Ознакомительная версия. Доступно 366 страниц из 1829
- Формально не за что, - пожал плечами Ваня-Джон. - Статью о наказании за преклонение Западу, конечно, никто не отменял. Но мы не такие лодыри и бездельники, какими нас выставляет "Крокодил": из нашей компании, например, все или учатся, или работают. Надо же на что-то модный шмот себе покупать... Далеко не всех родители содержат. Гуляем, танцуем слушаем музыку... Под "безыдейность" и "преклонение перед Западом" это все не попадает. Ну или пока не попадает. Кто его знает, что будет через несколько лет...
Я знала, конечно же, но говорить не стала. Зачем расстраивать паренька? Пусть живет и дальше своей веселой, яркой жизнью. Со временем стиляги, как это случалось со многими молодежными субкультурами, потихоньку выйдут из моды. Коки и яркие пиджаки станут непопулярны. Потом молодежь будет заслушиваться "Битлами", носить не коки, а просто длинные волосы... Однако останется кое-что прежнее - неприятие навязываемых сверху идеалов.
- Я, как ты знаешь, работаю на заводе, Китти - учится в техникуме, Мэри - тоже работает, в ателье, кажется, - продолжал Джон, идя со мной к остановке автобуса. Лида со свои Лео ушла куда-то вперед: им явно было о чем поговорить наедине. - Дэн и Томи еще со школы встречаются, сейчас в институте вместе учатся. Джефф автослесарем работает...
Я удивилась. Так значит, не такие уж и бездельники были эти стиляги?
- За что же тогда вас так не любят? - ничего не понимая, спросила я.
- За инакомыслие, - опять пожал плечами мой новый приятель. - Нужно быть, как все, жить, как все. Ты до сих пор не поняла, в какой замечательной стране ты живешь? Ты же юная совсем, тебе сколько?
- Сор... восемнадцать, - ответила я, чуть не проболтавшись.
- Ну вот, - удовлетворенно кивнул Ваня, не заметив моей случайной оговорки. - Партия приказала слушать такую-то музыку - и все должны слушать. А почему, зачем - никого не волнует. А еще - завидуют. Вот, например, Лида, подружка твоя. Вроде бы смотрит с презрением, а по глазам так и видно, что тоже не прочь с нами погулять, приодеться стильно. "Румяными батонами" у нас таких зовут. Это когда очень хочется стильно одеться, но страшно. Мама запрещает, в институте не понимают... Ты вот не из нашей "тусы", а пришла, и подружка твоя тоже. Ну признайся, хотелось потанцевать не только идеологически выдержанные танцы?
Я хотела было обидеться, но, увидев широкую белозубую Ванину улыбку и добрые глаза, поняла, что не получится.
- Хотелось, - призналась я, решив не врать и не кривить душой. Невозможно же постоянно притворяться! Мне и так приходится каждый день себя одергивать, чтобы случайно не сболтнуть что-то лишнее.
- Значит, формально вы не нарушаете закон, - я деликатно перевела тему с обсуждения "румяных батонов" в прежнее русло.
- Именно так, - кивнул Джон. - Поэтому, естественно, остааются только общественные методы воздействия. Для этого и придумали "бригады добровольного содействия милиции", проще говоря - "бригадмил". Набирают туда идеологически стойких, у которых все мозги напрочь промыты пропагандой советского образа жизни. Там донести и объяснить что-то бесполезно - мозг уже закостенел. "Партия сказала: "Надо", Комсомол ответил: "Есть". У нас есть пародия на этот стишок, но тебе я ее рассказывать не буду - не для женских ушей.
Пока мы ехали в автобусе к общежитию, я кое-что успела разузнать о жизни стиляг. "Бабеттой", про которую всколь упомянул стиляга Джон, он же - передовик завода Ваня Корыхалов, называли прическу, которую делали себе девушки из компании стиляг. Оказывается, у парней, подражающих тедди-боям, с модой было попроще. У них был уже выработан определенный стиль: двубортные пиджаки пестрых расцветок, яркие носки, которые должны были выглядывать из-под брюк, цветные рубашки, свитера с орнаментом, остроносые ботинки на подошве "манная каша", галстуки с принтом... У девчонок-стиляг, как я поняла, своего стиля особо не было - надевали платья поярче, красились, укладывали "бабетту" на голове.
