— А ты?! Думаешь дойдете до конца?! — закричала девушка. — Неужели не слышишь шепот!? Не говори, что мне кажется! Я знаю, вы все его слышите… чем ближе к Прорыву на юге, тем лучше слышно Их голоса! Они гневаются! Боги не выпустят никого из нас – букашек, забравшихся в их дом.
— Не тебе решать – покинем ли мы Потерянный план. Если тебе по нраву сгинуть от голода и жажды в этой пещере, в обнимку с трупом Каллистуса – воля твоя. Мы уходим.
Не говоря больше ни слова Люц покинул пещеру. Следом за ним ее оставили Невия и Гэленус.
Пробираясь по барханам из вездесущего пепла, который бескрайней пустыней раскинулся от горизонта до горизонта, Люций торил дорогу остальным. Жгучая пакость не переставая падала с темных, вечно затянутых тучами небес. Солнца здесь не было и в помине, но какое-то фиолетовое свечение исходило, казалось бы, отовсюду. Для привычных к сумраку глаз Слуг этого света было достаточно.
— Что думаешь насчет слов Роан? — раздался из-за спины задумавшегося мужчины голос Невии.
— На счет?
— Голоса Богов. Ты ведь тоже их слышишь?
— Да, — не видел смысла что-то скрывать Люций.
— И что думаешь? Выпустят они нас из своего дома?
Люц остановился. Торить тропу и разговаривать было слишком тяжело. Обернувшись, он недовольно бросил:
— Какой смысл говорить об этом сейчас? Голоса, что мы слышим – всего лишь еще одно испытание. Поддадимся страху, начнем сомневаться, и тогда уж точно не дойдем до конца.
— Предлагаешь оставаться хладнокровными ко всему? — невнятно из-за маски спросил Гэлэнус.
— Ну или сойти с ума окончательно, став с этим безумным местом одним целым, — кивнул за спину собеседникам Люц.
Гэл и Неви одновременно обернулись. По проторенной ими тропе, изредка спотыкаясь, вслед за путниками спешила оставленная в пещере Роан. Слышно было, как девушка мычит от боли, после каждого падения, баюкая руки, которые хоть и были закрыты перчатками, но от вездесущего пепла полностью уберечь не могли.
— Посмотрим чей путь окажется верным, — прошептал Люций, так что его никто не услышал.
Сказ девятнадцатый
Только друзья проводила Хакара, а на следующий день в дорогу собралась уже Крина. В то, что ей удастся выбить разрешение никто особо не верил, но у нее получилось. Кроме того, девушка договорилась, что компанию ей составит Бэг. Та была пиромантской целительницей и ее помощь могла бы очень пригодиться, если вдруг в родном селении Арка есть раненые.
— Не понимаю, как они так просто тебя отпустили, — в который раз вздыхал Аркум.
Мужчина и сам бы хотел повидаться с родней, хотя в первую очередь самолично хотел уберечь их от возможной угрозы.
— Ну я же не виновата, что за тебя поручиться некому, — фыркнула рыжая.
— Чем им кто-то из вас как поручитель не походит? — недовольно буркнул лидер.
— Мордой не вышли. Вот если бы кто-то от Бронзы на тебя слово сказал, тогда да.
За двух пиромантш в свою очередь поручился Дэрм, который будучи сильным пиромантом имел некоторый вес в глазах Гильдии. Отпускать Бэг с Криной парень не хотел и как та сумела с ним договориться рыжая не знала. В любом случае перед гильдейскими работниками свое недовольство лидер пиромантов хорошо скрывал, выказав его лишь на улице.
— Запомни, съюртраг, мне в общем-то плевать, на возможное наказание со стороны Гильдии, если вы не вернетесь вовремя, — тыкая в девушку пальцем и все больше распаляясь начал Дэрм, стоило только троице отойти от дверей чуть подальше. — Хотя я надеюсь, что вы не опоздаете. Но если ты заставишь меня пожалеть о своем решении сохранить тебе жизнь… Или вдруг Бйогду из-за тебя пострадает…
— Эй, ты мне не папаша, — фыркнула Бэг, но лидер даже не поглядел в ее сторону.
— Помни, что ты живешь и занимаешься чем захочешь лишь потому, что Бэг в тебя верит. А я верю ей. На тебя же мне плевать. Можешь хоть сдохнуть там, но ее не подставляй.
— Хотя бы честно, — развела руками Крина. — Не бойся, я не дам ей погибнуть.
