— Да-да, конечно, идёмте.
Мы начали подниматься со своих мест, как Катопумов ухмыльнулся:
— В таком случае завтра утром вам принесут приглашение на встречу. Надеюсь, вы его в очередной раз не проигнорируете. Приятного вечера!
— И вам всего доброго, — ответил ему, не собираясь комментировать обвинения.
Ресторан мы покинули молча, стараясь не спешить. Выйдя на улицу, выдохнул с облегчением. Ещё и свежий прохладный воздух после душного помещения бодрил. Так что ощущал себя счастливым, несмотря на неприятную встречу. Всё же Черникины мне подкинули то, чего не хватало — денег, причём честно заработанных через посредничество.
— Простите, что так вышло, — виновато улыбнулась Зинаида Михайловна. — Я ведь знаю о вашем конфликте с Катопумовыми…
— Не берите близко к сердцу, — отмахнулся я с улыбкой. — Никто не предполагал, что это будет он. Чистая случайность.
По крайней мере, я надеялся. В любом случае бегать от него вечно у меня вряд ли вышло бы, Кустовой не такой большой город. Будто других проблем мало.
Собственно, буквально на следующий день меня ожидало ещё одно потрясение.
Как обычно, наведался на склады с проверкой, хотел держать руку на пульсе. Если что-то пойдёт не так в этом направлении, то будут проблемы с невыполнением контракта и, как следствие, потеря денег. А я ведь собирался наращивать поставки в Оренбург, только ради этого и связался с Жимолостовыми.
Китаец поклонился мне и вежливым жестом попросил следовать за ним. В отличие от семьи, которая первой поселилась на этом складе, данный человек гораздо лучше знал русский язык.
Его ужимки и встревоженные взгляды на охранников насторожили меня. Благо те мужчины ушли, так как им нечего было делать внутри здания.
Работник склада провёл меня в угол огромного помещения без окон. Здесь много где стояли пустые ящики и доски, потому и эта груда не выделялась. Но, когда китаец переставил пару коробок, я увидел широкую дверь с навесным замком. Провожатый тут же её открыл и протянул руку, чтобы взять с внутренней полки масляный фонарь и зажечь его.
Этот угол здания был тёмным, так что когда появился свет, я увидел уходящие вниз ступени. Ещё один подвал? К тому же и пахнет свежим деревом.
— Охранники привели людей, и те сделали это место, — мужчина вежливо поклонился мне. — Идёмте, господин.
Я последовал за ним. Подземное пространство имело площадь примерно тридцать квадратных метров, половина из которых оказалась заставлена ящиками. Я подошёл к одному из них и монетой зацепил шляпки гвоздиков, чтобы открыть.
Оружие.
Перешёл к другому краю и заглянул в ещё один ящик. Макровые патроны.
Вернул все гвозди на место и посмотрел на китайца. Тот от моего взгляда испугался и поклонился.
— Простите, господин. Я подумал, что вы могли не знать…
Прикрыл глаза и вздохнул. Внезапно сам для себя понял, что крепко стиснул кулаки. Пришлось приложить усилие, чтобы разжать ладони.
— Ты всё правильно сделал, — сказал я и протянул руку, вкладывая в его карман купюру. — Делай вид, будто ничего не произошло.
Ответил китаец не сразу, похоже, он растерялся:
— Хорошо, господин.
— Но обо всех подобных ситуациях сообщай.
Я поднялся наверх и постарался успокоиться. Выходило не очень, хотелось кого-то ударить или что-то сломать.
Когда пересматривал отчёты склада, так и не мог сосредоточиться, ярость всё ещё бурлила во мне. Но нельзя было показывать, что что-то изменилось.
Вышел на улицу и опустил подбородок в шарф, после чего поспешил к машине. Охранникам лишь махнул рукой. Вряд ли они присматривались ко мне настолько тщательно, чтобы хоть что-то заметить. А вот водитель…
Нет, я слишком мнительный. Всю дорогу обратно в город смотрел в окно, погружённый в свои мысли.
Печаткин! Обнаглел настолько, что совершенно перестал со мной считаться. Самым ужасным было то, что я не понимал, как избавиться от этого бандита. Ситуация осложнялась Климовым, он был единственной серьёзной квалифицированной единицей в моих рядах, а также имел тесные связи с Печаткиным.
