В ушах все еще стоял полный ужаса вопль, а пульс перестуком отбивал в висках. Снег прекратился, словно нависшая над Харбоной туча вытрусила из себя все, что могла и теперь собиралась с силами для следующего захода.
Ветер принес запах смерти. Горько-кислый, ни на что другое не похожий. Впереди выросли черные стволы деревьев. Ойр перешел на быстрый шаг, спотыкаясь взглядом о свернутое клубочком тело. Склонился над ним, сдвигая рыжие короткие волосы, скрывающие лицо и шею, нащупывая пульс.
– Жива, – выдохнул он, переворачивая девушку на спину. Белое, словно мел лицо, распахнутые глаза. Она беззвучно рыдала. – О, Боги! Софина! Что случилось? Как ты здесь оказалась?
Она что-то шептала, но расслышать было практически невозможно. Склонился ближе.
– Я не х-хотела… не со зла… не с-специально…
– Что ты сделала?
– Т-тарон… он т-там.
Ойр проследил за указывающим в сторону рощи пальцем и нахмурился, замечая едва тлеющее кострище.
– Давай поднимем тебя, – он помог студентке встать на ноги. Обнял и несколько минут растирал ледяную кожу плеч.
Она была в бальном платье, значит ушла посреди праздника. Почему? Что ее потащило в рощу ночью, да еще в такую погоду. Добиться чего-либо вразумительного он от нее сейчас вряд ли мог. А вот пройти глубже в лес нужно было обязательно. С кем связаться? Кто сейчас мог быть открытым для телепатического вызова?
Ойр настроился, приложив указательный палец к виску и прикрыл глаза. Шум сотен разных голосов, чьи-то крики, смех, неразличимые в общем потоке слова и, наконец, звенящая тишина.
«Это Габринг. Мне нужна помощь».
Послание перехватили быстро, практически без заминки. Женский встревоженный голос. Лорна.
«Ойр? Ты где?»
«На окраине рощи. Направь кого-нибудь сюда. Здесь студентка практически в бессознательном состоянии. И нужно обследовать лес, возможно есть раненные».
На той стороне быстро отключились, возвращая прежний шум. Ойр мотнул головой, выныривая в реальность. Девушка в его руках практически не двигалась, словно и не дышала вовсе.
– Эй, – он трухнул ее за плечи, опасаясь худшего.
Софина не моргая смотрела в одну точку перед собой.
Тяжело вздохнув, Ойр прибегнул к вещевой магии, создавая одеяло и укутывая девушку.
– Стой здесь. Сейчас за тобой придут. Ты меня слышишь?
Она кивнула, продолжая взглядом сверлить пустоту. Отойдя на несколько шагов и убедившись, что она не свалится без сил в сугроб, Ойр повернулся и направился в сторону едва заметного огонька.
Открывшаяся картина выбила воздух из легких. Столбом замерев на месте, Ойр прилепил взгляд к медленно вращающемуся телу, подвешенному магией вверх ногами. Лунного света было достаточно, чтобы разглядеть вспоротый живот и умытое кровью лицо. Это был Тарон Солт – студент факультета Огня. Еще пять месяцев, и он бы выпустился из Харбоны.
Ойр запустил в воздух несколько созданных магией шаров света и отвел глаза от мертвеца. Внимательно осмотревшись, обнаружил присыпанные снегом внутренности. Они были не разбросаны в случайном порядке, а аккуратно разложены. Медленно двинувшись по кругу, Ойр различил сердце, печень, легкие, желудок, почки. На равном расстоянии друг от друга и от костра, бывшего центром. Ойр шагнул ближе и наклонился к лицу трупа. Ничуть не тронуто огнем, как и волосы с пальцами рук. Но тело висело так низко, что даже самое слабое пламя должно было опалить хотя бы голову.
Выпрямившись, он задумчиво обвел взглядом снег на поляне. Натоптано было лишь в той стороне, откуда пришел он сам и, наверняка, Софина. Но если приглядеться…
Он пошел в обратную сторону, ступая в отпечатки своих шагов. Присел недалеко от печени убитого. Рядом проглядывались едва заметные следы. Хозяин обуви, оставившей их должен был быть очень легким, практически невесомым. Но все же сотканным из плоти и крови.