— При мне могли бы не обсуждать меня, — проворчала Бйогду, недовольно откидывая седую прядь со лба.
— Я волнуюсь за тебя, дура, — неожиданно мягко бросил Дэрм. — И ты, и Уд, и Буздэр – мои друзья. Я бы хотел, чтобы мы вместе вернулись на Болота, когда все закончиться.
— Вернемся. После того как я помогу Крине, защитить ее друзей, — приобняв рыжую заявила Бэг.
Парень на это ничего не ответил, лишь печально покачал головой.
Уже на следующий день обе девушки были собраны. Провожать их к воротам никто не пошел – Крина настояла.
— Мари снова разрыдается, Арк все вокруг дымом табачным провоняет и не дай Пламя тоже реветь начнет. Хвель того и гляди меня свяжет и никуда не отпустит. Только в Рине я уверена, но она куда нужнее здесь, чтобы вас всех успокаивать, — сразу отрезала все возражения Крина. — Прощайтесь сейчас, завтра на рассвете мы уйдем.
Все произошло примерно так как рыжая и пророчила. Разве что от Хвель держал себя в руках, не пытаясь останавливать девушку, чем немало ее обрадовал. Больше всего Крина, хоть и не показывала этого, томилась от вынужденного расставания с северянином. За те годы, что они были вместе, девушка сама не заметила, как привязалась к нему. Хвельгрин был той опорой, которой ей не хватало с тех пор, как рыжая покинула Болота.
На рассвете Крине пришлось немного подождать новую путницу, на, к ее удивлению, та не опоздала и пришла к условленному времени. Хотя выглядела Бэг не очень, казалось, что та не спала несколько дней, того и гляди прямо тут упадет.
— Ты как, идти то хоть сможешь? — участливо уточнила Крина.
— Ага, — зевнула Бэг. — Уд меня пять раза будила, но я это предусмотрела. И попросила разбудить меня в первый раз еще час назад.
— Нда, тяжело тебе по утрам.
— Если бы ехали с кем-нибудь на телеге, я бы вообще не ложилась, — фыркнула черноволосая и поежилась от утреннего, влажного холода.
Стражники на воротах тоже не спали лишь из последних сил. До сдачи караула им оставалось совсем немного и выпускать двух непонятных девушек с утра пораньше в их интересы не входило.
— До утра не подождали бы? — ворчал грузный усатый десятник, чудом сдерживаясь, чтобы не зевнуть.
Его молодой товарищ, опираясь на копье, зевал во всю, громко щелкая зубами. Наблюдая за ними двумя и за своей спутницей Крина едва удержалась, чтобы не повторить заразительный жест.
— Дорога дальняя, некогда ждать, — проворчала рыжая.
Усатый недовольно окинул девушку взглядом, задержался на ничем не прикрытых Слезах и как-то подобрался. От его взора не укрылось оружие и жетоны Охотников.
— Так… а разрешение у вас есть? Охотников да наемников не велено выпускать просто так.
— Вот, — вытирая слезинку, выступившую от недосыпа, Бэг протянула пергамент.
Пробежав взглядом по бумаге, мужчина кивнул сам себе, пробормотал что-то под нос и нехотя протянул ее обратно.
— Паломники значит? А до Болот и обратно то успеет обернуться за две седмицы?
— Успеем, коней одолжим.
— Где это? — удивился десятник.
— Дядя, бумаги в порядке? Давай выпускай! Дорога дальняя, сказала же! — начала выходить из себя вспыльчивая Крина.
Не известно, что уж там разглядел во взгляде девушки десятник, но непроизвольно отступив на шаг мужчина недовольно кашлянул и, все же смолчав, пошел открывать дверку в воротах.
— Не горячись, — дернула Крину за рукав Бэг. — Это не твоя злость.
— Знаю. Но их эмоции не отличить от моих, — глубоко вздохнула рыжая.
Город девушки покинули через восточные ворота, но направились прочь по северо-восточному тракту. Через пару верст от города с него можно было спокойно свернуть севернее, в сторону Балакии, не вызывая подозрений у возможных наблюдателей, вздумай те со стен проследить за путницами.
— Какой план? Если всю дорогу пешком идти, то и в правду можем не успеть, — поинтересовалась Бэг, чуть проснувшаяся после того, как умылась росой. Для этого девушке пришлось походить по траве, собирая и собирая ее ладонями.
