— Что, в лесу досталось? — проявил интерес к моему состоянию Клоун. — Еле ведь ходишь…
— На болоте.
— На болоте? Зачем тебя туда-то понесло? — хозяин фактории правым предплечьем сдвинул вверх левый рукав. — К змеюкам в гости?
Точно! Револьверы у него в рукавах были! Причем, на интересных приспособах. Я даже знаю, откуда они. Сам такие пружинки от распаковок сюда пару раз приносил.
Интересно он ими распорядился! Чуть выше локтевого сустава на каждой руке закрепил, револьверы к ним приделал. У пружинки такой, что-то типа кнопки есть. Нажмешь на такую и она сожмется. Ещё раз нажмёшь — распрямится.
Клоун — мужик с головой, покумекал и вон что придумал! Нажатие, и в твоей ладони револьвер. Пожалуй, себе тоже такое надо сделать.
Рукава у куртки хозяина фактории широкие, что в них и не разглядишь. Мне тоже придется рукава своего комбинезона расшить. В таких, как сейчас, револьвер может застрянуть.
Клоун чуть повозился, и револьвер, что был в его левой руке, скользнул в рукав. После этого всё повторилось с правой рукой.
— Сам придумал? — я похлопал ладонью по своему предплечью.
— Сам. — Клоун подмигнул мне. — Никому не говори про это. Ладно?
— Само собой. Могила, — ответил я.
Глава 28
Глава 28 Мутная ситуация
— Это моё…
Клоун сгрёб со стола банк.
— Это — тоже моё.
Монеты «последней руки» исчезли в кармане хозяина фактории.
— Это — опять моё.
Деньги, что выложил на стол его сосед перекочевали туда же.
— Моё.
Несколькими монетками игрока-неудачника Клоун тоже не погнушался.
После этого он внимательно посмотрел на меня.
Что, он и мои прибрать к рукам желает? А вот хрен ему на всю глупую рожу!
— Моё, это — моё. — я похлопал себя по карману, в который успел убрать свои деньги.
Своих, там было немного. Большая часть — честно выигранные.
— Ну, как скажешь…
На моё факторщик не покусился.
Связанные в дележе не участвовали, в только зло на нас посматривали.
— Ну, что — поживиться тут хотели? Не получилось?
На заданные вопросы ответа хозяин фактории не получил.
— Твоё, так твоё… — Клоун перевёл взгляд на меня. — Я и так сегодня хорошо заработал.
Раненый на полу в этот момент что-то пробормотал.
— Чего? — Клоун приложил руку к своему уху. — Погромче давай, я что-то тебя плохо слышу.
При этом он ещё и рожу скорчил весьма уморительно-внимательную.
— По десятке золотом за каждого…
Клоун достал из кармана помятые листы бумаги, разложил их в ряд на столе.
— Смотри, Кощей, эти же?
Листы оказались объявлениями о розыске за вознаграждение. Такими пол стены в офисе шерифа было завешано. Нам, лесовикам, подобные его помощники тоже время от времени впихивали. Вот мол, возьмите, есть хорошая возможность подзаработать.
Многие не брали — западло это, не по понятиям.
Хозяин фактории, получалось — брал.
Ну, его понять можно. Ему с шерифом надо мирно жить. Впрочем, как и со всей администрацией поселка, куда он купленное сдавал.
— Эти, Кощей? — повторил Клоун.
Я в руки бумаги не взял, только мельком по ним глазами мазнул.
На довольно приличных по качеству рисунках можно было легко узнать тех, с кем я только что играл в карты.
Давали за каждого, и правда, по десять монет золотом. Значит — крови на них нет. Пока. А, может, и есть, но это неизвестно.
Но, что-то было нехорошее. Десять золотых монет — это немало.
— Куда ты их теперь? — поинтересовался я у Клоуна.
— Моя забота… — уклончиво ответил тот.
Ну, мне тем более до всего этого нет дела. Мне бы немного отлежаться, ружье прикурить… и шапку.
— Мужик, отпусти, — подал голос «последняя рука». — Мы тебе больше заплатим.
— Точно? — опять сделал дурашливое лицо факторщик. Его за подобную привычку Клоуном и прозвали. Начнёт он гримасничать, рожи корчить — не остановишь.
— Точно, — подтвердил мужик.
