И ни капли при этом не потерять.
Себастьян не смог больше выдерживать боль. Он откинулся назад, на спину, выгнувшись дугой, и закричал.
Даже смертельный крик его был полон не страха и отчаяния, а злобы и ненависти.
Себастьян обмяк, и перестал дышать. Его прана хлынула наружу, устремляясь в небо ярким потоком, и я по привычке потянулся к ней, но остановился — теперь мне это не нужно. Пусть себе рассеивается.
Я обернулся к новорожденному даргу, но того уже и след простыл. Или, вернее, следы. Следы, которые вели прочь, к кольцу Пустоты.
И я точно знал, что они ведут и дальше — за пределы этого кольца.
Теперь понятно, что имела в виду богиня, когда говорила, что у нее есть что сделать со мной. Будучи богиней времени этого мира, она закинула меня так далеко в прошлое, как только распространялась ее сила. До того самого момента, когда в нем впервые была использована магия.
До этого момента, то есть.
В погоне за своим планом по уничтожению мира, в стремлении убрать меня подальше от этой битвы, чтобы я ничего не испортил, богиня отправила меня в прошлое. Но она сделала одну большую ошибку — она отправила меня в прошлое, в котором меня еще не было. В прошлое, в котором о моем существовании она еще не знала. В прошлое, следствием которого стало будущее, которое сделало меня тем, кем я стал теперь.
Я сделал себя тем, кем я стал теперь.
Теперь я знаю, кто такой Арбитр — это не бог и не их слуга. Это просто очень сильный реадизайнер. Самый сильный реадизайнер этого мира, который взял на себя роль судьи прочих реадизайнеров. Реадизайнер, приблизившийся по силе к богу, но так богом и не ставший. Реадизайнер, оставшийся без одежды и надевший единственную уцелевшую тряпку рядом — коричневый балахон с драными рукавами.
Теперь я знаю, как и откуда появились дарги. Первого из них я только что принес сюда сам. И я даже не буду искать его, чтобы уничтожить — в истории, которую я знаю, дарги были. И они должны остаться.
Теперь я знаю, откуда появились первые реадизайнеры. Источник их силы — это десять баллончиков скиллтрита, вещества, которое не существует в этом мире. Вещества, которое усиливает магические способности, а, будучи немного измененным моей волей и моей праной — даже их дарует. Эти баллончики я использую на первых попавшихся людях, даруя им способности к магии и позволяя реадизу появиться.
Но сперва я воздвигну здесь сооружение. Здесь, прямо посередине кольца Пустоты. Высокую башню, сформированную прямо из земной породы, послушной моей воле, как и любое другое вещество в этом мире. От этой башни будет сформирован подземный ход, ведущий вдаль и выходящий на поверхность в нескольких километрах. Не в лес, а просто на поверхность — леса здесь еще нет. Он еще не вырос.
Я создам кодекс для реадизайнеров. Он будет максимально дурацким и в нем будет огромное количество логических дыр. Так надо. Так было.
Я буду следить за реадизайнерами, не позволяя им нарушать кодекс и уничтожая тех, кто на это решится. Я не принял статус бога, и я не связан божественными ограничениями, как показала практика.
Я буду наблюдать за развитием этого мира, не трогая его и не вмешиваясь в процесс, позволяя ему существовать так, как он должен существовать. Время надо мной не властно, это я властелин времени. Поэтому мне это раз плюнуть.
А через много-много лет я найду молодого худенького чернокожего паренька, в котором невозможно узнать жировой пузырь, каким он станет в будущем, и расскажу, что ему суждено стать комендантом общежития в академии реадиза. И, конечно, про подземный туннель расскажу тоже. И про все, что будет с ним связано.
А еще через время в этом мире появлюсь я. Я, который еще не знает обо всех планах богини и всерьез надеющийся на спокойную жизнь. Одновременно в этом мире меня будет двое, но при этом другой я не узнает самого себя, даже если мы встретимся лицом к лицу.
Я же не узнавал.
Я не буду вмешиваться в свою жизнь и свои действия. Я уже делал это несколько раз, достаточно. Я буду делать свои ошибки и делать их них свои выводы. Учиться на этом, развиваться, прогрессировать и вести историю туда, где она должна оказаться.
