Но, как и армия Зарацкого, они понадеялись на свою мощь. Никакого стационарного стихийного щита. Только магистры создали вокруг своей стоянки небольшой воздушный купол. Это было мне на руку.
Ну что же, пора выдвигаться и провести диверсию. Противник должен осознать, что эта война будет для него очень непростая. Ночь была моим союзником. Стихии подчинялись мне беспрекословно, и я был готов преподать врагу первый урок этой войны.
Я открыл портал в пяти километрах от стоянки войск Кутеева, чтобы случайно меня не обнаружили, и сразу активировал стихию Земли для поиска и отслеживания вибраций от передвижения людей и животных. В округе оказалось несколько животных и полное отсутствие людей. Это радовало — меня точно не заметили.
Я встал на колени и приложил руки к земле. Слишком мало погибших воинов оказалось в этом месте, слишком далеко я от старинного замка Одоевского. Придётся собирать свою армию частями. Я поднял несколько воинов и пошёл дальше, медленно приближаясь к стоянке армии Кутеева, попутно поднимая мёртвых.
Через час неспешного пути я приблизился к армии, подняв около сотни мёртвых и уничтожив два дозора, которые пополнили мои ряды. Именно им я отвёл главную роль. Мёртвые бойцы Кутеева, получив мой приказ, устремились в центр лагеря. В темноте, стараясь не приближаться к кострам, они практически добрались до назначенной точки, когда их остановили.
Ну что же, приказ получен. Мёртвые кинулись на живых, убивая их голыми руками. Я тут же поднимал убитых, увеличивая свою армию и сея страх в рядах врага. Оставшаяся со мной ватага мёртвых тоже ринулась в атаку, отвлекая охрану от артиллерии.
Я приблизился к орудиям, оставшимся без охраны. В ночной тиши мои движения были бесшумны, словно тень скользила между тенями. Воздушные серпы, один за другим, накачанные до предела моей маной, с жутким свистом устремились вперёд. Сталь орудий, казавшаяся несокрушимой, поддавалась, будто масло под острым лезвием. Каждый серп оставлял за собой рваные, искрящиеся полосы, превращая грозные орудия в бесполезный металлолом.
Немного помедлив, я создал стену огня — не просто пламя, а настоящее море бушующего, ревущего пламени. Оно вздымалось ввысь, словно голодный зверь, готовый поглотить всё на своём пути. Я направил эту огненную стихию прямо к ящикам со снарядами, чувствуя, как вибрирует воздух от предвкушения взрыва.
Но задерживаться было нельзя. В мгновение ока я создал портал, успев отступить за секунду до того, как адский грохот расколол ночь. Выйдя из портала на другой стороне, ближе к родовому замку, я замер, наблюдая за представлением.
Это был не просто фейерверк — это был настоящий салют в мою честь. Грохот стоял такой, что, казалось, дрожала сама земля. Яркие вспышки освещали небо, превращая ночь в день. Снаряды рвались один за другим, создавая настоящий огненный ад на земле.
Я стоял, наблюдая за этим величественным хаосом, и улыбка не сходила с моего лица. Первый урок был преподнесён.
Пока я занимался уничтожением орудий и снарядов, моих верных мёртвых воинов стали уничтожать подключившиеся к бойне мастера и магистры. Они быстро поняли, что обычным способом их не убить — даже разрубленные на две части, мёртвые продолжали атаковать и убивать, добавляя в моё воинство новых рекрутов. Только всепожирающий огонь, испепеляющий дотла, смог их остановить. Постепенно магистры и мастера, израсходовав множество накопителей маны, смогли уничтожить последнего моего мёртвого бойца.
Я было решил поднять ещё мертвецов, но передумал. Сейчас все готовы к отражению атаки, и большого урона они не нанесут, но у меня появилась другая идея.
Уйдя подальше, я открыл портал к родовому замку Кутеевых.
М-да, один я долго тут буду возиться. Огромные мощные стены, наверное, даже повыше и потолще, чем в замке Одоевского, множество защитных артефактов и, самое неожиданное, руны против стихии Земли. С помощью браслета «Единства стихий» я теперь видел все потоки маны и взаимосвязи энергетических каналов. Ну да ладно, штурмовать стены я и не собирался, а вот устроить им огненный ад — это пожалуйста.