Взгляд зацепился за что-то белеющее в черных углях кострища.
Ойр не хотел топтать еще больше, потому поднялся и потянулся к ближайшему дереву. Отломил ветку, решая не копошиться в золе магией, дабы не стереть отпечатки чужого колдовства.
Осторожно поддел палкой белеющий предмет. Вытащил на снег.
Ойра бросило в жар.
Ритуальный кинжал с костяной ручкой. Коряво вырезанные темные вензеля и три полосы у основания лезвия.
Перед глазами размытыми кадрами пробежали сцены из видения, вызванного Алесаной в первые дни их знакомства. Умом Ойр понимал, что мог перепутать, подобных ножей скорее всего сотни. Но сердце упрямо твердило: это он. Тот самый.
Кинжал, которым убили его родителей.
Глава 5. События набирают обороты
Элария стояла перед воротами королевского замка и пыталась не смотреть на покрытых трупными пятнами солдат, охраняющих место, где когда-то жила. Позади нее вцепились в оружие четыре войника. Вряд ли они смогли бы хоть чем-то помочь, вздумай мертвецы напасть. Королева почти физически ощущала их страх, смешанный с отвращением, и сама заражалась этим чувством.
После долгой недели терзаний и попыток связаться с сыном посредством птиц и гонцов, она решилась прийти сама. Не потому, что несчастные почтальоны возвращались уже обращенными в умертвия, без каких-либо писем, записок, устных посланий. Просто не могла вытерпеть этой гнетущей тишины, отсутствия хоть каких-то действий со стороны Ренара. Он сидел на троне вот уже девять дней и, вопреки ожиданиям, ничего не предпринимал. Словно затаился и ждал чего-то особенного.
Сегодня племянник должен дать ответ по поводу своего решения на счет Алесаны. Но Элария была уверена в выгодном для себя повороте событий. Слишком уж явно чувствовалось его отношение к этой девушке. Он непременно женится на ней, консумирует брак и станет единственным владельцем Пятой стихии. Она сметет армию мертвых, которой руководит Ренар и сохранит ему жизнь. Замок разрушат, трон расплавят, монархия навсегда покинет эти земли. Именно таков был план королевы. Но начать воплощать его в жизнь не попытавшись уговорить сына сдаться без жертв, она не могла. Химеры Маржаны и так пролили достаточно крови, уничтожив практически всех приближенных короне лордов. Остались лишь те, кто вовремя успел сбежать заграницу или был чем-то выгоден Эларии.
Хотя, нет. В живых пребывал еще один. Наследник Лоанов, самой верной королю семьи. Они принадлежали древнему роду, свято чтившему старые традиции и самому дьяволу известно на что способен их отпрыск, какие тайны хранит магия их крови. К тому же, королева не смогла получить точной информации о смерти всех представителей семьи. Несомненно, нужно решить эту проблему, пока она не расправила крылья и не помешала воплотиться планам в жизнь.
Ворота бесшумно начали движение, отвлекая Эларию от мыслей. Охрана расступилась, молчаливо приглашая во двор.
Подул холодный ветер, осыпая снег с раскидистых елей, посаженных более ста лет назад в королевском парке. Он растянулся по левую сторону от мощеной аллеи. Она стремилась к замку скованной льдом рекой, огибая широкий бассейн с фонтаном, стелясь под позолоченными лавочками и теряясь за оградой жасминового сада.
Проходя мимо, Элария не сдержала восклика ужаса. Прикрыв рот ладонью, она замерла, всматриваясь в серые и черные покореженные смертью коряги, бывшие когда-то упрямым, не боявшемся стужи кустарником с розовыми и белыми цветами. Неужели это сотворил Ренар? Как он мог так поступить с возлюбленным детищем своей матери?
– Вижу, ты уже оценила дела рук моих, – ровный, не тронутый какими-либо эмоциями голос резанул по ушам, запуская в сердце острые иглы равнодушия.
Она обернулась, поднимая взгляд. На широких ступенях, ведущих в замок, стоял сын. Каштановые волосы, синие глаза, красивые черты лица. Ровный, как струна, в простом черном одеянии с накинутой на плечи мантией. Без короны и каких-либо царских украшений и все же окруженный незримой аурой величия. Единственный мужчина, способный причинить нестерпимую боль ее душе.
