Не хотелось думать, что однокурсник причастен к столь темным делам, но совпадений слишком много. И чем дольше я размышляла, тем отчетливее понимала, что к Дарелу лучше не соваться. Сто лет не виделись, никогда до этого не общались, и тут на тебе, приходит с интересным предложением. Я же не только о себе думать должна, кто позаботится о моем зоопарке, случись что со мной?
Эта внезапная мысль согнала меня с кровати. Раньше я как-то не задумывалась о таких вещах, но химера местора оказалась у меня, потому что больше ее деть некуда. А у меня тут не скромных размеров химера, а длиннющая гидра, откормленный цербер, василиск,возможно, реликтовый, и так, по-мелочи: пустынный поползень, ушан, рухх (пока птенец) и огненная игуана, которую, кстати, все никак не заберут.
Нет, вопрос однозначно нуждался в решениии, а с такой нервной жизнью – в самом скорейшем. Безусловно, есть вариант спихнуть все на Майка, но привыкший к вольной жизни без ежедневных выгулов и кормежек, чисток и прочего, друг подобный “подарочек” не оценит. Королевский зоопарк не примет гидру и цербера как слишком опасных, им бы рухха сбагрить, и то хорошо. Ксавьер? Церю однозначно ему, нужно дать песику шанс достучаться до лорда Тайны. Но вообще, пора бы вспомнить, что у меня семья имеется, вполне способная прокормить живность, случись что с хозяйкой. А значит, следует составить распоряжение и заверить его в отделении Миасского банка. Банк закрыт до утра, а вот бумаги в моем кабинете предостаточно, так что дело в долгий ящик откладывать не пришлось. Представляю лица родни, когда они узнают, какое количество самых разных животных я собираюсь им подкинуть в случае своей внезапной кончины. Но ничего, зато теперь я спокойна.
Умирать я, между тем, не планировала и имела четкие намерения прожить долго и счастливо, а поэтому с чувством выполненного долга пошла досыпать. Но для верности залезла в холодильный ящик и накапала успокоительных капель, обеспечив себе крепкий сон без сновидений.
До утра все было тихо.
Проснувшись, я осторожно встала, умылась, оделась (и даже не в рабочий комбинезон), а внизу чуть не упала от удивления.
Полностью собранный лорд Тайны доедал яичницу с беконом на завтрак и с интересом разглядывал…
– Предупреждаю сразу, – строго сказал Ксавьер, не отрываясь от моих ночных записей, – цербера не возьму.
– Как вам не стыдно! – я потянулась к бумагам, угораздило же оставить их на кухне пока капли пила. Но лорд оказался быстрее и проворней.
– Все лежало на столе, я только взглянул, а потом просто не смог оторваться.
– Я не про это. Как не стыдно не исполнить последнюю волю умершего!
Лорд поперхнулся. Кашлял долго.
– Так, а теперь еще раз. А то мне послышалась, будто это завещание. Но, полагаю, я просто неправильно понял.
– Нет, все правильно, – я наложила себе заботливо оставленной яичницы. Есть все-таки что-то в этом мужчине, однозначно. Например, умение готовить.
Ксавьер отодвинул недоеденную яичницу, поднялся, обошел стол и навис надо мной.
– А почему только животных? – странным тоном поинтересовался лорд. – Обычно что-нибудь полезное завещают, а не всякую живность.
– Моя живность очень хорошая. И у меня кроме них ничего нет.
От осознания сказанного стало как-то грустно. Можно, конечно, вспомнить мою коллекцию книг по целительству и приличный запас артефактов, но это все же не то, чем можно похвастаться и с гордостью кому-то завещать.
– Тогда хочу предупредить, – Ксавьер как-то совсем неприлично наклонился ко мне. – Что случись с вами непоправимое, Церю сдам на опыты вашему однокурснику. Или таксидермисту, если однокурсник откажется, знаю того, кто всех берет. А скорняки и подавно в очередь встанут, стоит объявить, что имеется отличный экземпляр с замечательной шкурой.
– Да вы! Да как вы! – у меня слов не было, чтобы выразить все негодование по данному поводу!
– Поэтому, Линда, не торопитесь вслед за ушедшими богами. Подумайте о Цере.
– Я и подумала! Обо всех, между прочим!
– Кстати, не знаю, кто там ваши родители, но вряд ли они обрадуются реликтовому василиску. Вы ведь из-за него из дома ушли.