Мои руки взметнулись вверх в древнем танце силы. Три стихии — Огонь, Воздух и Дух — слились воедино, словно три реки, впадающие в один бушующий океан энергии. Магия потрескивала в воздухе, наполняя его запахом озона и грозящего разрушения.
Огненный смерч, рождённый моей волей, обрушился на замок Кутеевых с яростью разбуженного дракона. Пламя ревело, словно голодный зверь, пожирая всё на своём пути. Оно извивалось, подобно гигантской огненной змее, обвивая башни и стены, проникая в каждую щель.
Мана утекала сквозь пальцы с невероятной скоростью, будто песок в песочных часах. Каждый миг удержания этой силы давался всё тяжелее, но я не отступал. Потоки энергии истончались, словно натянутые струны арфы, готовые вот-вот порваться.
И тогда начался настоящий ад. Всё, что могло гореть — пылало. Всё, что могло плавиться — плавилось. Крики ужаса и боли разорвали ночную тишину, эхом отражаясь от стен замка. Они были настолько пронзительными, что, казалось, могли расколоть само небо.
Я видел, как пламя пожирает деревянные конструкции, как огонь лижет каменные стены, как дым заволакивает всё вокруг. Чувствовал, как люди в панике мечутся по двору, пытаясь спастись от неумолимого пламени. Их было много — слишком много, чтобы каждый смог найти спасение.
Это была симфония разрушения, написанная кровью и огнём. Симфония, которая запомнится врагам надолго. И пусть заклинание истощило меня почти до предела — оно того стоило. Враг получил урок, который он никогда не забудет.
Я открыл портал и вернулся в гостиную, довольный своей вылазкой.
Приближалось утро, и я надеялся поспать хотя бы пару часов до момента, как меня разбудят с новостями. Недолго думая, я уселся поудобнее в кресло и закрыл глаза.
Не успел я их закрыть, как почувствовал, что меня кто-то нежно трясёт за плечо.
— Князь, князь, — услышал я мягкий, словно шёлковый, голос Елены. Я открыл глаза и невольно зажмурился от ярких лучей утреннего солнца, пробивающихся сквозь окна.
— Елена, сколько времени? — спросил я, потягиваясь.
— Уже шесть утра, — ответила она, её улыбка была такой светлой и искренней. — Есть новые донесения, но все боятся вас будить. Вот и подняли меня.
Выходит, я проспал не больше двух часов. Грустно вздохнув и посмотрев на Елену, я попросил её найти Машу и организовать мне кофе и завтрак.
Елена нежно погладила меня по голове и поцеловала в щёку:
— Я уже распорядилась. Через пять минут всё будет готово. Сейчас придут остальные.
Я притянул её к себе:
— Ли Юй тоже уже встала?
— Да, — ответила она, её глаза заблестели от сдерживаемого смеха. — И она очень на вас сердится.
— Это почему же? — искренне удивился я.
— Ну как же, — Елена не смогла сдержать улыбку. — Она уже узнала все новости и теперь обижается, что вы не взяли её с собой.
— Ладно, — вздохнул я, — придётся пообещать ей, что в следующий раз обязательно возьму её.
— А меня? — Елена игриво надула губки.
— И тебя возьму, — я посмотрел на девушку с теплотой. — Знаешь, сегодня мне не хватило твоего усиления, чтобы полностью уничтожить замок Кутеевых. Я ещё не так силён, как думал.
В этот момент в гостиную вошла Ли Юй, её лицо выражало явное недовольство:
— Князь, почему я узнаю обо всём последней? Ваши ночные подвиги могли закончиться плачевно!
— Вот видите, — снова улыбнулась Елена, наблюдая за Ли Юй. — Она уже здесь и готова высказать всё, что думает.
— И выскажу! — Ли Юй скрестила руки на груди, её лицо всё ещё выражало недовольство. Но внезапно её выражение изменилось — словно солнце выглянуло из-за туч. Она стремительно подошла ко мне, опустилась на колени рядом с моим креслом и, не давая мне опомниться, прижалась губами к моим губам в жарком, искреннем поцелуе.
Этот неожиданный порыв заставил меня на мгновение потерять дар речи. Ли Юй отстранилась, её щёки пылали, но в глазах читалось искреннее беспокойство:
