Вителла посмотрел на старого товарища с иронией:
– Как говорил твой отец, прекраснейший человек: «Вначале здоровье, а только потом развлечения». Согласен?
– Увы, надо быть полным дебилом, чтобы не согласиться с таким утверждением.
Телепортацию всей экспедиции в полном составе производили сразу три божественных существа. Но если Сакрина исчезла сразу, то Райгд некоторое время перед возвращением полюбовался величественной панорамой и, цокая языком от восхищения, признался:
– Да здесь действительно можно сознания лишиться от вожделения! Самому там покопаться захотелось… Ох и завидую же я вам!
Когда он исчез, Пеотия отстранилась от Миха. До этого она нашептывала ему какие-то строгие указания и советы. Гигант при этом только улыбался и покладисто кивал головой. Прекрасная богиня указала рукой на другой край холма, где аккуратно, в рядок стояли автомобили со всей экипировкой и оборудованием. За ними виднелись три каких-то сложных агрегата, лежащих на поверхности непонятными параллелепипедами:
– Пользуйтесь, развлекайтесь и отдыхайте! И смотрите мне, не вздумайте обижать Михаила. А то сами знаете, какая я… жутко страшная.
Затем она запрыгнула на грудь своему кавалеру, громко чмокнула его в щеку, да так с того места и пропала, заставив Кормильца от неожиданности покачнуться. Карл Пузин не преминул на эту тему высказаться:
– Попробуй такого шкафа обидеть! – и обернулся к своим помощникам: – Ребята! Принимай вверенную технику!
Некоторое время он вместе с Броди, Ларисой и Люсией наблюдал за тем, как их младшие коллеги несмело двинулись к оборудованию, а трое выбранных из миллиардов кандидатов счастливчиков приступили к исторической кино-и фотосъемке. Оливер, в сопровождении двух водителей, которые ни за что не захотели выходить из состава экспедиции, первым делом стали заглядывать в кабины двух мощных грузовиков. Тогда как Мануэль и Пако поспешили проверить прочные с виду будки, стоящие на шасси грузовиков. Сразу же послышались их восторженные крики.
– Да здесь настоящая комната на шесть человек! Два практиканта подошли к диковинному автомобилю, немного похожему на джип-внедорожник, открыли двери и полезли внутрь. Кормилец с интересом ощупывал грузовик средних размеров. А вот Ирена и Николай Счастливчик приблизились к тем самым странным параллелепипедам и стали их обследовать со всех сторон.
Между тем Александр Константинович, проследив, как корреспонденты подтянулись ближе к технике, начал разговор:
– Довольно странное, даже скорее скомканное перемещение. У меня предчувствие, что нас просто выперли с Земли по какой-то непонятной нам причине.
– И мне это не нравится, – поддакнула ему Люсия. – Вот нюхом чую: что-то там произойдет.
– Да что за пораженческие настроения! – возопил Пузин и радостно втянул воздух: – Незараженная атмосфера, дивные лесные и луговые запахи, а там… – Он патетически поднял руки в сторону панорамы древнего города: – Самое таинственное, величайшее и манящее чудо! А вы тут бормочете про какие-то причины и нюхательные предчувствия. Только вперед! Ни шагу назад! Заводи моторы!
Его друзья от таких речей просветлели лицами. И все-таки Лариса свои сомнения сдерживать не стала:
– Папа говорил, что ему нечто такое предложили, что он в ближайшее время будет очень занят. Причем так и сказал: «Очень, очень занят».
Тут послышался восторженный визг Ирены, тогда как Николай всеми силами пытался оттолкнуть девушку от загадочных устройств. А одно из них вдруг стало с металлическим хрустом раскрываться, расти вверх – и вскоре превратилось в восьмиметрового железного монстра.
– Ох! – не удержался от восклицания Пузин. – Да это же киборги цорков!
А Броди побелевшими губами добавил:
– Ко всему прочему – боевые.
