— Много, братик, много! — заверил его Магнус. — Если бы мы летели обычным способом, нам пришлось бы… Сейчас посчитаю… Ага, совершить тридцать четыре прыжка минимум, и потратить почти полтора месяца на это путешествие… В смысле, при исправном корабле, сейчас нам бы все полгода понадобились.
Кайто зажмурился и помотал головой, словно отказывался принимать подобные ужасные числа и просто не хотел верить в сказанное.
— Так, момент! — внезапно произнесла Пиявка, вошедшая на мостик. — Почему тридцать четыре прыжка?
— В смысле «почему»? — не понял Магнус. — Потому что тридцать три не хватит.
— Ты чего тут забыла? — нахмурился капитан.
— А я всё! — она развела руками, садясь в свое кресло. — Вкатила нашей пациентке седативный коктейль, пусть отдыхает, ей полезно. Так что там с прыжками?
— А что именно непонятно? — Магнус развел руками.
— Ну типа… — Пиявка на мгновение задумалась. — Ну вот же он, спейсер Солнечной системы, прямо на линии нашего движения… Ну, почти на линии. Почему из нашего спейсера отправления мы не могли прыгнуть сразу туда?
— А, вон ты о чём!.. — капитан улыбнулся. — Ну да, откуда тебе знать… Расстояние видишь какое? А спейсеры могут запасать в себе только определенное количество энергии, так что и расстояние, на которое они могут «кинуть», скажем так, корабль, тоже ограничено. Поэтому нельзя просто так взять и прыгнуть на нужное тебе расстояние, это не так работает.
— Ну, видимо, работает! — Пиявка пожала плечами. — Раз мы это как-то сделали!
— Похоже, что работает, — согласился с ней капитан. — Остается лишь только понять, как именно оно работает.
— Я знаю! — заговорщицки прошептал Кайто, и его глаза загорелись хорошо знакомым мне фанатичным огнем. — Мы просто перешли в над-спейс состояние!
— Кого? — не понял Магнус. — Ты опять придумываешь новые слова?
— Да, и что⁈ — нагло ответил ему Кайто. — А как ты ещё назовешь это состояние⁈
— Какое состояние⁈ — Магнус развел руками. — Я даже не понимаю, о чём ты говоришь!
— Спейс это же такое… состояние как бы «над» физическим миром! — Кайто для иллюстрации расположил ладошки одна над другой. — А мы, перейдя в спейс в состоянии вибрации, перешли в «над-над» состояние, даже над спейсом!
Его ладошки поменялись местами, явственно иллюстрируя, что он хотел сказать, а Магнус потряс головой:
— Чушь какая-то! Хочешь сказать, что есть ещё какой-то спейс для спейса⁈
— Я думаю, что есть даже спейс для спейса для спейса! — восхищенно ответила ему Кайто. — И вообще измерений в этой истории бесконечное количество, лишь бы была энергия, чтобы в них проникнуть! Вот мы перешли не просто в нематериальное состояние, а в мета-нематериальное состояние, если вам интересно! И той самой энергии, которую нам придал спейсер, оказалось достаточно для того, чтобы пролететь намного, намного больше расстояния!
— Ладно, тогда почему этого не случилось в первый раз? — резонно спросила Пиявка, и Кайто тут же стушевался:
— А, ну… Этого я уже не знаю.
— Эх, а такая теория была! — философски заметила Пиявка.
— Погоди-погоди, теория действительно имеет смысл! — я поднял ладонь. — Мы же где оказались в итоге? В Солнечной системе. А в Солнечной системе у нас что?
— Что? — тупо спросил Магнус. — Фарида Малик и куча мин?
— Дурак ты, Магнус! — вздохнул я. — В Солнечной системе у нас самый первый спейсер. И не только он, а вообще в принципе колыбель спейс-технологии. Система, в которой она родилась, развивались и выросла. В которой было поставлено бесчисленное количество экспериментов над ней!
— Всё ещё не понимаю, к чему ты клонишь, — нахмурился Магнус.
— Давай предположим — всего лишь предположим! — я поднял палец вверх. — Что спейс это не просто удобная изнанка мира, по которой можно путешествовать, а… Некий эфирный план, что ли? В общем нечто реактивное, что-то такое, на чём различные издевательства оставляют свой след. И десятки и сотни экспериментов со спейсом — отличный пример такого следа, как по мне!
