[+8 ОС]
[Текущий уровень тела: (8/1597 ОС) 2 нераспределённых очка характеристик]
…
Визги «Разрушителей» стихли окончательно.
Я стоял на улицы, наблюдая как редкие уцелевшие твари взмывают вверх. Их движения почти потеряли прежнюю слаженность, словно они устали, но всё равно в моей голове складывалось впечатление, что кто-то дёрнул их за невидимую мною нить — настоящий «роевой инстинкт». Они прекратили любые атаки и стремительно поднимались к зияющим дырам в своде пещеры, туда, откуда и вылупились.
Стоило ли нам запустить им вслед парочку хороших магических залпов или же спокойно принять победу и начать латать раны…
Последний из них, тот, что только что терзал труп гнома на брусчатке, выпустил жертву из челюстей и взмыл следом за остальными. Его крылья с треском рассекли воздух, оставив за собой лишь затихающий эхо-свист.
И повисла тишина…
Но не полная. Доносились стоны раненых, хрип умирающих, приглушённые рыдания тех, кто только что потерял близких. Но несмотря на это, наш бой и правда закончился.
Не смотря на мои успехи, это было весьма непростое сражение. Столько убитых, раненных, повсюду разрушения… Эти «Разрушители» сильно отличались от любых других агрессивных тварей, которых я встречал до этого момента.
Так, словно эта угроза была… совершенно иного порядка. Словно с того самого момента, как земля содрогнулась, весь мир изменился. Почему-то я ощущал, что это происшествие могло быть лишь началом чего-то ещё более страшного.
Меж тем площадь и без всяких опасений уже представляла собой картину из самых мрачных кошмаров. Брусчатка была залита кровью — тёмной, почти чёрной от монстров и алой от людей. Повсюду валялись тела: разорванные, обезображенные, с вырванными конечностями и проломленными черепами. Хитиновые останки «Разрушителей» громоздились кучами, источая едкий, кислотный запах, если верить анализу Сети и собственным глазам, которые видели. как в их кислоте плавилась даже стальная броня.
Мои скелеты начали расчищать проходы, бесстрастно сдвигая трупы в сторону. Никаких лишних эмоций, живые намного важнее.
Лиандри спускалась с крыши соседнего здания, где провела большую часть боя. Её дорогой боевой костюм был изодран, волосы растрепаны, а лицо покрывали копоть и засохшая кровь Разрушителей. Она шла медленно, шатаясь, словно каждый шаг давался ей с трудом. Магическая аура вокруг неё едва тлела, израсходованная почти до предела.
Она остановилась посреди площади, медленно обвела взглядом окружающее месиво. Её губы беззвучно шевелились, словно она пыталась произнести слова, но не могла.
Бойцы «Подполья» подтягивались со всех сторон. Арахниды перевязывали раненых, используя собственную паутину как бинты, потому что настоящих больше нигде не осталось. Ни в одной из аптек во всём нашем городе. Волки-зверолюди переносили тела павших товарищей на край площади, аккуратно выкладывая их в ряд. Кто-то плакал, кто-то просто стоял, глядя в никуда.
Скрежет медленно приполз к центру площади, его массивное тело тихо скользило по камням. Он остановился рядом с одним из погибших бойцов — молодым гномом, чьё тело было почти наполовину растворено кислотой. Он склонил перед ним свою голову.
Эйфория от победы над Гольдштейном, успешного расхищения его богатств, теперь совсем не ощущалась. Ещё несколько часов назад мы праздновали разгром империи орка, делили трофеи, строили планы. Теперь всё это казалось детской забавой. Мы столкнулись с чем-то гораздо более страшным, чем любой криминальный авторитет.
Фенрис организовала импровизированный госпиталь под навесом, собранным из старых уличных торговых лавок. Раненых было слишком много. Она металась между ними, давая инструкции своим помощникам, но даже её глубокие познания в траволечении и увлечение алхимией, зельями, не могли спасти всех.
Я стоял в стороне, моё сознание всё ещё металось между десятками точек зрения, собирая всю оставшуюся информацию. Противника было так много, что весь город подвергся нападению. Везде, где были светящиеся кристаллы, они лопались, выпуская на волю этих тварей.
