Но в конце концов к нам подбежала раскрасневшаяся и запыхавшаяся Роуз.
Еле отдышавшись и смахнув рукавом капельки пота со лба, она начала:
— Господин Рихтер, мы работали согласно плану и, как видите, растения дали первые всходы, но… — она сделала драматическую паузу и развела руками, — начались набеги.
— Какие? — переспросила Ольга.
Если я уже начал ощущать знакомую энергию и понимать, в чём дело, то внучка ещё не догадалась.
— Вредители! Они очень маленькие, их почти не видно среди посадок, но…
— Твою мать! — донёсся до нельзя яростный голос со стороны поля.
Мы дружно перевели туда взгляд.
Один из гвардейцев с шумом провалился под землю почти по пояс. И теперь выпрыгивал из ловушки, попутно стряхивая с себя комья грязи.
— Да сколько можно! — в сердцах воскликнула Роуз. — Это уже третий такой случай! Они нам так всю пашню угробят!
— Да кто они-то⁈ — воскликнула Ольга.
— Да грызуны проклятые… — расстроенно махнула рукой Блумфилд, — хомяки, хорьки или типа того…
Внучка нахмурилась.
— Разве ты не маг природы? Как ты можешь не отличать хомяка от хорька? Хорёк вообще-то хищник, ему и даром не сдались эти посевы.
— Не могу, — всплеснула руками та, — они не похожи ни на кого и в то же время на всех сразу.
— Они мутировали, — догадался я, — скорее всего, звери сохранили лишь общие черты, свойственные семейству грызунов или каких-то похожих на них мелких хищников. Скверна и не на такое способна. Она вполне может заставить действовать заодно даже заклятых врагов.
— Да-да! — закивала Роуз. — Да и на самом деле совсем не важно, кто это. Проблема в том, сколько их… к тому же…
Девушка замолчала и напряжённо к чему-то прислушалась. Мы с Ольгой тоже услышали странный нарастающий гул.
— Сейчас сами всё увидите, — закончила Роуз и закричала, обращаясь к остальным: — Всем собраться! Новая волна!
Гул становился всё сильнее, а на горизонте появилось странное серое облако.
На поле же началась суета ещё сильнее, чем до этого.
Гвардейцы поспешили к дороге, с которой похватали раскиданные тут и там огнемёты, и тут же побежали в сторону приближающегося облака, выстраиваясь перед полем, как живой частокол.
А когда облако подлетело ближе, уже стало понятно, что это самая настоящая туча мутировавшей саранчи. И она явно нацелилась на наши посадки!
— Пли! — крикнул один из гвардейцев, когда монстры подлетели на близкое расстояние.
Воины тут же дружно открыли огонь.
Однако саранча летела вперёд с упорством самоубийц. И только когда они потеряли больше половины своих сородичей, туча развернулась и полетела прочь.
Гвардейцы же мгновенно побросали огнемёты и бросились обратно на поле.
Тем более что их уже криком подгоняла Дейзи:
— Они уходят! В погоню за мелкими поганцами! — командовала она.
А я теперь заметил, что помимо гвардейцев и фермеров на полях сражались ещё и мини-химеры.
Они и рванули первыми за уматывающими с поля десятками маленьких чёрных, серых и коричневых точек.
Теперь и Ольга их заметила.
— Ох, — выдохнула она, — теперь понятно, почему их так трудно засечь издалека. Они слишком сильно сливаются с землёй.
— Да, — кивнула ей в ответ Роуз, — поэтому приходится быть вдвойне внимательными. Не заметишь сразу, так эти твари выкопают семена, засунут их себе в мешки за щеками, и поминай как звали!
— И такое на всех полях? — переспросила внучка.
— Да… — расстроенно отозвалась Роуз и начала объяснять.
После чего картина наконец стала яснее.
Блумфилд рассказала, что всё началось с тех пор, как посадки дали первые всходы. Всего несколько дней назад. До этого они с Дейзи активно работали на полях, и всё шло как обычно.
Ну, за тем исключением, что требовалось немного больше природной магии, чтобы укрепить ростки. Всё-таки эту землю совсем недавно избавили от скверны, и она всё ещё не была полностью очищенной от её влияния.
