— А ваш старший сын? Чем он занимается?
— Ему принадлежит один участок. Он тоже проектировщик. Знаете, Родион Николаевич, если выживите, приходите на бал. Я иногда устраиваю званые вечера. Положение обязывает. Обычно бывает много невест. Не думали о женитьбе?
— Думал. Но хотелось бы подобрать выгодную партию, а для этого я пока слишком малого добился на Фронтире. Так что не тороплюсь.
— Рациональный подход, — одобрительно кивнул Елисеев. — Но приглядеться ведь можно? О, а вот и моя супруга! Оленька, погляди, кто у нас в гостях, — повысил он голос, одновременно махая рукой стройной женщине лет сорока, сидевшей в плетёном кресле возле аппарата, запускавшего в небо тарелочки. — Родион Николаевич. Ты, помнится, очень хотела с ним познакомиться.
При этих словах женщина грациозно встала с кресла и двинулась ко мне. Знакомый молодой человек, стрелявший по тарелочкам, положил ружьё на сгиб локтя и уставился на меня. Это был Леонид Елисеев. Бледный и осунувшийся, но вполне живой и в добром здравии.
— Господин Львов! — воскликнула супруга хозяина поместья. — Как я ждала этой встречи. Примите самые сердечные благодарности за Лёнечку! Ещё одной потери мы с Анатолием не вынесли бы. Вы позволите?
Я понятия не имел, на что она спрашивала разрешения, но решил, что вряд ли меня пырнут ножом в сердце.
— Конечно, Ольга…
— Сергеевна.
И женщина крепко обняла меня, а затем с чувством чмокнула в щёку.
— Спасибо! — проговорила она, слегка отстранившись. — Огромное спасибо!
— Думаю, Леониду тоже есть, что сказать, — промолвил Елисеев.
Смущённо кашлянув, его сын приблизился.
— Благодарю вас, господин Львов. Это… здорово, что вы меня вытащили. Даже не представляю, как вам это удалось.
— Просто он святой! — с улыбкой припечатала женщина, не сводя с меня восхищённого взора.
— Ну, это вряд ли, сударыня. Хотя роль молитвы отрицать не смею.
— Конечно, святой! — уверенно проговорила Ольга Сергеевна. — Разве может быть иное объяснение? Муж сказал, вы хотите участвовать в гонках. Это правда?
— Боюсь, что да.
— Какая жалость. Наш старший сын погиб из-за этой глупости, — женщина тяжело вздохнула. — Надеюсь, вас та же участь не постигнет.
— Я тоже, сударыня.
— Просто Ольга Сергеевна. После того, что вы сделали для нашей семьи, мы просто не можем не быть друзьями. Верно, Анатолий?
Елисеев кивнул.
— Именно так, дорогая. Лучше и не скажешь. Я пригласил господина Львова на бал.
Женщина всплеснула руками.
— Как здорово! Соберутся все здешние невесты. Уверена, вы непременно кого-нибудь найдёте. Но вы точно хотите участвовать в гонке? Это ведь так опасно.
— Увы, я заключил пари. Не могу отказаться. Дело чести.
— Как опрометчиво! Муж сказал, что отдаст вам чертёж той ужасной машины, на которой разбился Олег.
— Так и есть, — сказал Елисеев. — Нужно же поддержать господина Львова, раз уж он решил ехать.
— Да, это лучше, чем ничего. Лёня, что же ты стоишь⁈ — обратилась вдруг женщина к сыну. — Проси господина Львова проверить твоё состояние. Вдруг болезнь ещё не совсем устранена!
Сын помещика бросил на меня хмурый взгляд.
— Как вы это сделали? — спросил он.
— Лёня! — с упрёком воскликнула Ольга Сергеевна.
— Всё в порядке, — я улыбнулся. — Не знаю, как. Полагаю, дело в силе молитвы. Я ведь не Целитель, так что лечить не умею.
— Говорю же: вы святой! — воскликнула женщина и сложила руки ладонями друг к другу.
— Позволите вас осмотреть? — спросил я парня.
— А что для этого нужно?
— Простой стойте спокойно. Я не стану вас касаться.
Чуть помедлив, Леонид кивнул. Сделав пару шагов, я вытянул руку и провёл вдоль его тела сверху вниз, незаметно коснулся тени, которую он отбрасывал, и задержался.
Никаких признаков Гнили. Парень был абсолютно чист. Ему повезло, что подвергся обычному излучению.
