся на одной руке Дэлгэр, ненадолго прогнавший дрему.
— В общем клинком я тогда недолго махал. Ублюдок баронский мне острием шею рассек, еще б чуть-чуть и правда головы бы лишил, — на удивление спокойно продолжил бывший наемник. — Я в траву повалился, кровь фонтаном хлещет, в глазах потемнело. Только и успел подумать, что все, добегался. Но Рим мне помереть не дал. Парни говорили, главарь разбойничий еще меч свой не опустил, а Римит уже ко мне бросился.
— Неужели вылечил? Врет поди, — скептически хмыкнула Ите.
— Не хочешь не верь! — рыкнул десятник. — А все так и было. Рим очень сильным клириком был, я таких не встречал больше. И лечить меня он начал почти сразу, пока вся кровь еще из тела не вытекла.
— А бастард баронский? — пробасил сзади Дэлгэр.
— Его наши арбалетчики подстрелили, которых я прикрывал. Почти сразу как меня «убили». Не задержи я его тогда, может и не успели бы они перезарядится.
— Где же сейчас ваш друг? Нам бы в походе такой мастер пригодился, — заметила девушка.
Иво в ответ лишь пальцем ткнул в небо.
— Ой, извините, — смутилась Ите. — Я как-то не подумала…
— Да ладно, давно это было, — отмахнулся десятник. — Хотя если подумать… Может из-за этого я Охотником и стал.
Три вопросительных взгляда уставились на замолчавшего воина. Заметив это Иво недовольно скривился.