Когда все три железных страшилы, прекрасные в своей неповторимости и мощи, выпрямились в полный рост и уставились в немом ожидании на людей, Лариса быстрее всех приняла действительность такой, какая она есть:
– Ладно, раз нам выделили такую охрану, то наверняка в нашем распоряжении как минимум целая неделя. Предлагаю провести эту неделю с большим толком, чем просто стоять здесь с отвисшими челюстями, изображая известную картину Репина: «Неандертальцы перед самоваром». За мной, мальчики и девочки!
Она дернула застывшую Люсию за рукав и потащила за собой с упреками:
– Ты решила выйти на пенсию? Вон как твои выдвиженцы стараются. Почему не начинаешь готовить новый исторический репортаж? Я уже и название придумала: «Адельваны и динозавры: что общего?» И следом подзаголовок: «Вот так они и вымерли!»
Пузин тоже ожил, подталкивая своего товарища локтем в бок:
– Это она на тебя намекает: будешь истуканом здесь стоять – никогда не познаешь радость отцовства.
– Тоже мне, отец-герой нашелся! – съехидничал Броди, срываясь с места и с блаженством впуская в сердце томное предчувствие приближающейся великой радости.
Вскоре колонна автотранспорта в сопровождении изящно вышагивающих киборгов уже спускалась с покатого холма в сторону таинственного города адельванов. А в голове почти у каждого археолога крутилась напутственная фраза императора Бутена:
– Уникальные места – только для уникальных исследователей!
Юрий Иванович
Уникумы Вселенной – 3
Пролог
Если разобраться, Сторож имел не только сложный порядковый номер с буквенной аббревиатурой, но еще в процессе своей постройки и отладки получил несколько имен личных от своих создателей. Но сам он любил, когда к нему обращались коротко, зато емко, Сторож. Именно это словоопределение наиболее точно определяло все те многочисленные функции, обязанности и задания устройства, которые возлагались на его плечи к выполнению. Да и задания можно было свести только к одной строчке: «охранять города от любых посягательств любых разумных или неразумных существ». Предыстория и причины таких задач были устройству неведомы, да и неинтересны, все его конструктивные возможности рассчитывались не на анализ действия своих создателей, а на исполнение их воли.
Причем исполнение скрупулезное и строгое.
Так, например, уничтожать всю живность следовало не сразу и не с любого количества, а когда количество разумных особей достигнет восемнадцати или сразу превысит это число. Создатели полагали, что десяток существ, к примеру, никогда не сможет стать репродуктивным и достигнуть уровня выживаемости вида. Сами вымрут. А значит, использовать для их истребления мощь искусственного интеллекта бессмысленно, как и задействовать подотчетные ему силы тотального уничтожения.
Про мистичность и особое почтение адельванов к числу восемнадцать Сторож знал. Потому что оно состояло из суммы иных чисел: пятнадцать и три. Именно с пятнадцати представителей своего вида, попавших случайно в иную Вселенную, а также трех их союзников иной расы, помогавших на первом этапе, адельваны выросли в единую и мощную цивилизацию. Пятнадцать тысячелетий длился расцвет этой цивилизации. Да и вообще числа три, пятнадцать и восемнадцать фигурировали и преобладали в большинстве не только деяний крупного масштаба, но и бытовых мелочей. Это уже не говоря о том, что каждый адельван имел на руках пятнадцать пальцев. Ну а число три всегда суммировалось к пятнадцати так, словно заклинание счастья или краткая мысленная молитва.
Так что искусственный интеллект, призванный охранять покой планеты, знал прекрасно: меньше восемнадцати – это ничто, пустота и тлен. А вот восемнадцать и выше – это сила, опасность и преступное коварство, на которое следует реагировать немедленно.
И вот однажды устройства наружного наблюдения подали сигнал: к городу приближаются не просто существа, а существа разумные. Их внешнее сходство с адельванами просматривалось сразу, хотя и различия невозможно было скрыть даже под одеждами. Проснувшийся Сторож вышел из технической полудремы и с воодушевлением стал готовиться к уничтожению приближающейся группы.
