— После завтрака, — я через стекло бросил взгляд на окно, что ровным прямоугольником сияло у нее за спиной. Солнце моего родного мира еще не добралось до зенита.
— У меня еще есть немного времени, — протянуть руку сквозь магическую пленку и стереть жемчуг ее слез — как же этого хотелось! Но сейчас нельзя, каждая крупица сил на счету, — я найду его, слышишь, найду…
Безумным взглядом Алиана смотрела на меня.
— Возьми меня к себе! — ее руки судорожно вцепились в раму зеркала. — Дай пройти насквозь, — я осторожно покачал головой. — Рай, — ее голос сорвался на визг, — это мой сын, я должна ему помочь…
— Это наш сын, — я выделил слово «наш», стараясь убедить. Ее сил хватит, чтобы пройти сквозь артефакт, ужасная боль ее не устрашит и не остановит, но именно этого я боялся больше всего. — Алиана, — как можно мягче увещевал я ее, — тебе нельзя… — Ее глаза полыхнули фиолетовым пламенем, тело вытянулось в струну, — Алиана, — я уже почти кричал, видя, что она не реагирует на мои слова, ее мозг занят только сыном, сыном, которому грозит смертельная опасность и она готова на все, лишь бы оградить его. Перекрикивая шквал грозового ветра, который забывшая о самоконтроле супруга выпустила прямо в замке, — вспомни о Арайне. — На мгновенье ее взгляд прояснился, — ты якорь, Алиана, — затараторил я, закрепляя успех. — Вспомни о нашей дочери — пройди ты сюда и малышку притянет зов крови, — ветер за стеклом артефакта стих. — Подумай о дочери, любовь моя! — уже прошептал я, чувствуя, что победил, что вспышка безумия, порожденного страхом, подавила сильная воля супруги.
— Рай, найди его! — она неловко сползла на пол и оперлась пылающим лбом о раму. — Найди, обещай мне!
— Я найду! — где-то внутри грыз червячок сомнений, но я загнал его поглубже. — Я найду, обещаю…
***Граница Дшара. В пути***
Как же я устала. Эта неделя близ земель Дшара вымотала до изнеможения. Напряжение — можно резать ножом. Постоянное соблюдение тишины. Не дай Ворас, конь заржет или что-то грюкнет — маги так глянут, что провалиться сквозь землю хочется. Ночи в полной темноте, потому что костёр можно разводить только в самых укромных местах, разговаривать — и то вполголоса, к тому же только по делу. Лей, конечно, объяснил заранее, что земли эти мало хоженые и люди не селятся так близко к своим ночным кошмарам, да и сами демоны не стремятся жить так близко к людям и поэтому дорога на Рану здесь гораздо короче, но есть шанс напороться на демонический дозор. Однако по настрою Рая и его людей мне почему-то казалось, что они бы и не прочь сцепиться хоть с демонами, лишь бы выпустить пар после Дагоса.
С графом Альгошским мы распрощались еще четыре дня назад и тогда же Рай объявил, что пойдем на Рану мы не через обжитые земли, а проскользнем по краю человеческих поселений, по границе с Дшаром. Никто не спорил, только лица посмурнели и замкнулись, взгляды стали жестче, смешки умолкли.
Рай возглавлял нашу кавалькаду, Лей замыкал. Меня загнали в середину, рядом с огромным детиной по имени Фон, которому доверили мою тушку. Я сначала думала, что он вообще немой, настолько безмолвным был, но все же пару раз услышала от него несколько слов. Выглядел он как большой ребенок со спокойным взглядом карих глаз и неизменной легкой улыбкой, блуждающей на губах.
Так мы и пробирались по лесу один за другим по цепочке, когда вдруг Рай, ехавший впереди, замер и поднял руку. За ним остановились и остальные. Словно порыв ветра, пронёсся шёпот: «Демон». И от дорожной расхлябанности не осталось и намека — на глазах путники превратились в воинов. Только Фон даже не пошевелился, продолжая застенчиво улыбаться. Зато у меня по коже как будто стадо мурашек промаршировало. Об этой расе Шараны говорить никто не хотел и по обрывкам разговоров и том, самом первом, рассказе Лея я представляла их жуткими тварями, уничтожающими все живое и, с трепещущим сердцем, застыла вместе со всеми. Наконец, Рай отмер, медленно повернулся и съехал с тропы. Все тут же повторили маневр и, рассредоточиваясь, скрылись среди деревьев. Рядом со мной остался только Фон.