— Хочешь сказать, Солнечная система это такая себе спейс-аномалия? — нахмурился Магнус. — Типа… простите, хардспейса?
— Не утверждаю! — я развел руками. — Но это единственное объяснение, которое приходит мне на ум прямо сейчас. Мы вывалились в Солнечной системе именно потому, что там… Да, аномалия. Она нас, если можно так сказать, притянула, а спейсер — затормозил и вытащил из спейса!
— А в первый прыжок? — не сдавался Магнус. — Там же не было никакой аномалии!
На это я лишь развел руками, показывая, что мне нечего ответить, и на мостике повисла пауза.
Но уже через секунду её неуверенно нарушил Кайто:
— А с чего вы взяли, что не было?
Взгляды всех присутствующих скрестились на нём, он чуть поежился, но поднял указательный палец, и принялся второй рукой стучать по своему рабочему посту. Спустя несколько секунд он радостно улыбнулся, и указал пальцем на лобовик, на котором снова появился уже знакомый нам список. Список экспериментов «Кракена».
И один из пунктов в этом списке был выделен ярко-красным.
— Так я и думал! — довольно произнёс Кайто, открывая сводку по эксперименту. — Система Марипоса. Испытание портативного спейсера. Обратите внимание — эксперимент не был саботирован, то есть, его довели до конца. Не особо удачно, судя по описанию, но мы же сейчас не об успехе говорим… Мы говорим об аномалии. Если Кар прав, и такие действия действительно оставляют на спейсе… «шрамы», назовем их так, то подобные эксперименты — чуть ли не главное, почему они там появляются!
— Точно! — я кивнул. — Примерно это я и имел в виду. В космосе есть аномалии, почему бы не предположить, что в спейсе тоже есть какие-то аномалии? А если предположить, что они есть, то почему бы не предположить, что часть этих аномалий — рукотворные? Может быть, созданные и не специально, но всё равно — созданные!
— А хардспейс? — подала голос Кори. — Получается это тоже аномалия?
— Мало того, это именно та самая аномалия, с которой вся эта теория и начинается! — я кивнул. — Именно так в него корабли и попадают. Вибрация на определенной частоте заставляет корабли перейти в «над-спейс» состояние, в котором они становятся подвержены влиянию спейсовых аномалий. И эти аномалии тормозят корабли, выдергивая их из «над-спейса». Но так как большая часть этих аномалий созданы человечеством, как мы уже поняли, то нет ничего удивительного, что попавшие в них корабли выходят и из обычного спейса, как бы это странно ни звучало, тоже. Причём — в местах обитания людей.
— А хардспейс, получается, нерукотворный… — пробормотал капитан. — И там никакого спейсера нет, который мог бы вытащить корабль из над-спейса.
— Это всё наводит меня на странные мысли… — Магнус задумчиво подпер голову рукой. — Хардспейс тормозит корабль в состоянии над-спейса, но не выводит из него… И корабль остается в состоянии над-спейса… И при этом — остается в хардспейсе… Мне начинает казаться, что хардспейс и «над-спейс» — это… не знаю… одно и то же?
— Если судить по этой теории, да, примерно так и получается, — я улыбнулся. — Получается, что всё это время все искатели хардспейса искали совершенно не то, что нужно было искать. Все они, да и мы тоже, чего греха таить, думали, что хардспейс — это такое место… А на самом деле хардспейс — это уникальное, сложившееся из целой кучи различных факторов, физическое состояние…
Глава 25
— Уа-а-ау! — с присвистом прошептал Кайто, глядя на меня глазами, полными восхищения. — Это так…
— Бредово? — усмехнулся Магнус.
— Что? — Кайто моментально сменил взгляд на удивлённый и уставился на здоровяка. — Нет! Это гениально! Это… Это настолько гениально, что вполне может оказаться правдой!
— Неужели? — Магнус погасил улыбочку, хотя было очевидно, что он не верит азиату без доказательств. — И почему же?
— Так по М-теории же!
— Ты мне будешь рассказывать про М-теорию⁈ — криво ухмыльнулся Магнус. — Я потратил сто двадцать часов своей жизни на её изучение, так что не надо мне тут сейчас!..
