Я понимала, да и скорее всего Майк рвался сам. Будто я не представляю, как лучший друг может за меня переживать.
— Подожди, — я вдруг осознала, что упустила самое важное. Это все нервы и усталость — не иначе. — Лекарство получилось?
И по веселым глазам, по сдерживаемой улыбке мужа прочла ответ.
— Ты почему сразу не сказал?! Вы уверены? Вы все проверили? Но как? — я схватила его, но зашипела — руки болели.
— Спокойно, не нервничай. Дарел помог, причем, ты не представляешь как: нашел маленькую ампулу, там ведь совсем немного надо, и вживил себе под кожу. Их тщательно осматривали, чтобы не вынесли ничего из лаборатории. Ликхар лично стоял над ними, пока готовилось лекарство. Так что твой однокурсник настоящий герой, смог все провернуть. Тест мы уже провели, он отрицательный. Я здоров, Линда. Все хорошо.
— Повтори, — потребовала я. Ксавьер рассмеялся.
— Я здоров. Спасибо, — он прижал меня к себе и потерся щетинистой щекой. — Это все благодаря вам. И особенно тебе.
— Мне? Это Дарел лекарство сделал, я-то тут при чем? — стало как-то обидно, я так хотела помочь мужу, спасти его, а в итоге все лавры достались Вольсу. Где справедливость в этом мире?
— За то, что взяла кровь василиска, — Ксавьер притянул меня к себе и поцеловал в лоб. — Я представляю, что для тебя стоило рискнуть безопасностью Дао.
— Не страшнее, чем потерять тебя, — я положила мужу голову на плечо.
Пока что совершенно не верилось, что все закончилось, поэтому я потребовала подробно мне рассказать о произошедшем за эти дни.
Оказывается, Ксавьер встретился с Дарелом, но только вечером, уже когда я пропала. До этого, почувствовав, что со мной что-то случилось, успел вернуть себе какие-то полномочия. В должности главы тайной стражи его, разумеется, не восстановили, но позволили вернуться в строй. От Вольса он узнал про кровь реликтового василиска и сразу все понял. К мехам тоже наведался, но безрезультатно, с ними не поговоришь: клятва и принципы. Не любят мехи стражей. Но Хьюго все же помочь умудрился. Он косвенно подтвердил, что я где-то в стенах квартала. Только в одиночку искать меня там можно до бесконечности. А чтобы развернуть крупномасштабные поиски, нужен личный приказ короля, без него мехи никого не пустят. И добился этого уже мой отец. Вот об этой встрече Ксавьер рассказывать не хотел, чувствую, в выражениях лорд Оружия не стеснялся. Спасибо, кулаки в ход не пустил, мы уже выяснили на примере Яна: папа может.
И Ликхар, узнав, что к кварталу мехов стягивается все больше стражей, решил по-быстрому меня забрать. Самую малость не успел.
— Он, между прочим, на мне жениться обещал, — вспомнила наш разговор с миаситом. — Королевой сделать хотел.
— Так надо было сразу говорить, что это он тебя в наручниках жениться ведет, а оттуда, видимо, сразу на коронацию, я же не знал, — принялся оправдываться муж.
— Что-то растерялась, — вздохнула я. — Только представь, иду, никого не трогаю, наручники, конечно, мешают, но чего только не сделаешь ради трона. Порядки у них в империи такие, ничего не поделаешь. И тут на нас нападают какие-то люди, суета, паника. А так была бы идеальной королевой, мне Айрат подтвердил, что лучше ему и не найти.
С такой-то кровью, особенно.
— Одна из пяти?
— Нет, предыдущие не считаются. Там браки были по законам Миасской империи заключены и у нас не действительны.
— Повезло ему, — задумчиво протянул Ксавьер.
— В чем? — не поняла я.
— Что умер легко повезло, — пожал плечами муж. — А то я бы с ним поговорил…
— Да ладно, ты меня тоже вполне устраиваешь. Не король, конечно, но тоже ничего.
А главное — живой. До конца не верилось. Я всматривалась в мужа, ища любые признаки болезни, но выглядел Ксавьер весьма неплохо. С поправкой на сумасшедшие три дня, которые он меня искал, на магический бой и общую усталость. Да и как иначе объяснить, что он сейчас не бьется в судорогах и не собирается вот-вот последовать за ушедшими?
— Даже не лорд Тайны, — подтвердил муж. — И вряд ли теперь буду.
