– Если ты это сделаешь, я возненавижу тебя… – кровь стучала в висках, и девушка ненавидела себя за эти слова, но они продолжали срываться с губ, словно те принадлежали кому-то другому. – Ты навсегда умрешь в моих глазах.
– Зато моя дочь останется живой. Целой, невредимой и при своей магии.
Он отдернул руку и прошел оставшиеся несколько ступеней, выходя в узкий коридорчик, ведущий к фойе и кухне.
Стукнула входная дверь.
Алесана ускорила шаг, опережая отца и спотыкаясь о довольную физиономию только что вернувшегося с гулянок Фаба. Ни слова не сказав, сорвала с вешалки зимнюю мантию и выбежала на улицу. В лицо ударил холодный ветер, тщетно пытающийся поднять с дороги выпавший за ночь снег. Он громоздился высокими сугробами по обе стороны от узкой тропинки, вычищенной неизвестным дворником рано утром. Она тонким ручейком тянулась вдоль гостевых домиков, устремляясь к высоким неуклюжим зданиям академии.
Серое, тяжело нависшее над землей небо грозилось опрокинуться и раздавить все живое. Несмотря на то, что небосклон все еще пребывал на месте, Алесана чувствовала себя разбитой, уничтоженной и одинокой.
Да, у нее был Фабиан, но с каждым днем он становился все более далеким. Еще два месяца назад она не могла и предположить, что такое в принципе возможно.
Отец? Алесана никогда до конца не знала этого человека. Разве мог ее родной папа оставить тело погибшего сына не погребенным? Вообще, пустить убийства членов его семьи на самотек. Закрыть глаза и уши на чувства и желания единственной дочери и совершенно по-варварски увезти своих уже взрослых детей из их давно сформированных миров, наплевав на мнения, семейный устав и общепринятые морали. Да и вообще, когда это Мариус Волонский – приближенный лорд короля, не один год курирующий секретный военный орден – сдавался? Позволял себе бежать от проблем, скрываться от собственной судьбы.
Оставалось надеяться на Ойра. Но вот не примет ли он сторону ее отца?
Алесана не знала, что будет делать в этом случае. Но уплывать в неизвестные ей края не собиралась.
За чередой галопом скачущих в голове мыслей, девушка не заметила, как оказалась у дверей нужной аудитории. Занятий сегодня не было, после Зимнего Бала начальство Харбоны позволило студентам и преподавателям отдохнуть. Кроме того, приближались семестровые экзамены, требующие от каждого жителя академии больших сил и терпения. По идее, следующая неделя должна стать подготовительной, затем четырнадцать зачетных дней и долгожданные, но короткие зимние каникулы.
Ни секунды не медля, Алесана дернула посеребренную ручку на себя и замерла, нахмурившись. Потянула сильнее – тщетно. Дверь оказалась запертой. Тяжело вздохнув, припала спиной к гладкой металлической поверхности и сползла по ней на пол. Обняла колени, сосредоточенно закусывая губу. Отведенных ей отцом трех часов должно хватить, чтобы придумать способ обхода родовой магии. Но в голову, как на зло, ничего путного не приходило.
Когда в коридор свернули люди, девушке казалось, что сидит она у аудитории целую вечность. Хотя, в действительности прошло не больше полу часа. Подскочив, она быстрым шагом пошла навстречу Ойру, не обращая внимания на Лорну и незнакомого приземистого колдуна с блестевшей в искусственном свете лысиной. Завидев Алесану, они прекратили разговор.
– Доброе утро! – лучезарно заулыбалась Лорна. – Я уж думала, раньше обеда не встречу в стенах академии ни одного студента!
– Здравствуйте. Мне нужна помощь Мастера Ойра.
– Что-то случилось? – настороженно проговорил он, все это время, не сводивший с нее взгляда.
– Слушайте, дело требует немедленного решения! Не следовало уходить из кабинета Верховного. Если бы я знал, что нам будут мешать… – встрял лысый маг, недовольно хмурясь на обоих мастеров одновременно. Поняв, что те не стремятся избавиться от надоедливой студентки, зыркнул в ее сторону. – Сегодня выходной деточка, оставьте преподавателей в покое, дайте им от вас отдохнуть.