Или у меня всё же могут быть иные варианты, как уладить ситуацию?
В любом случае я давно понял, что нужно как-то избавляться от влияния Печаткина. Он сам поднялся в последнее время, отчасти благодаря мне — самому важному скупщику. Жаль, конечно, что отказался вступать в род. В этом случае я мог банально устроить самосуд вплоть до летального исхода, но с внешней силой нельзя было действовать настолько прямолинейно.
Глава 21
Официальное разрешение на работу завода наконец-то было получено. Угрюмый чиновник в сопровождении двух помощников обошёл все помещения, задал несколько каверзных вопросов мне и Гвоздину, после чего желанная бумага оказалась на руках. Вечером того же дня расходный материал отгрузили со склада, а наутро рабочие уже были на своих местах.
Я второй день пропадал на заводе, чтобы решать все текущие проблемы на ходу, пока процесс не наладится. Время близилось к обеду, и уже собирался домой, когда увидел, как мне навстречу бежит охранник. Тот самый человек, который должен сидеть на проходной. Потому я нахмурился, но только и успел, что рот открыть, когда он затараторил:
— Сергей Константинович, там это… На проходной люди, они к вам.
— Какие ещё люди? — не понял я. — Объявление об аренде подать ещё не успели вроде…
— Нет-нет, Сергей Константинович, люди серьёзные. И они именно к вам. Поговорить с ними надо.
Я вздохнул и покачал головой.
— Пойдём, раз серьёзные.
На мой взгляд, причин, чтобы дёргать директора, тем более какими-то посетителями, не должно быть. Но всё же решил узнать, что там случилось, раз даже охранник с места сорвался.
Возле проходной завода стояли и курили четверо, от вида которых меня посетило странное чувство, будто фильм о девяностых где-то снимают. Все они были одеты в кожаные куртки, сами крепкие и неопределённого возраста.
— Мне сказали, вы желали меня видеть? — максимально пренебрежительным тоном спросил я. По всему видно, что чья-та шпана. И с такими этот человек позвал меня общаться? Похоже, пора высказаться по поводу профориентации Климова.
— Желаем, ага, — ухмыльнулся и шагнул навстречу один из них, сероглазый, с короткой стрижкой. — Мефодий, который был здесь до тебя, платил нам за безопасность по две тысячи в месяц. Мы тут покумекали, цены растут, мир того… дорожает. Короче, Скарабейников, ваше благородие. С тебя три тысячи в месяц, и мы вовсю потеем, обеспечиваем твою безопасность.
Произнеся это, он засопел обеими ноздрями, словно хотел что-то ещё сказать, но ресурсов мозга хватило только на это. Остальные ухмылялись, косясь на меня.
От такой наглости я опешил и посмотрел на охранника, тот виновато опустил взгляд и сделал шаг назад. Похоже, действительно пора провести взбучку Климову. Его люди совсем от рук отбились, что ли?
— Простите, судари, но, похоже, вышло недоразумение. Вы же знаете, кому принадлежит этот завод сейчас? Какие люди за мной стоят?
— А ты в курсе, шкура, какие люди стоят за нами? — один из посетителей чуть оттеснил сероглазого и навис надо мной, пытаясь задавить морально. Руки перед собой выставил, потирая левой ладонью кулак.
Я заметил, как по пальцам скользнула микромолния, настолько он был несдержан. Маги — это плохо. Неизвестно, сколько их тут, теперь понятна самоуверенность. Но показывать слабину я не собирался, таким личностям нельзя поддаваться.
— Меня зовут Витька из Тушино, — голос сероглазого был полон превосходства. — Ты прежде чем вякать про хозяина завода, поспрошай, сколько людей я в могилки сырые отправил. Да и не держи нас за лохов. Всем известно, что старый хозяин дуба врезал, а новый — молодой, глупый, да в городе не появляется. Поэтому на первый раз твою глупость и дерзость мы прощаем. Первого числа придём за деньгами. Если денег не будет, вывезем вас в лес и отрубим ноги. Понятно?