Мне нужно, чтобы все повторились добуквенно. Домоментно. История должна повториться. Я, другой я, но все равно я, найду себе новых друзей и любимую, обзаведусь тем, что может заменить мне семью, найду себе новое призвание в жизни. У меня появится будущее и планы на жизнь, которую я смогу прожить так, как захочу сам. С теми, с кем захочу сам. С теми, кто с радостью разделит со мной эту жизнь и все ее невзгоды.
С теми, кто вместе со мной пойдет в бой и вплотную приблизится к той точке, в которой будет решаться, будет этот мир жить или умрет. Мы не будем об этом знать, никто не будет об этом знать, кроме богини.
И вот тогда, только тогда, когда я буду уверен, что вся история сложилась именно так, как я хотел, так, как мне выгодно…
Я вмешаюсь.
Виктор Жуков
Адъютант Кутузова. Том 1
Глава 1
Данное произведение не является точной реконструкцией исторических событий, нравов и быта. Вам будет легче (а может даже интереснее) считать, что все персонажи в книге вымышлены, а любые совпадения случайны.
Основной текст — Виктор Жуков. Идея, оформление, поддержка — Анджей Б.
Поначалу он не собирался прыгать. Но выиграть спор, состоявшийся за карточным столом, было делом офицерской чести. Мало кто сомневался, что Григорий Николаевич Довлатов, двадцати четырех лет от роду, молодой и азартный, прыгнет в студеную воду и совершит заплыв на пятьдесят метров. Однако пари было заключено. Господа офицеры, подшучивая и хохоча от выпитого шампанского, спустились гурьбой к бурлящему речному потоку.
— Готовьте ваши червонцы, господа! — усмехнулся Григорий, принявшись раздеваться.
Было холодно — изо рта вырывался пар. Но отступать было поздно. Офицеры стояли, с интересом наблюдая: кто-то покуривал табак, кто-то держал меховую накидку. Один из корнетов подал чарку водки. Довлатов опрокинул ее в себя одним махом.
— Эх, была не была, черт возьми!
И под бурю аплодисментов, гиканья и свистов, Григорий сиганул в бурлящий поток.
Холод вгрызался в грудь, как нож. Руки вдруг перестали слушаться. Он забился в мутной черной пустоте — и потерял ориентацию. Вверх? Вниз? Все одно…
Тук… Тук… Тук… — последние удары сердца прозвучали, как стук в дверь. Кто-то стучится? Небесные ангелы зовут? Или чужая душа, проходившая мимо, заглянула на огонек? Уже угасающий…
* * *
Из темноты меня вырвал луч солнца, ударивший в глаза. С трудом разлепил веки. Острая боль кольнула висок. Голова кружилась. Хотелось пить. Где я? Повернул голову, сморщившись от света. Приподнялся. Встал на ноги. Тело предательски дрожало. Последнее, что помню — отдых с семьей на Черном море. Крутая волна, захлестнувшая с головой. Закрутило, понесло обратным течением в глубину…
Память выдала информацию порционно. Я — мастер-станочник одного из ведущих заводов страны. Женат. Дочка почти взрослая, вот-вот закончит школу. На производстве считаюсь специалистом высокой квалификации. Не раз награжден вымпелами и грамотами, а моя фотография висит на «Доске почета». Выехал с семьей в отпуск на Черное море — руководство завода отвалило с барского плеча путевку в санаторий перед самым концом бархатного сезона. Разместились в номере, где был холодильник, телевизор, а окна выходили на песчаную косу изумительной красоты. Первый день на пляж не выходили, боясь сгореть на солнце. В номере дочка сидела за учебниками, готовясь к последнему учебному году. Супруга смотрела по телевизору крымские новости, я читал на кровати книжку о Кутузове. Так и уснул с ней под подушкой. Второй день выдался пасмурным. Дочку с супругой оставил на пляже, строить песочные домики, а сам решил испытать свой стареющий уже организм. Сломя голову ринулся в море, но не переоценил свои силы, не учел багаж накопившихся лет. Понадеялся на свой былой молодецкий задор. А прибой был нешуточным. Еле вынырнул, но огромная масса воды снова накрыла, завертела, потащила куда-то. Слабое сердце дало сбой… Потом провал.
