"Фантастика 2026-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Злотников Роман Валерьевич

— Шираз, — прошипел я, перепрыгивая темное пятно еще теплого тела, чьи волосы разметались по черневшей масляными пятнами спине.

Мне не надо было переворачивать тело, чтобы узнать его, не надо было прикасаться, чтобы понять, что он уже безнадежно мертв. Красавец-горец, мой друг, почти брат, тот, который любил эти горы, наверное, больше, чем я, тот, который был рядом почти всегда и чей путь оборвался здесь, в летнем ночном лесу, покрытом маслянистыми пятнами его крови.

«Бегом, может, я еще успею». Шираз был не один и звон клинков указывал мне направление, а боль потери придавала сил, заставляя кипеть кровь еще до того, как я хлебну хмельное вино боя, до того, как я отравлюсь горечью потери, потому что кровавые капли не прекратились за телом Шираза, они продолжали вести меня на звук близкой смерти.

Топот ног за спиной говорил, что Райн не отстает, кто-то еще рядом, это Лей остановится, рискнет всем, чтобы убедиться, что Ширазу уже не помочь. Его душа никак не хочет черстветь при виде смерти, не хочет примиряться с потерями и поэтому наверняка он сейчас склонился над другом, протянул тонкие пальцы к уже замершей жилке и затаил дыхание, надеясь на чудо…

Ноги сами вынесли меня на светлевшую поляну. Гарош, спиной прикрывая раненого Рида изо всех сил сопротивляется бешеной атаке демона, его клинок мелькает настолько быстро, что не сразу успеваешь отследить его положение, а уж как тонкокостный Гарош умудряется парировать такие удары — вообще не понятно. Но чтобы увидеть все это, потребовались доли мгновенья. Мы с Райном одновременно выскочили из-за деревьев, а демон, подволакивая разрубленное крыло, уже отскочил от Гароша и развернулся лицом. Всегда удивлялся нашей схожести: ни одной чертой он не отличался от человека, лишь темные провалы глаз пылали нечеловеческим багрянцем, да крылья за спиной выдавали демона, сейчас собирающего кровавую жатву в моих лесах. Райн и Гарош одновременно кинулись на врага, окутывая его сверкающей сетью стальных бликов трехгранных мечей, которые он отражал с удивительной ловкостью, но при этом смотрел на меня, явно прикидывая, чего можно ждать от замершего в калейдоскопе света и тени мага. За спиной хрустнула ветка, звук знакомых шагов зашелестел листвой, значит, я не ошибся и Шираз готов вернуться к Ворасу. Но если я не потороплюсь, Рид последует за ним, он и стоит-то только потому, что дерево, на которое облокотился, не дает ему упасть. Два шага — и мой меч вклинился в кружево боя. С демонами не стоит церемониться, их реакция, регенерация, да и просто умения намного превышают наши и, если дать слабину, он, не напрягаясь, справится со всеми нами.

— Даже так? — голос демона прозвучал спокойно с оттенком издевки, как будто не он ведет изнурительный бой, как будто не его крыло сочится черной кровью, а стоит он, расслабившись, где-то во дворце и с легкой улыбкой превосходства взирает на младшего братца, впервые ступившего на паркет бального зала.

Его руки мгновенно блокировали оба меча, направленные на него, и он сделал шаг вперед, уверенно глядя мне в глаза и спокойно читая в них свой приговор. Кинжал Райна вошел точно в сердце, а он так и не отпустил моего взгляда…

***В пути. Рядом волк***

Хриплый стон разбудил меня глубокой ночью, звезды еще не утратили своего блеска, который терялся в предутреннем мареве. Уже зная, что увижу, я повернулась к Раю и, тихонько напевая, накрыла его руку, ищущую оружие, своей; погладила пальцы, успокаивая легким прикосновением и тихим голосом. Он затих, убаюканный колыбельной. Несколько ночей он спал спокойно, и я уже успела привыкнуть к мирному сну. Приподнявшись на локте, всматривалась в его лицо — странно, но оно разительно отличалось от того, что я видела днем: жесткость пропадала, морщинки не хмурили высокого лба, а губы не сжимались в узкую нить. Расслабленное, оно не источало неприязни, с которой все чаще обращался ко мне его взгляд. Сон убежал, я встала и подсела к огню, положив в него несколько веток и тлеющие угли вцепились в них зубами, чтобы расцвести букетом алых всполохов. Я кинула полный сожаления взгляд на спящего Лея — сейчас бы выпустить Огонька… Хотелось поговорить, но все спали. С тех пор как с нами путешествует Дайшар, ночи стали спокойными, все полагались на волчье чутье, и никто до сих пор не потревожил нашего сна. Огромная тень скользнула ко мне. Я вздрогнула. Шаргов в волчьей ипостаси я видела — Дайшара нет, и сейчас в темноте ночи испугалась. Он был гораздо крупнее овчарки, настоящий дикий волк. Заметив мой испуг, он отстранился, но я опомнилась, обхватила его за шею и не дала уйти.

