— Полагаю, через крышу.
— Я потом проверял — там замки ого-го. Видать, сильно припекло, раз влез. И что же будем делать, нер комиссар?
— Сам бы хотел знать. Не хочу не доверять Виктории.
Одли призадумался:
— Тогда сперва ужинать, а потом поднимать шорох. Удар за возможную панику могу принять на себя — я вечно бегаю за Броком…
Ужин, принесенный Гудвином, и заодно доклад Одли о слежке за Фейном убил еще полчаса. Время перевалило за восемь часов. Пора поднимать, как сказал Одли, панику, или все еще рано?
— …Фейн полдня убил на музей Естествознания… Зачем бы? — закончил Одли.
Эван потер висок:
— Меня больше волнует, что он хотел от Вики… Впрочем, это расскажет она сама…
И тут зазвонил телефон — Эван схватил трубку:
— Комиссар Ренар, слушаю…
Одли подался вперед в кресле, пытаясь услышать хоть что-то.
Эван положил трубку и сообщил:
— Они на Золотых островах. Просят забрать их.
— И что они там делали?
Эван улыбнулся:
— Сейчас узнаем…
Глава 27 Золотые острова
Странное дело, должно было болеть все, но… Вик чувствовала себя довольно сносно, учитывая положение, в котором они с Броком оказались. Надо признать — отец Маркус был прав. Орать про веснушки стоило. Или сидеть дома. Или ходить под охраной… Вариантов было много, и ни к одному Вик не прислушалась. И вот…
Она, лежа полубоком на чем-то теплом и неудобном, состоящим из, казалось, одних углов, внимательно прислушивалась, стараясь не шевелить глазными яблоками под закрытыми веками — первым признаком того, что человек приходит в себя. Заодно она старательно медленно дышала. И все зря.
Плотную, укутывающую Вик тишину прорезал чей-то стон, ругань и сдавленное бормотание:
— Я не сказал про веснушки…
Подушка под головой Вик пошевелилась, и ей пришлось открывать глаза и смотреть в непроглядную тьму. Даже несчастного Брока не было видно, хоть его сдавленное от боли дыхание было совсем рядом. И хоть бы раз пригодились слова отца о том, как надо приходить в себя, когда попала в плен.
Вик с трудом из-за связанных за спиной рук села, пытаясь понять, где они. Глаза медленно привыкали к тьме, но все равно только Брока и видно — более темным пятном, чем все вокруг. Ноги, вот занятное дело, связаны не были — неуважение какое-то со стороны похитителей. Даже кляпа во рту нет. Куртки, насколько Вик понимала, тоже нет, а вот остальную одежду, кажется, не тронули. Интересно, что из механитов оставили? Или забрали все…
— Брок?
— Вики? Как ты? — прохрипел Брок, тоже, кажется, садясь. Его контуры были еле видны. Он странно дергал левым боком.
— Я в порядке, только про веснушки тоже не сказала… А ты как себя чувствуешь?
— Я сейчас… Руки только затекли. И эфира не чувствую. — Он снова дернулся, и Вик поняла:
— Не вздумай выбивать себе плечо!
Брок замер — темное пятно перед Вик перестало шевелиться.
— У тебя есть другие идеи? Или тебе не связали руки?
— Связаны, и эфир тоже не откликается, — призналась Вик, шевеля пальцами — их она, несмотря на плотно затянутую вокруг запястий веревку, чувствовала. Поздно пришло осознание, что это связано, скорее всего с вольтом, который все еще прятался под кожаным браслетом механита с часами. Значит, часы не забрали — это обрадовало, все же это подарок Эвана на свадьбу, было бы обидно его потерять. А вот магохлыст, кажется, забрали…
— Тогда… — Брок снова зашевелился.
— Брок! Прекрати! Сперва прислонись ко мне. Только надо прикасаться не одеждой…
— За… чем? — кажется, ей удалось шокировать мужчину. Вики призналась — в темноте это давалось легче, чем прямо в глаза:
— Вольт. Я украла вольт с Оленьего.
— Ммм… Иии?
— Помнишь тепло, когда шли на паровик?
— Помню…
— Это вольт. Он действует. Он лечит. У меня все в порядке, даже руки не затекли. Сейчас прикоснись ко мне — вылечим тебя и тогда уже займемся освобождением.
Брок протяжно выдавил:
— Ммм… Хорошо… Хотя плечо выбивать лучше, когда его не чувствуешь, если честно. И, надеюсь, что я не забеременею. — добавил он глубокомысленно.
