— Нет. Как и не умираем обычным образом. Нас можно убить, но это значительно труднее, чем убить человека.
— Вот почему, когда я застрелила Каэла, он просто... вернулся? — Воспоминание об этом до сих пор вызывало мурашки по коже.
— Да. Вы убили Короля Каэла, но для нас это лишь временное состояние. Смерть не держит нас долго.
— Подождите, — я остановилась, осознав только что сказанное. — Я застрелила короля?
Сайлас тихо рассмеялся и посмотрел на меня с едва различимой улыбкой на губах.
— Да, именно так, — подтвердил он. — Вы убили того, кто не был повержен уже много веков. Он был весьма впечатлён этим, пусть и не особо желает в этом признаваться.
Я шла рядом с ним в молчании, пытаясь представить, каково это — умирать и возвращаться снова и снова.
— Это больно? — спросила я тихо. — Умирать и возрождаться?
— Разумеется, — ответил он просто, словно это было очевидно.
Я поморщилась.
— Это ужасно.
— Да, — согласился он. — Полагаю, так и есть. Временами.
— Наверное, мне стоит извиниться, если я снова увижу Каэла, — пробормотала я себе под нос.
Это вызвало ещё один тихий смешок с его стороны.
— Нет, не утруждайте себя, — ответил Сайлас. — Он воин, самый выдающийся из всех, кто когда-либо рождался в нашем мире. Он воспринимает ваш поступок как нечто, чем вы должны гордиться, а не стыдиться. Вы застали его врасплох — редчайший случай.
Я усмехнулась. Нет, не думаю, что когда-нибудь буду гордиться тем, что выстрелила человеку в голову. Но, по крайней мере, я не убила его окончательно — судя по всему. Это хоть немного успокаивало.
— Итак, вы похищаете людей, чтобы... что, обновить генофонд? — я нахмурилась. — Хотя это неудачный выбор слов, если вы не можете размножаться, как я понимаю.
— Ваша мысль верна, — подтвердил Сайлас. — Несмотря на то, что речь не идёт о воспроизведении потомства в прямом смысле, суть вы уловили правильно. Чтобы расти, меняться, развиваться — мы должны брать. Если мы хотим прогрессировать и эволюционировать, нам приходится собирать новых обитателей из вашего мира, когда появляется такая возможность.
— То есть вы забираете нас, а потом превращаете в таких же существ, как вы сами? — В моём голосе прозвучал страх, который я не смогла скрыть.
— Да, именно так.
— Как? — выдохнула я. — Как это происходит?
— Посредством церемонии. Уверяю вас, это безболезненно.
— Но что именно происходит во время этой церемонии?
— Я предпочёл бы ответить на этот вопрос, когда мы сядем, если вы не возражаете, — сказал он мягко.
Я знала, что эти слова должны были меня успокоить, но они не сработали. Ни капельки. Но раз уж он отвечал на мои вопросы, я могла по крайней мере позволить этому человеку — вампиру, напомнила я себе, — приготовить мне чёртов чай.
— Хорошо, — согласилась я.
— Благодарю вас, — ответил Сайлас.
Мы прошли мимо ещё одного коридора, который тянулся несколько метров вперёд, прежде чем быть поглощённым кромешной темнотой. В той стороне не горели свечи, оставляя коридор пустой, жуткой пустотой непроницаемого мрака.
Обернувшись, я поняла, что свечи позади нас гасли спустя несколько мгновений после того, как мы проходили мимо них. Огоньки словно следовали за нами, освещая только то, что было необходимо, и оставляя остальную часть этого массивного здания погружённой в абсолютный мрак.
— Здесь всегда настолько жутко? — не выдержала я.
— Да, — ответил Сайлас совершенно серьёзно.
Я рассмеялась его абсолютно сухому ответу и посмотрела на него. На его лице не было никакого выражения, кроме того же печального, которое он носил постоянно, и он, похоже, совершенно не понимал, почему я нахожу это смешным.
— Так где я нахожусь? — спросила я, когда смех утих.
— Мы находимся в Святилище Вечных, в городе Острие Судьбы, вблизи Лунного Круга Эль Варин, с видом на легендарную Кровавую реку, — Сайлас бросил на меня взгляд, заметив моё озадаченное выражение лица, и на его лице промелькнуло едва заметное веселье. — Название мира, в котором вы оказались, звучит как Нижнемирье.
