На такое я лишь нахмурился. Что за чушь несут эти недоразвитые? Граф, министр — молодой и глупый? Откуда только повылазили? Но вступать в конфронтацию сейчас себе дороже. Я не профессионал, да и привык на одиночные цели охотиться на Изнанке. Рисковать против толпы желания не было. И не моя это работа, в конце концов.
— Понятно, поспрашиваю, — сказал приглушённо, вызвав одобрительные смешки бандитов. — Всё вам будет…
«Когда найду, кто с вами разберётся», — добавил мысленно.
Я ещё какое-то время стоял, задумчиво смотря в спины удаляющихся идиотов. После чего развернулся к охраннику:
— Это что вообще такое сейчас было? Почему ты меня позвал, а не связался с Климовым или Печаткиным?
— Так я это, мобилета нет, — виновато ответил тот. Какой-то ребёнок в теле взрослого. Или просто дурак. Понабрали на мою голову!
— Что? — я чуть не задохнулся от возмущения, но взял себя в руки. Развернулся и вышел на свежий воздух. Не вина убогого, что оказался не на том месте, не в то время, это провал компетенции его начальника.
Первым решил позвонить не Климову, с ним предстоит разбор полётов чуть позже. Нужно сначала выяснить у Филинова, он должен быть в курсе происходящего. И объясниться как минимум. Уж что-что, а таких подстав от него я не ожидал.
Связь долго «думала», но в какой-то момент вызов пошёл.
— Сергей Константинович, безмерно рад тебя видеть, тьфу, слышать! — голос собеседника струился весельем.
— Увы, не могу сказать того же, — хмыкнул я.
— Что случилось? — тон не изменился.
— На меня тут… Как сказать, наехали, — человеку из своего мира, особенно ровеснику, я бы смог объяснить парой словосочетаний, потому что слова «рэкет», «крыша», «наезд», «разборки» хоть и ушли из повседневного лексикона, оставались понятыми.
— Поясни, пожалуйста, — Аркадий был всё так же невозмутим.
— Ну как. Пришли криминальные ребята и сказали, что за пользование твоим заводом я должен платить им три тысячи в месяц. И… Во-первых, я не закладывал в экономику, в свой бюджет такие траты. Во-вторых, о подобных вещах ты меня как арендодатель обязан был уведомить заранее, до сделки, до того, как я взял этот завод. И я не потреплю!
Увы, внезапно пережитые эмоции снова захватили меня, но Филинов вовремя перебил, пока я не наговорил лишнего:
— Сергей. Не надо сейчас всё высказывать и на мне отрываться, ладно? Компенсировать по Фре… Короче, не надо.
— Ладно, я отодвину эмоции. Но факты, факты… Не считаю, что это моя проблема. Не считаю, что должен платить или разбираться. Практический вопрос: Аркадий, ты решишь эту проблему?
— Они хоть представились, что-то сказали? — устало вздохнул он.
— Ну да. Четверо, на вид от тридцати до сорока, главный назвался Витькой из Тушино.
— Из Тушино, — он явно записывал. — Ты на заводе?
— Пока тут, но ненадолго. А что?
— Будь. Мои ребята подъедут скоро.
— Во-первых, они уже ушли. Во-вторых, бандитские разборки лучше проводи подальше от места производства.
— Не бандиты, — усмехнулся он. — Так что сиди и жди, сейчас на месте всё и решим.
И бросил трубку. Шикарно, будто у меня своих дел нет. Но что поделать? Проблему действительно лучше решить как можно быстрее.
Через сорок минут к проходной прибыл чёрный автомобиль. Тонированный, тяжёлый, чем-то похож на «Газель», а за рулём, внезапно, китаец. Хотя чему мне удивляться? С представителями этой нации Филинов давно знатно «сдружился».
Уже спокойный, я подошёл к открытому окну, где сидел пассажир. На бандита он походил слабо. Тут бы я, скорее, поверил, что это офицер спецназа из моего прошлого мира. Весь в чёрном, в бронежилете, с разгрузкой, громадным пистолетом на поясе, без знаков различия. Выглядел он внушительно и вызывал уважение.
— Сергей Константинович, — представился я, протягивая руку. Мужчина кивнул и ответил на рукопожатие.
