— И он работает, как вы говорите, верно? — женщина снова с прищуром посмотрела на меня.
— Без нареканий, — пожал я плечами. — Жаль только, что сразу на несколько уровней подняться нельзя. Приходится много свитков покупать. Причём разных.
— Хм, это даже не дар, а какой-то зачаток. Будь у вас дар, смогли бы и перескакивать несколько уровней. Очень примечательно. А ведь ещё вы обучились стихиям воды, огня и земли. Правильно?
— Да как обучился… Так, немного. У меня даже потенциал в родовом даре низкий. Потому Первопредок даровал такие вот костыли. Могу во всё, но по чуть-чуть.
— Очень ценные костыли. Очень.
— Значит, я имею и к пространственной магии предрасположенность?
— А вы так этого и не поняли? — она изумлённо уставилась на меня. — Ею и пользовались всё время. Вам кто-то посоветовал перо необычное купить?
— Магическое? Не то чтобы посоветовали, скорее, слышал об этом. Когда обычным писал, ничего не работало.
— Вы не видите, что ли, что делаете, когда пишете?
— В смысле?
— Ясно, не видите… Удивительный талант. Очень странный, но рабочий. С этим можно что-нибудь делать. Ну что, приступим?
— С радостью.
От первого занятия у меня голова разболелась. Учебников как таковых не было, так что теорию приходилось записывать самому. Предусмотрительная преподавательница выделила мне листочки для этого. Расписывала долго, дотошно. Всё о пространствах, их переплетении, даже об Изнанках. Что это иные миры, подобные нашему, где разве что людей не приключилось. Возможно, из-за магического фона, а может, причина в другом. Например, хоть все первоуровневые Изнанки для людей одинаковы, на деле же разные. И наша может быть первого уровня, но поскольку мы тут зародились, то и не ощущаем ничего. Потому зверь с иной низкой Изнанки так же плохо выживает на другой. Где-то совсем никак, где-то ещё может приспособиться.
Но самое важное — слои реальности, вложенные один в другой. Напоминало новомодные физические теории прежнего мира. Так же сложно и интуитивно непонятно, потому пришлось записывать буквально всё.
Просидели мы аж три часа, прежде чем заведующую позвали и она сказала мне уходить до следующей недели. А до того теорию вызубрить.
Голова пухла, еле добрался до дома и уснул до вечера. Лишь утром после завтрака позвал Марго и дал ей очередное задание. Во-первых, найти брокера наёмного по адекватной ставке. Во-вторых, пока повременить с площадью под шлифовальню. Взял девушку с собой и покатил на завод, который располагался в пригороде Кустового. По дороге захватили знакомого риелтора — Макара Петровича.
Ворота были затянуты цепью, а на ней — навесной замок. Один из связки ключей подошёл, так мы и попали на территорию. Пока пересекали двор, усердно звал Митрофана, и вдруг по нам кто-то начал стрелять.
— Вы кто такие? А ну, пшли отседова! — кричал стрелок.
— Хозяин завода я новый! — чутка слукавил.
— Ничего не знаю! Пшли вон! Это частная территория!
— Мне что, с Филиновым прийти? Если хочешь здесь остаться работать, то выходи, и я закрою глаза на самодеятельность. Иначе раньше времени на кладбище отправишься.
— Это холостые были, — тихо сказала Маргарита, и Макар Петрович, который мигом спрятался за нашими спинами, облегчённо выдохнул.
— Да хоть какие, — отмахнулся я. — Совсем дед обнаглел.
— А вы точно от Филинова? — в его голосе чувствовалось недоверие.
— Точно! Сам звони, раз не веришь.
— Нет у меня мобилета! Да и голоса его я не знаю!
— Чего тогда голову морочишь? Выходи да показывай завод! Мне ещё оценку делать надо. Видишь, ключи даже есть.
Он вышел не сразу. И вправду старый человек. Слегка тянул одну ногу, а щурился так, что стразу стало ясно: со зрением у него большие проблемы. Листик с разрешением от Филинова и печатью тут же всучил ему. Но не уверен, что он в принципе смог прочитать.