- А как ты волосы укладываешь? - с интересом спросила я.
- Бриолин, - Ваня снова пригладил свой кок, который к позднему вечеру развалился еще больше, - в маленькой такой красной баночке. Не знаешь, что ли? Держится какое-то время, если особо не трогать.
У общежития мы простились с ребятами.
- Не будем заходить, чтобы вахтершу вашу не волновать, - пояснил Лео, с неподдельным интересом глядя на свою новую знакомую. Лида явно ему очень нравилась. - На нас и так в метро и автобусе все косились, чуть шеи не свернули. Значит, завтра у меня на хате в семь, договорились? - И он, махнув Ване-Джону, зашагал к остановке. - Джон, давай! Вон автобус обратный идет! Успеем догнать.
- До завтра, - сказал Ваня и осторожно пожал мне руку. - Лео нас к себе зовет в гости. Пойдешь? Со своей подругой, разумеется. Не бойся, все прилично будет. Потанцуешь, музыку послушаешь, развеешься. "Бригадмил" точно не заявится.
- Да! - выдохнула я, не успев даже ни о чем подумать. А почему бы, собственно, и нет?
Под недовольные взгляды вахтерши (до закрытия общаги оставалось всего три минуты) мы поднялись наверх. Зайдя в комнату, мы с Лидой молча плюхнулись каждая на свою кровать и уставились друг на друга, полные сегодняшних впечатлений. Нам многое еще предстояло обсудить.
Глава 13. Жизнь других
- Ну ничего себе ! - выдохнула я, схватила с тумбочки стакан с водой и одним махом опустошила его. От избытка впечатлений я даже не сразу нашлась, что сказать. Ничего подобного со мной никогда в жизни не происходило. Всего за пару часов я успела получить массу впечатлений: побывать на запретной вечернике, попробовать заграничный джин с тоником, потанцевать, пусть и совсем чуть-чуть, с настоящим стилягой, встретить своего коллегу с завода, который оказался одним "из этих", убегать от суровых ребят из "Бригадмила" по парку Горького, узнать кучу всего о жизни молодых людей из этой субкультуры и получить приглашение присоединиться к тусовке "на хате".
- И мне налей! - потребовала Лида, сбрасывая с себя легкий плащ и туфли и быстро переодеваясь в ночнушку. И, как всегда, своим привычным не терпящим возражений тоном заявила: - Сейчас все обсудим, пока Верка в своей библиотеке конспекты переписывает. Хорошо, что ее пока нет. Лишние уши нам ни к чему.
Я послушно налила и ей стакан. Подруга, так же, как и я, быстро выдула его, поставила на тумбочку, залезла на кровать, скрестив ноги, и, попутно расплетая волосы на ночь, приказала:
- Рассказывай ты, потом я! Как этот малахольный Ваня вдруг мог оказаться "стилягой", не понимаю. Я, кстати, давно приметила, как ты на него поглядывала. Да и он тебе постоянно ручкой помахивал.
- Кажется, я ему нравлюсь, - робко заметила и я кинула на Лиду вопросительный взгляд. В мужчинах она явно разбиралась лучше меня, несмотря на то, что фактически по возрасту годилась мне в дочки. Я-то, в отличие от нее, на свидания начала ходить только в сорок пять, когда наконец, после нескольких лет раздумий, сомнений, страхов и переживаний все-таки нашла в себе силы разойтись с Толиком.
- Не кажется, а так и есть! Он на тебя смотрит, аж слюни роняет, - категорично сказала подружка, залезая под одеяло и включая настенную лампу. - Выключи большой свет. - И вот еще что. - Она откуда-то из под кровати достала коробку, выложила на кровать какие-то вещи, лежащие сверху, и достала бутылку вина. - Давай выпьем. Припрятала для особого случая. Надо отметить нашу сегодняшнюю экскурсию в ту интересную, новую, необычную жизнь. - Бокалы у тебя там где-то были, в тумбочке.
Надо же! Оказывается, у меня и бокалы хранятся. За несколько недель пребывания в женском общежитии я так и не удосужилась как следует рассмотреть, что мне оставила во временное пользование настоящая Лидина соседка Даша.
Ознакомительная версия. Доступно 366 страниц из 1829