— Мой командир сообщил мне, — говоривший был немолодым, крепким, как глыба, с квадратной челюстью. С таких обычно рисуют плакаты про настоящих мужиков, — что вы являетесь потерпевшим в результате преступного нападения.
— Я? Да, являюсь. Нужно написать заявление, дать показания? — растерялся.
— Заявление? — приподнял бровь он. — Вы можете называть меня Майором. А заявление — это да, это важно. Но нет, я говорю про опознание преступников.
— Да запросто, — кивнул ему с улыбкой. Похоже, будет весело.
— Садитесь, — махнул он, и я заскочил в открывшуюся сбоку дверь.
Салон оказался битком набит такими же, в чёрных тонах, безликими бойцами, на груди которых красовалась единственная светлая деталь — белый круг. Внутри него был белый же мифический единорог в профиль. Я ожидал увидеть очередных бандитов, а тут целое военное подразделение. Внушительно.
Китаец, который, кстати, был одет так же, резко тронулся, отчего пара бойцов матюкнулись.
— Так, подлётное время — пять минут. Все собрались. Враг опасен, может быть вооружён. Стрельба без команды, на своё усмотрение. Приоритетных нет, информации о заложниках нет. Всем проверить малое табельное!
До меня дошло, что мы едем натурально на штурмовую операцию и что, когда Филинов говорил «не бандиты», это совсем не значило про дипломатию, связи или политическое давление.
Все бойцы, а было их, считая командира, семеро, выпрямились.
— Пистолет в порядке! — повторил каждый, включая командира. Оружие у них было громадное.
— Тяжёлое проверяем.
Каждый из них осмотрел дробовик или автомат, потом так же попеременно орали, проверяли ножи.
Пока они проводили свой ритуал, мы уже тормозили у какого-то обшарпанного особняка, некогда шикарного, но приведённого в ужасно неприятный и грязный вид. Даже тоска взяла: мой родовой дом был похожим, но всё же выглядел получше.
Майор достал прибор — явно магический артефакт — покрутил, наведя на здание.
— Восемь человек. Второй и третий, основной вход. Четвёртый, справишься с дальним входом?
Китаец за рулём кивнул. Что меня удивило, он натягивал балаклаву, причём его действие повторили все, кроме Майора.
— Я прикрываю четвёртого, остальные — за вторым и третьим.
— Погнали!
Про меня словно забыли, выскочили из машины за пару секунд и понеслись вперёд. Дверь автомобиля осталась открыта, через неё я и видел всё развернувшееся представление.
Два бойца подскочили к парадной двери, пока китаец сиганул через забор. Один из тех, кто у парадной, ткнул дробовик в направлении дверного замка и без заминки бахнул. Громыхнуло так, что у меня заложило уши.
Тем временем другие участники операции выбили окна и бросили внутрь небольшие гранаты.
Первые уже устремились внутрь, когда через выбитую входную двустворчатую дверь я увидел, что один из обитателей дома вскочил и хотел схватить со стола револьвер.
Вернее, попытался, потому что трижды громыхнуло, а от бедолаги, который до пистолета так и не дотянулся, буквально отлетели куски плоти. Кто-то вскочил, но один из «единорогов» сделал ему подсечку и пару раз от души приложил кулаком по голове.
Тем временем кто-то сиганул через забор и почти преуспел, но ему что-то помешало, и он плашмя ударился о плоскость сплошного ограждения. Потом осел, а из-за забора показался источник «помех» — это оказался тот китаец, который управлял машиной. Спутать его, несмотря на балаклаву, было нельзя, потому что он прыгнул и приземлился, как кошка. Пока его противник встал в позе пьяного дебошира, он плавно переместился чуть вправо и без затей быстро ударил его сбоку под рёбра.
— Красиво, да? — услышав знакомый голос, я выглянул из машины. Рядом с ней стоял, как будто так и надо, Филинов собственной персоной. Растрёпанный и в помятом костюме, но расслабленный и, кажется, пребывающий в отменном настроении. — Почти как Брюс Ли… Ну, у меня такой знакомый спортсмен был.
— Ну, конечно, — скептически отозвался я, внимательно смотря на него. — А почему не Джеки Чан?
Тем временем бандит оправился после удара и попытался накинуться на китайца, который несколькими трудно различимыми и не особо зрелищными ударами его остановил, а потом ударом ноги в лицо отправил в нокаут.