— Посиди со мной, Дайшар, — в виде волка я видела его впервые, ночные обороты, когда лишь смазанная тень скользила на грани видимости в ночи, не в счет. — Не спится что-то.

Волк послушно уселся рядом. Общаться в зверином облике он не мог, но, наверное, так даже лучше. Разговаривать с Дайшаром мне не хотелось, да и не о чем, по большому счету, а вот молча сидеть и, перебирая густую шерсть на загривке зверя, заодно выбрав пару репьев с боков, было непривычно приятно. «Вернусь домой — заведу собаку», — думалось мне, а руки обнимали теплый бок. Как я уснула, привалившись к волку, не запомнила, а вот пробуждение запомнилось надолго.

Сон закончился резко, как будто меня кто-то облил ледяной водой и, еще не открывая глаз, я почувствовала на себе взгляд и даже сквозь сомкнутые веки увидела бешенство, что наполняло его. Я потянулась и зарылась пальцами в теплый мех — блин, уснула прямо у костра, положив голову на волчий бок и он весь остаток ночи пролежал рядом, не шевелясь, охраняя мой сон. Сейчас он спокойно смотрел на мечущего молнии графа. Я встала и волк, полный звериного достоинства, сел рядом, ткнулся лобастой головой мне в руку, требуя ласки и, получив нервное поглаживание, уверенно ушел в лес. Оборачиваться у нас на глазах он не хотел: то ли было в этом что-то интимное для шаргов, то ли не стал смущать нас, но через минуту, выйдя из-за кустов, он получил такой же ненавидящий взгляд, как и я, что все еще стояла у костра, недоуменно глядя на графа. И мой взгляд, прямой и открытый, глаза в глаза, видимо, бесил его еще больше и, когда Дайшар вышел из леса и в человеческом облике встал рядом, так же прямо глядя на графа, тот развернулся и ушел. А я, недоуменно пожав плечами, направилась в другую сторону, туда, где пел свои песенки звонкий ручеек, где не сверкал своими черными глазищами безумный маг и отпускала тугая змея силы, что сворачивала узлом внутренности, требуя выхода, выхода, которого для меня не было, а запасного я не знала.

Присела на кочку и задумалась. Легкое журчание ручья успокаивало мысли, заставляло уснуть силу магии. И пусть сейчас буйство в груди стало намного легче (то ли сказывалось, что эту силу я получила от древнего дуба, а не излюбленным способом местных, то ли потому, что она понемногу восстанавливалась сама), но у меня больше не темнело в глазах от боли, когда Рай подходил близко или случайно касался рукой, магия поднимала голову, кусала изнутри приступом изжоги, иногда я вздрагивала от резкой боли, но терпела и молчала. Боюсь, что облегчит все эти симптомы только дом… мой дом.

Умывшись и глотнув студеной воды прямо из ручья, я вернулась в лагерь. Ждать, пока за мной придут, не хотелось, да и есть пора, целые дни в седле приучили меня плотно завтракать. Это не пары в университете, когда можно ограничиться одним кофе, здесь приходится напрягать тело физически и поэтому кушать с утра просто необходимо. Тем более, что сейчас (пока с нами шарг), каждое утро начиналось с куска свежего мяса, которое волк ловил на ходу, ну, или ночью (когда только успевает?..)

Но когда я вернулась к костру, графа все еще не было. Шарун выдал мне миску с наваристой кашей и куском зайчатины в ней. Здесь этот зверек называется иначе, но со стороны очень похож на зайца или кролика, подойти и рассмотреть поближе у меня желания не возникло, поскольку не уверена, что смогу удержать содержимое желудка, глядя на окровавленную тушку, ну, и тогда я точно не смогу его есть, а сейчас — пожалуйста, кушай… Я усмехнулась сама себе, понимая подмену понятий, но сделать что-то с собой не могла. Я с удовольствием ела купленное в магазине мясо и птицу, не вдаваясь в подробности того, что когда-то оно было живым существом, но отказывалась есть курицу в деревне у бабушки, поскольку именно я кормила их с рук и не могла есть того, кто еще вчера так доверчиво клевал зерно с моей ладони. Так и сейчас — я ела мясо, которое принес Дайшар, но не хотела вспоминать, что еще вчера это мясо бегало и жевало траву, ну, или что там они едят… «Таковы наши цивилизованные реалии», — про себя пожала плечами я, обгладывая косточку. Все жевали, сидя тут и там, а Рай так и не появлялся. Я видела, как то и дело оглядывался Лей, ожидая появления друга и как Дайшар положил руку ему на плечо, когда маг поднялся и собрался направиться в сторону леса. Лей вновь сел, а волк плавно скользнул в чащу, не потревожив ни одной веточки. А я вновь отправилась к ручью, просто так, потому что заняться мне было нечем, а путаться под ногами у пакующих мешки мужчин не очень-то хотелось.