Вик с трудом сдержала смешок — беременный Брок почему-то представился весьма живо.
— Смейся, смейся — это полезно, — согласился Брок. — Тьма как-то вот… Убивает.
— Главное, чтобы не было крыс, — тихо пробормотала Вик, вспоминая свои детские страхи.
Брок серьезно сказал:
— Не бойся, от крыс я тебя защищу. И от прямоходящих тоже. Только надо как-то развязать руки.
Это было приятно услышать, да и просто живой человеческий голос рядом — уже утешение, подсознание снова пыталось заполнить темноту и тишину крысиными писками.
— У меня с собой нож с памятью формы из Нерху.
— Я о таком только читал, если честно, — признался Брок, наваливаясь на Вик плечом. Его холодная щека прижалась к виску Вики, заставляя вздрагивать. Тепло послушно потекло из вольта в Брока. И магблокировка у Вик не помеха карфианской магии — это же надо!
— Ты же в курсе, что Ренары богаты.
— Я не думал, что твой брат позволит тебе забрать такую ценность — нож Нерху.
— Пять, — поправила его Вик.
— Чего пять?
— Пять ножей. Два в блузках, два в жакетах и один в пальто.
— Ммм, так и знал, что слухи о вашей ссоре несколько преувеличены.
Вик тихо сказала в темноту, затаенно дышащую рядом — оказалось, что так общаться проще, хотя она это и по Эвану знала — в темноте все иначе:
— Он чуть-чуть запутался, я чуть-чуть запуталась, а так мы по-прежнему родные люди.
Она оглядела чернильно-черную тьму, пытаясь понять, где же они оказались — в Аквилите нет подвалов, а в цокольных этажах всегда должны быть окна. Если приглядеться, то кажется, что на фоне общей окружающей тьмы, часть квадратной темноты где-то сверху чуть темнее, а в городе так не должно быть. Там всегда есть свет на улицах.
— Где мы, как ты думаешь?
Брок, судя по шорохам и скользнувшему дыханию по шее Вик, тоже оглядывался:
— Или нас вывезли куда-то за пределы города в глушь, или в Аквилите что-то случилось.
— Вроде светомаскировочного режима? — предположила, не подумав, Вик.
Брок выругался себе под нос, потом извинился:
— …не сдержался… Если будет налет на Аквилиту, то только и останется, что… — он не договорил. Вик на миг даже пожалела, что их связи пока нет — не поймешь, что с мужчиной происходит.
— Брок?
— Прости, Вики, зря я об этом заговорил, — его голос был полон раскаяния. Вик вздрогнула, мысленно повторяя фразу Брока, и возмутилась:
— Пулю в висок?!
Тот её поправил:
— В рот, Вики. Когда все серьезно, стреляют в рот — в висок это детские игры, типа: «спасите меня!»
Вик повысила голос от волнения:
— Брок, ты ошибаешься — так нельзя!
Он, кажется, качнул головой — на миг отстранился, и какой-то сквозняк скользнул мимо щеки Вик:
— Ты не понимаешь, Вики. Это же я… Это будет только моя вина. Я лишь хотел предотвратить войну. Я хотел помочь Вернии достигнуть паритета, а не бомбардировок Аквилиты или Тальмы. Я снова нарушил правило — не связываться с непрофессионалами. От профессионалов всегда знаешь, чего ожидать. Они играют по правилам. Непрофессионалы, те же политики, плевать хотели на правила. Тяжко думать, что в каждом летящем на Аквилиту дирижабле будет мой потенцит. Тот, который я добывал, чтобы был мир.
Вики твердо сказала:
— С пулей перебьешься — я на тебя Дрейка натравлю. Хотя нет, адеру Вифанию. И вообще, надо не страдать по утерянной чести, а исправлять случившееся.
Брок хрипло рассмеялся:
— Я бы рад выбраться в Вернию и настучать всем по головам, но я привязан к Аквилите.
Вик возразила:
— Ты привязан ко мне. И я умею передвигаться. Только Эван может не понять, — тихо добавила она.
— Вики, ты не обязана исправлять мои ошибки.
— Брок, ты тоже не обязан исправлять чужие ошибки. Ты сделал то, что считал нужным — ты спасал Вернию. Кто же знал, что страна не хотела спасаться… Давай для начала мы спасемся. Как теперь ты себя чувствуешь?