— Посмотришь? — односложно спросил он и я кивнула не в силах произнести ни слова. Внутри бушевал страх вкупе с любопытством. Фон взял Ночку за повод и осторожно, по дуге, направился в ту же сторону, что и остальные. Как он умудрялся ехать сам, да ещё и вести за собой меня настолько бесшумно, не понимаю, но под копытами наших кушаров не треснула ни одна веточка, не хрустнул ни один сучок. Мы оказались прямо за спинами наших воинов, но чуть в стороне и мне было отлично видно небольшую поляну. Однако, как ни силилась не могла разглядеть ничего необычного на ней. Воины спешились. Я видела напряженные спины и зажатое в руках оружие: у кого меч, у кого арбалет или метательные ножи… Рай стоял впереди, настороженным взглядом окидывая открытое пространство, а я следила за ним испуганным взглядом кролика. Его черты вдруг заострились и стали похожи на высеченные из камня. И так же, как статуя, он замер на стыке света и мглы, в полумраке леса, замер на полушаге, отрешенно глядя вперед. Но с таким же выражением он мог погрузиться и вглубь себя. Впрочем, чем маг следил за искомым демоном, я не знала, только подрагивала от страха и напряжения. По редким оговоркам я знала, что демоны — твари опасные и страшные, и я не знала бояться мне за себя или за тех, кто рядом, а может, за него, кто сейчас отпустил на волю свои ощущения и напряженно ждет. И кто из них будет жертвой, кто победителем, кто охотником, а кто добычей? Меня передернуло.
Демон… Перед глазами вставали старинные гравюры с ужасными чудовищами, что, возвышаясь над человеком, способны были оторвать ему голову или откусить что-нибудь. Вслед за взглядом Рая я пыталась разглядеть этого демона, с трудом сдерживая дрожь, но с каждым мгновеньем успокаиваясь: здесь не было демона, солнечная полянка с пробивающимися на ней первыми цветами выглядела совершенно пустой. Я вздохнула с облегчением — нет тут никого.
Дшар находился севернее Форагоса или Дагоса и если там уже вовсю цвело, то здесь весна только набирала обороты, поляна поросла бирюзовыми травами и меж торчащих еще с прошлого лета сухих стеблей проглядывали мелкие белые цветочки. Какие-то большие насекомые, напоминающие наших шмелей, низко гудели в траве, а вездесущие белки носились по ветвям, совершенно никого не опасаясь. А вот с нашей стороны поляны, белок не было, да и птицы смолкли, затаились, чувствуя опасность.
Я всматривалась в лес напротив, напрягая глаза, но ничего не видела. Рай и остальные так же замерли и не шевелились, казалось, они даже не дышат. Мне хотелось соскочить с Ночки и звонко рассмеяться, развеивая эту напряженную тишину, сказать, что это была ложная тревога и пора ехать дальше. Но никто не расслаблялся и вот тогда я увидела…
Демон. Он бесшумно выскользнул из-за дерева, затравленно оглядываясь по сторонам, его кожистые крылья волочились по земле, как будто он не знал, куда их деть, поднимая их, он цеплялся за ветки над головой, а опуская, волочил за собой, собирая на мягкий бархат кожи прошлогодние колючки.
Я видела, как напрягся Рай, жестом останавливая своих воинов и подпуская демона ближе, видела, как взметнулась вверх уже готовая выпустить смертельные жала метательных клинков рука Гароша и мой взгляд вернулся к демону. Поникшие плечи, опущенные крылья, тонкие веточки рук… Он растерянно оглядывался вокруг, хлопая большими, широко открытыми глазами. Еще ребенок, он заблудился или потерялся в этом лесу и сейчас его убьют.
— Стойте! — мой резкий окрик заставил всех оглянуться, а я уже соскочила со своего кушара и со всех ног бросилась к мальчишке — назвать его демоном не поворачивался язык.
Я выскочила на поляну и остановилась. Мальчишка был передо мной. Сейчас я закрывала его своей спиной и слышала, как ругнулся Гарош, затылком ощутила, что сейчас он опускает метательные ножи, почувствовала напряжение, идущее от Лея (он явно готовил что-то магическое), а еще уловила бешенство Рая и не столько услышала, сколько почувствовала его приближающиеся шаги.