— И не надо, — каждый день думать, как там он, не вляпался ли в очередное смертельное проклятье, не перешел ли какому-то заговорщику дорогу? Нет, избавьте ушедшие от такого счастья. — Слушай, а как вообще все началось? Ты ко мне раненый приполз, помнишь?
— Помню, — засмеялся Ксавьер. — У тебя такое лицо было. Я ведь наудачу шел, ты мне тогда адрес написала и сказала явиться с пегасом через две недели. Я адрес запомнил, а явился чуть раньше и один. И не знал, пустишь ли ты меня, поможешь или выгонишь. Надеялся, конечно, но понимал, что это будет риск и для тебя. Поэтому о проклятье сразу не сказал, иначе ты бы меня точно передала специалистам. Думал, перетерплю и переживу как-нибудь, все-таки Высокого лорда каким-то проклятьем не свалить. Кто же знал, что проклятье легло поверх болезни.
— Передала бы, — подтвердила я. — Если бы ты сразу сказал, что ранен и проклят, не стала бы связываться ни за какие деньги.
— Так и надо было сделать, — Ксавьер серьезно посмотрел на меня. — Если бы я знал, что ты настолько в этом увязнешь и в итоге окажешься в опасности, то есть почти станешь королевой, конечно, то не стал бы тебя во все втягивать.
— Но втянул.
— Втянул, — согласился муж. — А история с целителями и лекарствами длилась уже давно. Сначала никто внимание не обращал, дело вела обычная стража. Потом мы как-то задержали несколько человек, промышлявших кражей веществ и лекарств, и нашли у них огромное количество редких ингредиентов, которые обычно крупицами используют, а у них чуть ли не мешки. Вот тогда я и задумался, на что же это все идет? Мы начали копать, и чем глубже копали, тем сильнее утверждались в мысли, что дело приняло государственные масштабы. Проблема с лекарствами, искусственный дефицит, наблюдался во всех областях. Ингредиенты скупались, похищались, изымались угрозами и шантажом и оседали на складах. И все вело к целителям. Не напрямую, но получалось, что оседали ингредиенты в одном месте, а всплывали совсем в другом и совершенно легально. Чудеса да и только.
— И ты решил проверить лично?
— Я сильнее своих подчиненных, Высокий лорд, подготовка с самого детства. Знаешь, ничего не предвещало. Взял несколько человек и наведался на один склад Целительской палаты. Неслучайный, конечно, у нас была информация, что там хранятся, скажем так, незадокументированные запасы палаты, которые непонятно откуда пришли и непонятно на что расходуются. Лекарств же больше не становится. Забегая вперед, скажу, что хранились там совсем не лекарства. И защищала все мощная охранка и проклятье, которое сразу выбило меня из строя. И остальных зацепило, а я не смог прикрыть своих людей, — в голосе Ксавьера сквозила горечь, видимо, выбраться без потерь им не удалось. — Мы не успели уйти, подоспела охрана, по-тихому не получилось.
— Ловушка?
— Скорее всего, хотя не думаю, что ждали лично меня, иначе подготовились бы лучше. А так, если бы всплыло мое участие, я бы подставился, выдал интерес тайной стражи к этому делу. Я сначала своих подозревал, ведь кто-то навел нас на этот склад. И именно разговор с Дарелом Вольсом после того, как я ослабил его клятву, расставил все на свои места. А еще теперь ты понимаешь, почему я не мог податься в обычную клинику к целителям. Залечили бы меня, скорее всего, до смерти, это я уже тогда понимал. Поэтому пошел в частную клинику, в которой искать будут в последнюю очередь.
— В частную клинику, в которой лечат животных, — усмехнулась я, вспомнив окровавленного лорда на пороге. — А что рассказал Дарел?
— Ты никогда не задумывалась, почему их лаборатория находится не где-то в отдаленном и скрытом от любопытных глаз месте, а именно в Центральном целительском корпусе? Огромном, с кучей больных людей?
— Они… — у меня глаза округлились.
— Все это время экспериментировали на людях, — подтвердил Ксавьер. — К ним попадали больные, не смертельно, как правило. Но целитель ставил им какой-нибудь страшный диагноз и оставлял на лечение. Лечение, само собой, не помогало, и люди умирали. При серьезных диагнозах, согласись, это не удивительно. При драконьей чуме лишь маги выживают, теряя резерв, а вот у обычных людей шанса нет.