Я попыталась не пялиться на него и вместо этого просто вздохнула. Ладно. Если я уже села в этот сумасшедший поезд, то с таким же успехом могу притвориться, что верю во всё это.
— Нижнемирье, — повторила я. — И где это место находится относительно Земли?
— Представьте себе Нижнемирье и Землю как две планеты, которые вращаются друг вокруг друга, — начал объяснять Сайлас размеренным тоном учёного, читающего лекцию. — Следуя этой аналогии — и это лишь метафора, не более того, — орбита вашего мира и нашего является эксцентрической, необычной. Наши миры не столько проходят мимо друг друга, сколько проходят один сквозь другой.
— Что происходит, когда наши миры проходят друг сквозь друга? — спросила я, пытаясь представить себе эту картину.
— Те, кто знает, как перемещаться между ними, могут делать это свободно в такие моменты, — ответил Сайлас.
— Я... — Следующий вопрос так и не успел слететь с моих губ.
Я замерла посреди длинного коридора, отвлёкшись от нашего разговора. Что-то в темноте впереди выглядело не так, как должно было. Темнота казалась текстурной, объёмной, что ли — если можно так выразиться.
Оттуда доносился звук, похожий на скрежет палок по камню. Сухой, царапающий звук, от которого мурашки бежали по коже.
Темнота пришла в движение. Я отступила на шаг назад, подальше от неё, наблюдая за тем, как что-то в тенях начало шевелиться, менять форму. Это выглядело как груда веток, огромный спутанный клубок тонких прутьев, которые переплетались друг с другом, входили и выходили один из другого. Но они двигались. По направлению ко мне и вокруг самих себя, словно перекати-поле, гонимое ветром.
Каждая из этих палок оказалась рукой. Или ногой. А может быть, они выполняли одну и ту же функцию. На конце каждого прута находился единственный коготь, которому на противоположной стороне соответствовал меньший по размеру коготь-большой палец. Они хватались и цеплялись за другие ноги и руки, переплетались между собой. Вращая свои запястья и локти, существо могло двигать всю эту конструкцию в том или ином направлении.
С медленно нарастающим ужасом я поняла, что руки этого создания начинались с когтя, затем шло запястье, затем локоть, снова запястье и снова коготь... и ничего между ними. Коготь, запястье, локоть, запястье, коготь. Это был спутанный клубок двусторонних рук, конечностей без начала и конца. В центре не было никакого отдельного тела.
Из клубка конечностей показалась бежевая фигура, проталкиваясь сквозь похожие на палки руки и ноги. Это была верхняя часть черепа, который, как мне казалось, никогда не принадлежал ни человеку, ни какому-либо известному мне животному. У него была только одна ноздря, которая рассекала верхнюю челюсть надвое, и не было зубов вовсе. Глазницы были большими и пустыми, почти комично огромными для размера черепа.
Руки держались за выцветший и пожелтевший череп, передавая его от когтя к когтю, проталкивая его к краю коридора, к свету.
— Чё... Чёрт побери! — выдохнула я, прижимаясь спиной к противоположной стене, наблюдая за тем, как существо выползало из темноты.
Оно было огромным, занимая всю ширину коридора целиком. Оно сжималось и расширялось в процессе движения, подтягивая себя вдоль коридора, хватаясь за наличник дверного проёма. Оно передвигалось на когтях, словно морской ёж, попеременно используя их в качестве ног, а затем втягивая обратно в свою массу спутанных палок для каких-то иных целей.
— Оно не причинит вам вреда, — тихо произнёс Сайлас откуда-то поблизости.
Мне хотелось взглянуть на него, но я не могла оторвать взгляд от твари, которая медленно приближалась ко мне. Череп, который она держала в центре своего тела из конечностей, теперь был протянут дальше от центра и направлен в мою сторону, словно существо пыталось разглядеть меня получше.
Схватив одну из своих похожих на палки рук и используя её, чтобы увеличить свой радиус действия, оно медленно протянуло единственный коготь по направлению ко мне. Когда я издала тихий испуганный вскрик и дёрнулась от неожиданности, оно тут же отпрянуло назад, сжимаясь в размерах.