Но почему часть из них до сих пор целая? Нам стоило ждать вторую волну?
Городская стража довольно скоро от начала столкновения отступила в правительственный квартал, оставив всех остальных на произвол судьбы. И это казалось мне как минимум странным. Неужели у него не хватало сил? Или он так их экономил для чего-то другого.
Ладно, главное, что мы справились. Благодаря Подполью, Лиандри и моим скелетам.
Один из разведчиков, запыхавшийся кобольд с разорванным ухом, подбежал к Скрежету и доложил:
— По всему городу потери огромные, но большая часть жителей уцелела. «Подполье» смогло удержать ключевые районы. Твари отступили везде одновременно, как по команде.
Скрежет кивнул, но не произнёс ни слова.
Я медленно обвёл улицы взглядом. Затем я поднял голову, глядя вверх.
Тёмное «небо» города. Гигантский свод пещеры, усеянный светящимися точками. Кристаллы освещения, которые веками давали городу свет, сменяя день и ночь.
Теперь я видел их иначе. Не как источник света, а как кладку яиц.
Десятки из них уже потухли, превратившись в пустые скорлупки, но оставались сотни других, всё ещё излучающих мягкое, почти успокаивающее сияние.
Никто не произносил этого вслух, но все понимали одно и то же.
Это были новорождённые. Молодые, голодные, неопытные твари, едва вылупившиеся из своих коконов. И если они смогли причинить столько разрушений…
Что будет, когда вылупятся остальные?
Лиандри застыла рядом со мной, её взгляд тоже устремлён вверх. Она молчала, но я видел, как дрожат её руки.
— Это только начало, — прошептала она наконец. Её голос был глухим, лишённым привычной энергичности. — Это была прелюдия. Волны… они начались.
Я хотел спросить, что она имеет в виду, но не успел.
В моей голове вспыхнул сигнал — Сеть. Кто-то пытался связаться со мной через неё.
Элара.
Глава 4
Площадь постепенно затихала. Стоны раненых смешивались с приглушёнными голосами бойцов Подполья, разбирающих завалы. Я стоял посреди этого месива, наблюдая, как Фенрис организует медпункт под наспех сколоченным навесом, а Скрежет отдаёт распоряжения по эвакуации тел.
В моём сознании пульсировал настойчивый сигнал — Элара. Она пыталась связаться со мной через Сеть, но связь была нестабильной, словно кто-то пытался её глушить или перехватывать.
Мне нужно было уйти от шума и суеты. Найти тихое место, где можно сосредоточиться на разговоре, не отвлекаясь на десятки других каналов связи и донесений.
Я оглядел окружающие здания. Многие были повреждены — выбитые окна, обвалившиеся балконы, у одного даже пробоины в стенах. Но мне не нужно было что-то особенное, достаточно того, что один из жилых домов у края площади выглядел оставленным своими хозяевами. Дверь подъезда болталась на одной петле, на пороге виднелись какие-то брошенные домашние вещи.
Я направился туда, мои шаги гулко отдавались на опустевшей улице. Часть скелетов автоматически последовала за мной, но я отдал им команду остаться снаружи и продолжать расчистку.
Внутри здание встретило меня мертвенной тишиной. Запах застоявшегося воздуха, крови и чего-то кислотного — следов Разрушителей. По стенам тянулись темные подтёки, на полу валялись обрывки одежды и разбитая посуда.
А так как дверь уже была «нараспашку», я заглянул внутрь.
Жилище было разгромлено. Опрокинутый стол, разбросанные вещи, следы поспешного бегства. На стене кроваво-красным символом был нарисован знак Рагнарёка — искажённый череп с вбитыми в него гвоздями. Сектанты побывали здесь раньше Разрушителей.
Хозяева, судя по всему, либо сбежали, либо… не успели.
Я вошёл внутрь и огляделся. Обеденный стол лежал на боку, его столешница была усеяна осколками разбитой посуды. Я поднял его, смахнул осколки на пол и сел на уцелевший стул.