– Прошу меня простить, – Ойр передал Лорне ключи от кабинета и, взяв Алесану за руку, потянул в обратную сторону.
Она терпеливо ждала, пока возмущения незнакомца перестанут долетать до ее слуха. Полная тишина образовалась лишь когда они оказались у призывно открытых дверей столовой. Вокруг не было ни души, хотя на запахи, разносившиеся отсюда, могли подняться даже мертвые.
– Ойр, подожди! У меня нет времени на заседания у тарелки с завтраком! – она резко остановилась, хватаясь за его ладонь свободной рукой.
– Вот за этой самой тарелкой и поговорим.
Интонация его слов Алесане совсем не понравилась. Напряженный голос, отсутствие какого-либо приветствия настораживали еще больше. Если вспомнить вчерашние события, можно предположить о чем-то весьма неприятном. Теряясь в догадках, девушка послушно прошла следом, уселась за предложенный столик и терпеливо дождалась подноса с едой.
Когда перед ней были расставлены вазочка с салатом, начиненные блинчики и дымящаяся кружка какао, рискнула наконец заговорить. При чем, начиная с самого главного, не нарезая вокруг проблемной темы:
– Папа грозится увести меня. И Фаба. У него билеты на десятичасовой рейс.
Ойр замер с поднесенной ко рту кружкой кофе. Сделал глоток и посмотрел на девушку.
– Ну, во-первых, так быстро вас увести отсюда у него не получится. Нужно разрешение Ризнадила, да и…
– Ты не понимаешь! Отец прибегнет к родовой магии. В этом случае ни чье позволение не требуется. Даже мое.
– Но ведь подобное запрещено. Он нарушит ряд законов и будет осужден.
– Разве сейчас это важно? Какие уставы остались не разрушенными за последние недели? В стране революция. Старых законов скорее всего уже не существует.
Мастер на долго замолчал и девушке пришлось взяться за какао с блинчиками, чтобы не сидеть, молчаливо пялившись на мужчину, ожидая хоть какого-то ответа. Кружка практически опустела, когда он заговорил:
– Ночью убили студента.
Алесана вздрогнула, подняв ошарашенный взгляд. Перемена темы могла бы ее возмутить, но… Смерть… Очередная печать нави, преследовавшей девушку вот уже несколько лет.
– Убили?.. – тупо повторила она, не зная, что сказать.
– Это был ритуал, но мы еще не знаем кем совершен и с какой целью.
– А кого?
– Восьмикурсник, с факультета Огня. Твоя знакомая, Софина оказалась на месте преступления.
– Значит, защитные чары Харбоны разрушены? Не может же убийцей быть кто-то из присутствующих здесь?
– Я это к чему, – не стал поддерживать начатого разговора Ойр, – возможно, твой отец прав.
Слова ударили. Девушка рванулась с места, чтобы уйти, но мужчина поймал ее ладони, крепко сжав.
– Пойми, за стенами академии Ренар и королева, стремящиеся завладеть Пятой Стихией, здесь же, как оказалось, тоже не безопасно. Словно весь мир сошел с ума! Быть может, уехать из страны на время – как раз то решение, которое поможет избежать худшего!
– На время? Какое? Сколько месяцев или лет мне нужно прятаться, скрываться по чужим городам? Пока не кончится война? Или король не отойдет в мир Нави естественной смертью? – Алесана вскочила, выдергивая руки из цепких пальцев. – Я устала! Не успевает решиться одна проблема, как на меня взваливаются сразу несколько других! Ты говорил, магия, которой я владею – сильнейшая из всех существующих. Так почему же необходимо убегать? Разве мне не под силу защититься?
Она шагнула вперед, опираясь на стол и нависая над Ойром.
– Научи меня ею пользоваться. Вступи со мной в законный брак. Сделай наконец то, что обещаешь. Хоть что-нибудь из этого!
Ойр резко поднялся, хватая девушку за шиворот и притягивая к себе, впиваясь в ее губы жестким поцелуем. Она не сопротивлялась, подалась навстречу, на сколько позволял столик между ними, обняла за шею, отдаваясь чувствам и охватившим ее с головой эмоциям. Злость и обида, клокотавшие в ней, сливались, образуя странное возбуждение, поддавшись которому Алесана могла сотворить, что угодно.
