Ифе сидела на кровати в старых покоях обители Селкет и массировала виски, в которые болью отдавался уже почти ненавистный зов скрижали.
После возвращения к спутникам ей удалось вздремнуть, чтобы совсем не ослабеть на том пути, который их ждал.
В спальню тихо вошла Амт. Лицо богини было напряжённым, и зелёные чешуйки стали сильнее выделяться на побледневшей коже.
– Как ты?
Взглянув на богиню, Ифе вздрогнула. Тяжесть возможного решения, о котором она думала под взглядом Наунет, стала особенно ощутимой. «Что будет с богами, если мир станет принадлежать людям?..» Ифе знала, что никогда не сможет причинить вред богам. Цели Одайона по их уничтожению были ей противны и ненавистны. Однако в её видении боги добровольно отдалились от людей. «Что, если в реальности они не захотят так поступить? Что, если они не примут путь, который кажется мне правильным?»
Аментет пока не знала ответов на эти вопросы, но, несмотря на сомнения и страхи, образ мира, показанный ей Наунет, продолжала казаться благом для мира.
– Ифе? Ты слышишь меня?
Молчание девушки затянулось, и Амт осторожно прикоснулась к её руке, повторяя вопрос.
– Как ты?
– Нам нужно идти? – встрепенулась Ифе, возвращаясь из раздумий.
– Нужно. Только… – Амт выдохнула, касаясь висков кончиками пальцев. – Остальным я уже сказала. Мне удалось пробраться глубже в мысли Царицы.
– И… что ты в них нашла?
– Испытания. Она защитила скрижаль и сделала так, чтобы путь к ней можно было пройти, только собрав артефакты.
– Палетку, статуэтку и копьё?
– Да.
– У нас нет статуэтки Бастет. Значит, до скрижали мы не доберёмся?
– Два артефакта – это уже лучше, чем ничего… – ответила Амт. – Просто одно из испытаний может оказаться сложным.
– А когда нам было легко?..
Из горла Амт вырвался нервный смешок.
– Никогда.
– Что за испытания нас ждут?
– Точно не знаю. Мысли Царицы о них разрозненны. Думаю, она старалась скрыть их даже в своей голове.
– Отступать в любом случае поздно.
Амт кивнула, шагая к выходу из комнаты.
– Ифе… – богиня сделала паузу, передёргивая плечами, – меня одолевает дурное предчувствие.
По спине Ифе прошёл холодок, словно предчувствие Амт передалось и ей.
– Всё будет хорошо.
– Надеюсь. Но если что-то пойдёт не так… В общем… Ты не могла бы… – Амт закрыла глаза и упрямо поджала губы. – Ничего. Прости. Говорю какую-то ерунду.
– Амт, я готова выслушать тебя, что бы ты ни сказала.
– Если что-то произойдёт со мной, скажи Сету, что я не виню его ни в чём и по-прежнему люблю, – скороговоркой выпалила она.
Боясь допустить даже мысль о том, что с Амт что-то случится, Ифе упрямо повторила:
– Всё. Будет. Хорошо.
Богиня устало кивнула.
Спальню девушки покинули молча, притворяясь, что имя Сета и просьба Амт не прозвучали.
* * *
Пожирательница душ провела Ифе через зал со статуей Селкет, и они оказались в продолжении катакомб. Здесь всё было так же, как и в том месте, где начинался их путь под Та-Дешрет: темницы с решётками из оникса, и длинный коридор во тьму.
Амт вздрогнула, приближаясь к уже ожидающим их с Ифе Сету, Анубису, Кейфлу и Атсу.
– Надеюсь, путь через оникс закончится быстро… Я снова чувствую себя смертной.
Сет, напряжённо осматривающийся вокруг, согласно кивнул.
– Смотрим под ноги, мои дорогие боги, если не хотим корчиться от боли, ударившись мизинчиком о камни. – Его шутка прозвучала немного вымученно, и Ифе поняла, что грядущие испытания тревожили всех в равной степени.
Поймав взгляды Кейфла и Анубиса, девушка глубоко вздохнула. Времени на честный разговор с ними, в котором она так отчаянно нуждалась и так боялась, категорически не было. К счастью или к сожалению.
Прислушавшись к зову скрижали, аментет указала на тёмный проход в конце коридора.