— Полагаю, волноваться не о чем, — сказал я, распрямляясь. — Как мне кажется, вы совершенно здоровы.
— Это чудо! — прошептала, закрывая глаза, Ольга Сергеевна.
— Матушка, перестаньте! — раздражённо сказал Леонид. — Возможно, у господина Львова Дар, о котором он сам не знает.
— Всем известно, что двух магических способностей быть не может, — отозвалась женщина. — Если только сам Господь не…
— Дорогая, кажется, нашему гостю неприятны разговоры такого рода, — мягко прервал её Елисеев. — Давай не будем, хорошо?
— Простите! — всполошилась Ольга Сергеевна. — Конечно. Извините меня, господин Львов. Это всё эмоции. Я же мать и потерять второго ребёнка… было бы страшным ударом!
— Понимаю, сударыня. Всё в порядке.
Супруга Елисеева благодарно улыбнулась.
— Так вы придёте на бал? — она явно спросила это только для того, чтобы сменить тему.
— Если смогу.
Повисла неловкая пауза. Прервал её Елисеев.
— Полагаю, схема уже извлечена, — сказал он. — Давайте вернёмся в гараж.
— Это было бы отлично. Мы пора домой — нужно заняться постройкой.
Спустя полчаса я распрощался с семейством Елисеева и в компании механика отправился на свой участок. Во внутреннем кармане пиджака лежала записанная на сложенный вчетверо листок гербового картона схема «Зверя».
— Долго строить такую машину? — спросил я Груздева, когда мы проезжали мимо рядов турелей и сторожевых башен, охранявших земли Елисеева.
— Нет, но я предлагаю внести несколько улучшений в чертёж. За прошедшее время у меня появился ряд идей. Анатолий Павлович не позволял заниматься «Зверем», так что было бы интересно их проверить.
— Не возражаю. Чем лучше получится автомобиль, тем… лучше.
Ехать пришлось довольно долго, ибо территории Елисеева находились от моего участка далеко. Покинув его земли, мы оказались на соседских. Впереди находились владения Молчанова.
— Сборку нужно закончить как можно быстрее, — проговорил Груздев. — Чтобы осталось время потренироваться. Вы ведь никогда прежде на таких скоростях не ездили?
Я отрицательно покачал головой.
— Не было нужды.
— Смарагдиты увеличивают эффективность топлива в разы. На прямых участках трассы это часто оказывается решающим фактором.
— А как двигатель выдерживает?
— Это вопрос, который…
Договорить механик не успел: дорога перед нами треснула, разошлась, и из образовавшейся за пару секунд ямы поднялась огромная фигура, состоящая из земли, песка, глины и камней!
По её колышущейся поверхности побежали, вспыхивая одна за другой, красные руны усиления. Гигант поднял правую ногу и шагнул вперёд, поднимаясь из разлома. Огромные руки потянулись к растущим по бокам дороги соснам, вырвали парочку и швырнули в нас.
— Берегись! — крикнул Груздев, покрываясь Фантомом.
Деревья с треском и грохотом врезались в броневик. К этому моменту мы уже, ясное дело, остановились. Машина вздрогнула, чуть накренилась, но удар выдержала. Ещё бы: она даже от небольших ракет должна была защищать.
— Аспект земли! — выдохнул Груздев.
— Оставайтесь внутри, — велел я и распахнул дверцу.
Выскользнув наружу, немедленно накинул свой Фантом. Меня тут же окружили извивающиеся тени.
Колосс впереди выбрался из ямы и теперь шагал прямо на нас, одновременно вырывая ещё пару деревьев.
Сразу было ясно, что это не просто техника аспекта земли. Невидимый пока маг решил зайти с козырей и использовал собственного Фантома! Есть такая техника — защитник отделяется от тела хозяина и используется как боевая единица.
Нас разделяли жалкие десять метров, которые великан мог преодолеть за три-четыре шага.
Ладно, посмотрим, на что ты годен!
Я скинул с себя призрачную фигуру. Теперь мой Фантом стоял передо мной, быстро покрываясь рунами усиления: словно на нём один за другим вспыхивали синие огоньки новогодней гирлянды.
Голем замахнулся вырванной с корнем сосной.
Мой Фантом метнулся вперёд. Он был меньше и быстрее. Мелькнули тонкие тени, и дерево в ручище противника рассыпалось на множество колобашек, которые посыпались на землю.