Но настоящей проблемой оказалось совсем не это. А то, что местные грызуны и насекомые, заново осваивая эти земли, тоже заражались скверной и начинали мутировать. Но не полностью.
Роуз сказала, что это ей напомнило эксперименты, которые она проводила с растениями. Когда те мутировали, но всё-таки не превращались в монстров очага до конца.
Вот то же самое произошло и с вредителями.
Сначала они просто иногда прибегали на поля, но это были беспорядочные и не слишком частые появления. С этим спокойно справляли одни лишь Блумфилды и простые фермеры.
Но на следующий день мутантов стало гораздо больше. Настолько, что Дейзи не выдержала и обратилась к Игнату, контакты которого им дали заранее.
Игнат провёл на полях вместе с Блумфилдами целый день.
И если утром он надеялся, что с помощью своего отряда умертвий прогонит прочь всех мелких поганцев и решит проблему, то к вечеру вредителей стало настолько много, что ему пришлось обратиться к Прохору.
С этого момента ситуация становилась только хуже. Не потому что гвардейцы плохо воевали. Напротив, они делали всё, что могли. Но твари размножались куда быстрее, чем их можно было уничтожить.
В конце концов Прохор привлёк к борьбе мини-химер во главе с Пушей. И это принесло значительное облегчение на поля. На какой-то момент стало даже казаться, что проблема решена.
А потом появились тучи саранчи.
Каким-то чудом гвардейцы отбились в первый раз, затем запаслись огнемётами и наладили оборону.
Но этого по-прежнему не хватало.
Хуже всего, что если какая-то часть саранчи проникала на поля, то огонь уже использовать было нельзя. Приходилось уничтожать насекомых-мутантов своими силами.
Поэтому все старались как могли, выстраивая настоящую стену, через которую не пробиться.
В то же время Прохор провёл разведку и выяснил, что мутанты так резко поумнели и стали нападать слаженно, потому что попали под влияние соседних очагов, которые ещё не были зачищены.
Их буквально тянуло к главному кристаллу очага, так что после своих набегов они всегда туда возвращались.
Разумеется, Калинин сразу же организовал отряды для зачистки этих очагов. Изначально вредители обитали в ближайшей Гамме, но Прохор с гвардейцами довольно быстро её зачистил, после чего вернулся довольный, думая, что решил проблему. Но не тут-то было.
Вредители просто сменили свою «базу».
Теперь это стали вечные очаги уровня Эпсилона или даже Каппы.
И пока чистильщики осторожно продвигались вглубь, вредители тоже перемещались куда-то подальше от них.
— Но теперь-то мы можем покончить с этими очагами, правда, Макс? — с горящими глазами взглянула на меня Ольга. — Если гвардейцы ещё не могут быстро справиться с высокоуровневыми очагами, то вместе с тобой мы точно быстро со всем разберёмся!
— Верная мысль, — ответил я Ольге, — но не совсем. Ты давно смотрела на карту очагов вокруг Рихтерберга?
Внучка смутилась.
— Честно говоря, вообще не смотрела…
— Тогда бы ты знала, — продолжил я, — что одних только вечных очагов здесь больше десятка. Кроме того, каждый день появляются новые. Да, может быть они не столь опасные и редко превышают уровень Гаммы, но проблема-то не в этом.
Вот теперь Ольга поняла и закончила за меня.
— А в том, что эти твари размножаются быстрее, чем их убивают. И пока в округе остаётся хоть один очаг — всё бесполезно.
— Именно, — подтвердил я, — конечно, это не значит, что нам вообще не стоит их зачищать, но чтобы решить проблему на полях, нужен какой-то другой подход.
Я задумался, а Ольга спросила у Роуз:
— А что насчёт ядов и прочих средств против вредителей? Если они всё ещё не полноценные твари очага, то это может сработать…
Роуз расстроенно покачала головой:
— Конечно же мы попробовали всё это в первую очередь, но, увы, мутация зашла достаточно далеко, чтобы это не имело смысла. А если повышать дозы или использовать что-то более убойное, то мы и растениям тоже навредим. Так что об этом придётся забыть…