— А, у вас есть? — слепил картинку удивления своими мимическими мышцами хозяин фактории. — Богатые…
Играли-то мы на серебро, ни одной золотушечки на столе не было. Впрочем, я тоже свои не свечу, нечего своим богатством бахвалиться.
— Есть, — подтвердил лежащий на полу.
— А, вот я сейчас и проверю… — растянул улыбку до ушей на лице Клоун.
Он, что, и правда, будет у них по карманам шарить? Одно дело — деньги со стола сгрести, а тут — монеты на них! С покойника что-то взять можно, но не с живого же.
Видя удивление на моем лице, Клоун рассмеялся.
— Что, поверил, думал, правда, я такой косяк упорю? Сами отдадут…
Слышал я, что бывало, задержанные по розыскным бумагам откупались. Теперь, похоже, увидеть своими глазами это получится.
Что, Клоун, это и планировал? Вот, почему, он мне не особо рад был…
Лишний свидетель этого всего ему не нужен.
— Ему тогда ещё по монетке дадите. — факторщик указал на меня пальцем.
Неее… Мне такого счастья даром не надо…
— Клоун, давай как-то без меня. — я отрицательно мотнул головой.
— Ишь ты… — опять натянул на свою морду маску удивления хозяин фактории. — Богатый у нас Кощей, от денежек отказывается…
— Кощей — правильный пацан. Не как ты… — раздалось с пола. — К нему нет претензий. Когда вязал, не знал, что мы по розыску…
Я поморщился. Здраво рассудить — подставил меня Клоун, замазал.
Сам я не знаю, кто я теперь. Правильный или не очень — всё это в далеком прошлом…
Ситуация сейчас, конечно, не простая. Хоть — так, хоть сяк — мутная.
Чёрт меня сюда принёс!
Впрочем, это в настоящий момент дело Клоуна — сдать их шерифу или дать откупиться. Его право — не он первый начал беспредельничать. Они его шулером хотели выставить.
Ладно, отнесемся ко всему ровно…
Глава 29
Глава 29 Трупы у дороги
Бытие определяет сознание, а если проще, с волками жить — по волчьи выть.
Тут — Каторга.
Волков здесь нет, но народец, что сюда попадает — ещё хуже.
В который уже раз оговорюсь — не поголовно, но многие.
О том, что — хорошо, а что — плохо, что — можно, а что — нельзя, здесь большинство очень своеобразно понимает.
Я — не исключение…
Хотя, как здесь очутился, хотел жить с чистого листа.
А, вот не получается… Бытие, это самое, не позволяет.
Если про всё, что произошло, здраво и без нервов рассудить — хозяин фактории мне должен. Связал я находящихся в розыске…
Да, не знал, кто они такие. Те ещё первые по беспределу на Клоуна наехали!
Но…
— Живи у меня, Кощей, сколько тебе надо. Ешь, пей, платить не надо… — замаливает свой грех факторщик.
Те, кто в розыске, сейчас, на словах, тоже ко мне без претензий. Однако, чувствую, зуб они на меня заимели.
Кстати, откупились они. Клоун с них по двадцать золотых монет взял. С каждого.
Были, были, у них денежки…
После всего этого, они … опять играть сели. Даже тот, раненый. Оказалось, не так сильно ему и прилетело, больше он придуривался, изображал из себя чуть ли не умирающего. Стакан замахнул, и ему почти хорошо стало.
Я отказался с ними за стол садиться, спать пошел. Хватит мне на сегодня приключений.
Вот уже третий день я у Клоуна в себя прихожу, а мне ведь в Речной идти надо.
— Ружьё — сам выбирай. — хозяин фактории — как отец родной мне сейчас, чует кошка, чьё мясо съела.
Хотя, из чего тут выбирать? Не из чего. Прежнее, как и то, что до него, у меня гораздо лучше были. Клоун мне на прилавок один мусор выложил, зажал хорошее.
— Это, — обозначил я свой выбор.
— Пользуйся на здоровье! — Клоун гримаску на лице всё же не смог скрыть. Жалко ему ружья. Дерьмовый он человечек.
— Завтра ухожу, — объявил я ему.
Он и рад, легко отделался. Повеселел после моих слов.
За всё время, что я здесь, никто на факторию не наведался. Это — плохо.
