– М-да… И как быть?
– Бить! А лучше – принести их в жертву! – с азартом ответил Фолиант. – Лучшие работники – это те, кого ты успешно можешь принести в жертву, и их энергии хватит на несколько ритуалов.
Я с напряжением посмотрела в сторону черного гримуара. Сара тоже засверлила взглядом ухажера.
– Адель хочет избежать внимания мэра, но не таким радикальным образом же, – хмыкнула мышка. – Привлекая взамен внимание инквизиции. Занять соседнюю с Лилит камеру – сомнительное удовольствие.
От имени кузины у меня по запястьям словно скользнул холодок. Там не было и намека на шрамы от порезов, но, видимо, еще нескоро я это все забуду.
– Тогда шо делать будем? – вопросила Книжуля. – Таки если решили не ударять лицом в грязь, надо идти до конца. Женская гордость куда нежнее мужского самолюбия!
Марель нахмурилась. Озадачился и Фоля. Вероятно, у него вариантов, кроме как принести в жертву ленивых ремонтников, не было, но он очень старательно генерировал мысль.
– Думаю, надо их припугнуть. Или стоять над ними и контролировать работу, – задумчиво изрекла мышка.
– Первое не помогло, как видишь, – отозвалась, припомнив, как они уплетали, когда я немного выплеснула силы. – Их страх длился всего ничего, зато жажда денег увеличилась. А я чуть не подпалила паркет. Дорогой! Из цельного белого дуба, между прочим.
– Тогда пошли скажем, что вот они-то точно будут по-настоящему гореть, если не справятся за неделю, – мрачно поведала Сара, решительно ударив закладкой о свой бок. Будто бы мысленно прихлопнула рабочих.
– А я могу рассказать в ярких подробностях о предстоящих мучениях! – воодушевился Фоля, который так и не нашел вариант, не связанный с ритуалами. – Я знаю, как проводить одно старенькое жертвоприношение. Там надо всего лишь пятерых сжечь! Их четверо, но пятого вообще не проблема найти!..
У темного гримуара даже нарисованные глаза заблестели. Страшновато существовать рядом с пособием по ужасным ритуалам. Не понимаю, что в нем нашла Сарочка…
Кот куда приятнее – мягкий, пушистый и понимающий. Таким должен быть настоящий мужчина. Когда отношения уютные и нежные, без ярких импульсов, без жгучей страсти, больше похожей на открытое пламя. Потому что огонь рано или поздно раздуется и поглотит не только костер, но и лес. Испепелит все и уничтожит. Или же потухнет, оставив после себя пепел и пустоту.
Спустя время мне начало казаться, что первый вариант – это мы с Реем. Огонь, не контролируемый, который сожжет меня. Он уже меня ранил – дальше было бы куда хуже, если бы у нас что-то получилось. Если бы я, наступив на собственные принципы, согласилась на его унизительное предложение стать всего лишь любовницей. Потому что женой влиятельного лорда Рейвенса простая лавочница быть не могла…
Тогда бы он меня безжалостно сжег в своих жарких объятиях. И я бы потеряла себя.
– Отличный вариант. – Голос Марель выдернул меня из размышлений. – Но только после разговора с Котом. Помнишь ведь, Сара?
– Таки ты не даешь мне забыть, – отозвалась недовольно Книженция. – Все уши мне уже прожужжала и нервы вымотала. Тебе бы работать в банке. Коллектором!
– Фе! Я решительно против кредитов! – поморщилась мышка, а потом повернулась ко мне. – Адель, пошли проводим Сару до переговорной и займемся насущными делами.
– Завтраком? – с надеждой спросила я.
– Отчетами! – невозмутимо ответила моя бухгалтерша. – То, что там насчитал прошлый управляющий, – это ведь беспредел! Грабеж! Мы не будем с этим мириться и пойдем судиться!
Я особого желания судиться не испытывала. Пока Марель не продолжила:
– Ты знаешь, сколько мы сможем отсудить?! Да он все вернет до копейки! И штраф заплатит.
– Я бы посоветовала не быть оптимистами и помнить, что судебная система во всех мирах вещь крайне интересная и частично коррумпированная, – иронично сказала Книжуля. – Налоговая сработает куда лучше как карательный орган.