– Не то, чтобы у нас был другой путь… Но нам нужно идти туда.
Больше не оттягивая момент, Атсу и Сет первыми пошли в неизвестность. Следом двинулись Амт и Кейфл. Ифе тоже сделала шаг вперёд, но её локтя коснулись прохладные пальцы Анубиса, задерживая на месте.
– Постой. Я хочу поговорить.
От звука его голоса и сказанных слов сердце девушки пропустило удар. «Может, всё-таки пора сказать. Времени нет, но дальше его может не остаться совсем…» Пока Ифе решалась на откровенность, Анубис уже заговорил.
– Я чувствую, что мы близки к концу пути, и я бы хотел задуматься о том, что будет потом.
Обернувшись, Ифе посмотрела в его зелёные глаза. В них отражалась… она. И на мгновение аментет увидела себя со стороны. Просто смертная. Без крыльев – даже не аментет. Какая-то девушка, не помнящая прошлого. Красивая? Возможно. Но красота слишком субъективна.
Ифе не была склонна к самоуничижению, но она понимала: «Я особенная лишь по стечению обстоятельств». Она вспомнила всё своё недавнее общение с Анубисом. «Он относился ко мне как к равной и интересной ему. Как к богине… Но я не богиня».
– Какое «потом» может ждать бога и человека? Если мы пройдём путь до конца, это не изменит мою смертность.
В очередной раз вспомнив видение Наунет, Ифе поняла, что это действительно важный вопрос. Они с Анубисом пока могли быть рядом. Но насколько? Пока она не состарится и не умрёт? Ведь бессмертие богов было для неё недостижимо при жизни.
– Наше «потом» может быть разным, – тихо ответил Каратель. – Ты стремишься к жизни, а я связан со смертью. Это пугает тебя?
Ифе ответила не сразу, подбирая слова.
– Быть может, я сейчас скажу глупость. Упрощённое сравнение, но… – Она вновь посмотрела в глаза богу. – Если убрать весь свет в мире, то не будет теней – только тьма. А если убрать все тени, то от света нельзя будет укрыться в прохладе. Думаю, жизнь и смерть так же идут рука об руку.
Анубис бережно обхватил ладонь Ифе.
– Ты мудра.
– А вы так и не сказали, какое «потом» существует в ваших мыслях.
Бог тихо усмехнулся. Лёгкая хриплость проникла в этот звук, пуская мурашки по спине Ифе.
– Мне сложно выражать свои чувства открыто. С тобой это постепенно становится проще делать. Но мне важно, чтобы ты поняла. То, что я чувствую, не мимолётный интерес божества.
– Вы уверены?
Бог, не отпуская руку Ифе, потянул её вверх, чтобы положить к себе на грудь. Кончиками пальцев девушка почувствовала холод металлических частей его облачения.
– Как ты думаешь, у бога есть сердце?
Ифе уже открыла рот, чтобы ответить очевидное «да», но в этот момент по её ладони прошла вибрация, заставившая девушку задержать дыхание.
Это было сердце. Сердце Анубиса.
Оно билось не так, как её собственное. Медленнее и в то же время сильнее.
– Ох… – пробормотала она.
Анубис тихо рассмеялся, и новые волны вибрации передались Ифе, заставив её прижать руку к груди бога сильнее.
– Почему я… Почему я никогда не замечала, что ваше сердце бьётся иначе?
– Потому что мы привыкли скрывать полную сущность при смертных. Это происходит неосознанно. А сейчас, близ оникса, я не могу этого сделать. Близ тебя же и не хочу скрывать.
Ифе захлестнули чувства. Радость от того, что Анубис открылся ей. Дрожь волнения от его близости. Спокойствие от ощущения размеренного биения его сердца. Вина за то, что он знал и о её интересе к Кейфлу.
Анубис подался вперёд, прижимаясь лбом к её лбу. Он выдохнул, и аментет почувствовала, как его сердце забилось быстрее. Как будто оно билось… для неё.
Это было точкой невозврата. Концом сомнений.
[Если вы хотите выбрать вашим любовным интересом до конца книги Анубиса, перейдите к подглаве «Грешница Карателя»]
[Если вы хотите выбрать вашим любовным интересом до конца книги Кейфла, перейдите к подглаве «Царица хекау»]