– Они же не знают, что Дао реликтовый, – попробовала возразить я.
– Узнают, – пообещал Ксавьер.
– Майк сказал, что Дао может и не реликтовый.
– Может и не реликтовый, а может и реликтовый. Я бы, на месте ваших родных, с ним не связывался.
– Ах вот вы как! Я, значит, о нем забочусь, а он мне угрожает?!
Тарелку я отодвинула подальше. Вдруг заденем еще, придется самой заново готовить.
– Угрожаю, еще как угрожаю. И если не выбросите всякую дурь из головы, то обещаю разыскать ваших родителей и передать им эти бумажки. Не думаю, что они сильно обрадуются. Мне хотя бы один цербер достался, а им: василиск, химера, гидра, вот уж точно подарочек, ушан, поползень, огненная игуана, – зачитал Ксавьер. – Даже странно, что рухха королевскому зоопарку отписали, тут, мне кажется, одним меньше, одним больше.
– Нет, рухх очень сложен в уходе.
– Удивительно, что вас это заботит. У меня почему-то никто не спросил, умею ли я ухаживать за церберами.
– Научитесь, – я попробовала выхватить бумаги, но лорд поднял их в руке, а прыгать было как-то несолидно.
– Итак, Линда, мне искать ваших родителей?
– Нет, я не собираюсь умирать. Только записи отдайте.
– Не отдам. Это моя гарантия, что вы не наделаете глупостей.
Лорд свернул всю мою ночную работу в трубочку и убрал во внутренний карман пиджака.
– А под честное слово?
– Нет, и под нечестное тоже. Церемония прощания с местором в полдень, не опаздывайте. С Дарелом Вольсом мы как-нибудь сами разберемся, а после вот этого, – лорд постучал по своей груди, точнее, по внутреннему карману со свитком, – я вдвойне постараюсь. Не хочу, знаете ли, получить столь сомнительное наследство.
Мысль о церемонии в храме разом перечеркнула все хорошее настроение. Даже яичница и хрустящий бекон показались менее аппетитными.
– Центральный храм, да? – на всякий случай уточнила я. Лорд кивнул. – Ксавьер, я тут подумала, а черканите, пожалуйста, свою подпись на бумагах, а?
– Зачем? – удивился мужчина.
– Раз уж в Миасский банк я сегодня забежать не успею, а заново переписывать не хочется, то, думаю, подпись лорда Тайны вполне сойдет за заверение, – любезно пояснила я.
– Нет, – категорично отказал Ксавьер. – О ваших животных позаботитесь или вы, или таксидермист. Я предупредил.
Во же несносный тип! Заново что ли свое волеизъявление писать?
Я посмотрела на часы, времени в обрез, надо попытаться хоть что-то успеть до погребальной церемонии. Бумаги потом перепишу, если кое-кто не сменит гнев на милость и не войдет в мое положение. Видите ли цербера он не хочет! Завещаю весь зоопарк – будет знать!
Но самое главное, что лорд не заметил никакого вмешательства, а значит, заклинание наложилось успешно. Я с трудом удержалась, чтобы не потянуться к нему и не проверить, как все работает и как самочувствие пациента. Уходя, Ксавьер выглядел пусть и недовольным, но вполне здоровым, а если что-то произойдет, надеюсь, немного модифицированная связь незамедлительно даст мне об этом знать.
Майку я отправила сообщение, что надо быстро выдвигаться к мехам, иначе ему придется идти одному, а я в мастерских давно стала своим человеком, знала лучших мастеров и получала хорошие скидки.
У нас мехи появились относительно недавно, а вообще они существовали давно, заработав себе известность еще до драконьей чумы. Юг славился своими мастерами, а про цеха, сравнимые по размеру с небольшими городами, рассказывали настоящие легенды. Сейчас и не разберешь, сколько в них правды, а сколько вымысла – все сгинуло в драконьем огне. Часть тех, кому удалось спастись, оказались заражены и сгорели уже в лихорадке, не успев передать свои знания. Малая толика уцелевших бежала на север, где в холодном климате чума распространялась медленнее, там и осели. У нас же мастеров не так много, небольшой квартал с трудом заселили, но корона верит в них и создает благоприятные условия. Собственно, больше никаким гильдиям корона не потворствует и льгот не предоставляет, но я рада, что хотя бы мехам дают развиваться. Уверена, будущее за ними.