– Главное, чтобы нас не покарала, – вздохнула я, понимая, что вряд ли дядя был честным гражданином. Но вот он сбежал, а я здесь и за его действия буду в ответе.
– Разберемся, – похлопала меня по подолу платья мышка.
Я с благодарностью кивнула, а потом вдруг кое-что вспомнила:
– А где, интересно, паучки? Вы их видели сегодня?
– Обживаются, – туманно ответила Марель и добавила: – Сказали, что посмотрят дом, определят для себя фронт работ и познакомятся с другим персоналом.
Я озадаченно покачала головой.
С одной стороны, приехавшие волшебные помощники – это просто замечательно! Все же лавку они держали в образцовом порядке. Настолько, что я даже никогда не задумывалась, почему дома всегда чисто. Но лавка была маленькой, а пауков и мышек в ней жило много. Тут же – огромный особняк!
Также очень интриговало словосочетание «знакомятся с персоналом». Интересно, как слуги воспримут такое необычное подкрепление? В крепких нервах Бетси я уверена, но вот остальные…
– Адель, ты мне нужна, – деловито проговорила Мареллина, поправив передник. – Нужно закончить со счетными книгами. И проконтролировать эту бессовестную вертихвостку! Я не могу жить и работать, потворствуя изменам и обману!
– Шось? – демонстративно удивилась Сарочка, которая под шумок пыталась улететь за угол.
– Тось! Адель, свяжись с лавкой. Давай отведем эту бессовестную к переговорнику, чтобы она точно никуда не делась по дороге.
Я кивнула и быстрым шагом двинулась на второй этаж. Фоля решил нас не сопровождать, пробормотал, что у него, как у адепта тьмы, много дел в подвале. Поближе к земле, так сказать.
Через несколько минут мы добрались до переговорной. Сара очевидно нервничала. Закладка то воспарила в воздухе, то безвольно висела вдоль переплета, а нарисованные глаза смотрели в пол.
– Стыдно? – не преминула заметить это Марель. – А казалось бы, с твоим стажем и количеством мужей ты должна легко расставаться.
– Так то мужья, – вздохнула Сара. – А это кот. Мужья – они всегда косячат. Их прелесть в несовершенстве и том, что за него всегда можно предъявить. А Котик до унылого идеален.
До унылого…
Сару захотелось оттаскать за закладку за неимением волос!
Я открыла переговорник, назвала нужный адрес и, когда в зеркале появилась морда домового, бледно улыбнулась:
– Здравствуй.
– Адель! – очевидно обрадовался Кот. – Как у вас дела? Марель доехала?
– Да, все хорошо. – Мышка сунулась в зону видимости и помахала. – Мы прибыли, теперь осваиваемся.
– Вот и молодцы, я переживал. – Домовой вытянул шею и спросил: – А где Книжуля? Как она?
– Я тут, дорогой. – Сара опустилась на поверхность стола перед артефактом.
– Милая, безумно соскучился! Ты совсем запропала, я беспокоюсь, – промурлыкал домовой, чем вогнал меня в краску и смятение.
– Да вот… – промямлила Сарочка.
– Говори давай! – ткнула ее в корешок мышь.
Так! Я встала и, сказав, что мы на данный момент тут лишние, бережно взяла в ладони возмущающуюся Мареллину и вышла за дверь.
– Адель! – вертелась в руках мышка. – Ну Адель, я же хочу видеть!
– Что именно? Расстройство Кота? Или ты просто хочешь реванша над Сарой?
Бухгалтерша смутилась и поправила шляпку. А потом встрепенулась и негодующе пропищала:
– А что, если и так? Я не желаю пребывать в обмане! А ты спокойно на все это смотрела и ничего, просто ничегошеньки не сделала!
– Потому что это их дело, – спокойно ответила я. – И совать туда нос – по нему и получить. В любом случае Саре пришлось бы с ним поговорить. Ну и… ты же сама понимаешь, что романтические отношения между домовым и гримуаром заведомо ведут к провалу?
– Понимаю. Но я считаю, что нельзя играть на два фронта. Если вдруг что – немедленно говорить!
– Ну, как я понимаю, «вдруг что» у них началось относительно недавно, – выступила я в защиту Книжули. – И возможно, Сара хотела все сказать лично, а не по переговорнику. Мы же не думали, что поездка настолько затянется. Изначальный план-то был прост и понятен: приехать, убить Лаора и уехать.