Завод хоть и простаивал давно да всё покрылось толстым слоем пыли, в целом был в отличном состоянии. Более того, здесь все станки на месте! Ещё и, по уверениям Митрофана, рабочие. Это предстояло проверить, разумеется, но уже не мне. Инструменты тоже вроде как имелись, чем сторож гордился. Дал ему пять рублей за службу, выкрутив градус приветливости на максимум, после чего ушёл, предупредив о Гвоздине.
Риелтор также получил свою информацию и обещал прикинуть возможную стоимость и аренду.
Похоже, всё идёт согласно планам. Только не моим, а Печаткина. Он и раньше пытался пристроить мне крупные партии макров, конечно, но в этот раз совсем обнаглел и собирался без моего ведома привезти груз. Следовало ещё пообщаться с Климовым и китайцами. Конечно, всё предприятие и мне выгодно, но самоуверенность Бориса совсем не нравилась. В общем, дел вагон. А ведь ещё надо наведаться на биржу и посмотреть, что там к чему.
Глава 19
Разумеется, я не собирался торговать на бирже в первый же день. Лишь хотел посмотреть, что да как там происходит.
Увидев мои документы, в приёмной засуетились и отвели в общий зал. Он занимал весь второй этаж целиком и напоминал обычный офис. Очень много столов, некоторые сдвинуты вместе для работы команд. На столах устройства, похожие на старые проводные телефоны. Вокруг много нервных личностей, они громко спорили, так что тут стоял неприятный гвалт. Некоторые люди поднимали листки бумаги с цифрами, которые мне ни о чём не говорили, и к ним тут же спешили другие участники всего этого безумия.
Мне выделили стол. Мужчина, перекрикивая шум, сообщил, что если понадобится ещё стол, то нужно будет подать заявку заранее. Приклеил опознавательные знаки на моё место, также выдал бумагу в двух экземплярах, которую я должен был подписать и вернуть.
При ближайшем рассмотрении это оказался акт передачи мебели и телефона в пользование. Там же имелись общие правила организации процесса. Сразу подписал и остался смотреть за обстановкой.
На биржу поступали заявки извне, иногда и участники между собой могли договариваться о передаче прав на продажу. Вроде бы ничего сложного, по сути, это лишь обсуждение, кто и какой заказ возьмёт, в какой доле и на каких условиях. Даты поставок тоже разнились. Но, кроме заказов, разумеется, были и предложения объёмов макров.
Основная причина, почему я здесь не хотел бы работать лично, — это шум и кутерьма. Время от времени выскакивали очень интересные предложения, но их быстро забирали. Кто успел, как говорится.
Иногда наступало затишье, но общая нервозность оставалась.
— Новенький? — обратился ко мне усталого вида мужчина. Щурясь, он прочитал название фирмы.
— Осматриваюсь, — кратко ответил ему.
— Ну, удачи! — хмыкнул он, явно не веря в мои способности.
Просидел я там около двух часов — голова разболелась, и ушёл. В принципе, достаточно, чтобы сделать выводы. Осталось дождаться нужного специалиста.
Гвоздин посетил завод без моего участия и вернулся оттуда взволнованным. Оказалось, станки действительно все в рабочем состоянии, только и нужно, что смазать да настройку подготовительную провести. Вместе мы провели расчёты о прибыльности. Всё бы ничего, но вложения в фонд зарплат и страховку печалили. И всё же, если забрать то, что я откладывал на чёрный день, средств более чем хватало. Даже при худшем раскладе предприятие окупится за полгода. В лучшем — через месяц.
Взвесив все за и против, спустя несколько дней дал отмашку на набор персонала. Тут же позвонил Филинову и сообщил о своём решении взять в аренду завод. Банально потому, что прибылью в перспективе у меня желания делиться не было. А три месяца без оплаты аренды — просто райские условия. Остановились на шести тысячах — именно такую справедливую цену рассчитал Макар Петрович.
Печаткина тоже не обделил вниманием. От его довольного голоса аж мурашки появились неприятные. Он будто знал, что я соглашусь на все условия и даже попрошу больше товара на реализацию. Этот человек всё сильнее меня настораживал.
