Глубоко вдохнув, я начала целительскую помощь с эмоционального состояния жениха. Моей эмпатии было достаточно для работы с животными, они более восприимчивы и всегда настроены на эмоциональное взаимодействие. А вот с людьми все намного сложнее, человек хуже поддается внушению и имеет природную защиту от любых ментальных воздействий. А если не просто человек, а маг, да еще Высокий лорд… но я попробую.
Нужно настроиться, попытаться уловить волну его эмоций и направить в другую сторону, успокоить. Майк бы справился в два счета, да и Кейвин, пусть ему и недостает опыта. Мой друг всегда беззастенчиво пользовался своими способностями в общении с окружающими, а вот ученик старается к ним не прибегать. Зря, наверное, как показывает пример Майка — жизнь может быть намного проще, стоит лишь расположить к себе нужного человека. Главное — не попадаться.
Я чуть не отдернула руку, когда заметила легкое мерцание перстня, не знаю, к чему бы это, и спросить, как назло, не у кого. В моем окружении не так много Высоких лордов, не к родителям же с такими вопросами идти? Дао снова приподнял голову, пытаясь лучше рассмотреть происходящее. Но не прошло и минуты, как я почувствовала отклик, почти как с грифоном, только не такой оформленный и четкий, едва уловимый. Ксавьер тут же расслабился и начал дышать ровнее. Жар немного спал, пульс нормализовался, а я лучше пригляделась к перстню, в котором, как выяснилось, хранится немало секретов.
— Спокойной ночи, — шепотом пожелала я жениху.
Дао что-то прошипел за него в ответ и нырнул обратно под одеяло.
Итак, нам нужно как можно быстрее найти кучу ингредиентов, приготовить лекарство и молиться ушедшим, чтобы все получилось. Обратный отсчет начался.
Глава 11
Ревизия
Не знаю, во сколько ушел Ксавьер, но когда я встала утром, то на кровати остался один Дао, в последнее время совсем обленившийся.
Завтрака на столе не обнаружилось, я даже расстроилась слегка, привыкла уже к хорошему. Зато в турке, накрытой крышкой, нашелся сваренный кофе в сохранившем тепло заклинании стазиса. Все-таки жених совсем обо мне не забыл. Так что я быстро позавтракала творогом, выпила кофе и пошла готовиться к приему. Через несколько минут ко мне присоединились ученики, Рози хозяйничала за своим столом, проверяя записи на сегодня и пришедшие на переговорник сообщения. Я раздала всем «ЦУ», предупредила, что планирую уйти если не на целый день, то на его большую часть, и им придется обходиться без меня. Все дружно заверили, что справятся, так что оставалось забрать список необходимых ингредиентов; артефактов, которые следует докупить или подзарядить; оборудования, поскольку имеющееся для создания лекарства от чумы не подходило, а старое в особняке вряд ли дожило до наших дней в исходном состоянии. Заклинание сохранения было наложено только на шкатулку, все остальное в секретной комнате выглядело слишком ветхим, чтобы рисковать им пользоваться. Вообще, раньше с такими сложными рецептами мне сталкиваться не доводилось, все-таки алхимия — это отдельная наука, почти искусство. И надо признать, что я не столь виртуозно владела им, как мой славный предок, с чьей легкой руки несколько государств были почти стерты с лица земли. Я уже положила списки во внутренний карман и взяла грифель на случай, если придется что-нибудь записывать, когда в дверь постучали и после моего разрешения помощница заглянула внутрь.
— Эм… местресс, — девушка находилась в растерянности, даже слова, обычно льющиеся из нее беспрерывным потоком, где-то застревали. — К вам пришли.
И Рози бросила какой-то странный взгляд назад в коридор.
— А парни сами не справятся? — я слишком настроилась уходить, да и мест следовало обойти прилично.
Рози снова взглянула в коридор, стоя в приоткрытых дверях.
— Нет, мне нужна местресс лично, — послышался уверенный ответ до того знакомым голосом, что я, забыв про все, в два больших шага оказалась у двери и распахнула ее, столкнувшись нос к носом с человеком, которого предпочла бы никогда не встречать.
Карандаш в моей руке жалобно хрустнул, а зубы скрипнули.
— Какого…
Теперь я понимала Рози, пусть ее немота вызвана несколько иными эмоциями, слов высказать все, что хотелось, у меня тоже не находилось. Точнее, они были, но не те, которые следует произносить вслух в присутствии ожидающих своей очереди и навостривших уши клиентов.
— И я безмерно рад тебя видеть, — очаровательно улыбнулся мужчина причем как-то так, что каждому из присутствующих показалось, будто улыбка адресована лично ему.
Дамы тут же начали невзначай поправлять прически, Рози так вообще зарделась, а я поняла, что комедию пора заканчивать.
— Говори, что тебе нужно, и проваливай, — когда-то его улыбка действовала и на меня, но сейчас ничего кроме неконтролируемого приступа злобы не вызывала.
— Не так быстро, — этого типа всегда было сложно выбить из колеи. — Вообще-то с проверяющими стоит говорить вежливее. Нет, конечно, в свете наших давних отношений…
«Каких, к ушедшим, отношений?» — хотелось спросить мне, а заодно встряхнуть этого гада за грудки, но главное я все же вычленила и пелена перед глазами начала рассеиваться.
— Проверяющий? Мне говорили, ты занимаешь высокую должность, неужто разжаловали?
— Я рад, что ты мною интересуешься, — улыбка по-прежнему сияла на лице мужчины. — Но у нас сложная ситуация, так что на проверку пришлось пойти всем. К тому же я никогда не чурался никакой работы и не считаю зазорным пройтись по клиникам.
И прозвучало это так просто, что всеобщее восхищение буквально наполнило холл. Я бы тоже восхитилась, если бы не знала, что это игра на публику. Кому-то стоило пойти в актеры, успех и слава были бы гарантированы. Впрочем, он и на нынешнем месте неплохо устроился.
— Проходи, — сквозь зубы процедила я.
— Благодарю за помощь, — кивнул проверяющий Рози так, что девушка окончательно смутилась.
— Итак, — я закрыла дверь, заодно ставя беззвучный полог. Вдруг не сдержусь? — Эдвард, я никогда не поверю, что из всех мест ты пришел ко мне по чистой случайности.
— Не веришь в случайности? — понимающе усмехнулся мужчина.
Маска душки и всеобщего любимца не то чтобы слетела, она, скажем так, стала менее явной, приоткрывая истинное лицо корыстного интригана и карьериста. А проще говоря — моего бывшего, Эдварда Стейна.
— В случайности верю, — их в моей жизни в последнее время предостаточно. — Не верю тебе.
— Линда, — Эдвард беззастенчиво присел на мой стол. — Столько воды утекло, а ты по-прежнему злишься и не можешь меня простить.
— Убери свой зад с моего стола, — надвинулась я на проверяющего. — Ты слишком высокого о себе мнения, я злюсь не на тебя, а на себя, что совершила такую глупую ошибку. Но ты ведь не за этим пришел? — я постаралась взять себя в руки. Последнее, что мне сейчас нужно — поссориться с тем, кто способен отозвать или приостановить лицензию клиники. — Или ты понятия не имеешь, как проводятся ревизии? Научить?
- Представь себе, я в курсе, — мужчина назло мне неторопливо слез со стола и взял объемную папку, которую держал под мышкой. — Начнем с подконтрольных сильнодействующих и наркотических препаратов.
Сильнодействующие препараты, вроде стимуляторов, сильных обезболивающих и лекарств с наркотическими компонентами выдавались Целительской палатой раз в год, исходя из потребностей клиники. Все излишки предполагалось или сдавать, или брать на следующий меньше. Перед продлением лицензии за каждый препарат целитель обязан отчитаться.
Я прошла к сейфу, где хранились вещества, попутно достав из ящика стола журнал учета расходования средств. Действовала я с невозмутимым лицом, однако по спине пробежал холодок. При всех недостатках Эдварда дураком он не был. И если захочет докопаться — то сможет, особенно с учетом того, что отчет о потраченных сильнодействующих лекарствах шит у меня белыми нитками, трещащими по швам.
