Задание не сложное, по правде говоря, плевое задание, пойти в главный храм Вораса, смешаться с паломниками и разведать что там и как, может ход тот увижу, куда кашасеру-то уволокли. Хотя вместо неё надо Лея искать, он маг хороший, хоть и говорят слабосильный, но не раз ребят наших из-за грани вытаскивал, вот кто Форагосу нужен, а не кашасера какая-то, её то небось случайно забрали, не первая она такая и не последняя…
Так, куда здесь? По лесу ходить проще, не заблудишься и как тут люди живут, каждый переулок на другой похож, а вот и площадь, шарг про неё говорил, от неё вверх по улице до самого большого храма. До храма, а там посмотрим...
***
— Светлейший, — служка склонился перед остановившемся жрецом, — там какой-то воин просит милости говорить с вами.
— И что, больше некому его выслушать? — Светлейший был недоволен, уже третью ночь он не спал и чувствовал себя в безопасности только рядом с провидцем, а тот раз за разом предрекал ему смерть.
— Он говорит, что разговаривать будет только с вами, он из Форагоса.
— Так чтож ты сразу не сказал, — бестолочь, обреченно подумал жрец мысленно перебирая кары которые пророчил ему Ворас устами провидца. Не было ли среди них убийцы из Форагоса, не идёт ли он по галерее, что должна осыпаться под ногами, не отсюда ли упадёт камень ему на голову… А может ничего этот и не будет, может Ворас испытывает его веру и терпение и подталкивает к какому-то важному решению? Светлейший даже остановился, такая мысль пришла в голову впервые, но торопливые шаги служки заставили его прибавить шаг и оставить эту ценную мысль на потом.
В небольшом кабинете его ждал молодой мужчина, черноволосый, смуглый, с сильными икрами горца, обрисованными хорошими, крепкими сапогами, таких не встретишь у пахаря или торговца, это обувь воина, удобная и для верхового и для пешего, да и тяжёлый меч на поясе говорили что их владелец умеет с ним обращаться, только растерянные глаза блуждающие по кабинету не вязались с общей картиной.
— Я слушаю тебя, дитя моё, — привычно, нараспев произнёс Светлейший.
Лицо посетителя на мгновенье осветилось улыбкой, но тут же он спохватился, поклонился и с детской непосредственностью деревенщины спросил:
— А ты точно Светлейший? А то подсунут кого не главного, а он то всего и не знает…
Светлейший опешил, впервые его не только не узнали, но подвергли сомнению его сан и возможность решать.
— Точно, — немного сухо произнёс он и мановением руки отправил служку за дверь, наёмников он не боялся, пока не боялся, в череде предсказанных смертей их еще не было.
— Светлейший, — воин явно не знал с чего начать, мялся, не зная куда девать руки. — Ты это, отдай нам нашего мага, — не то попросил, не то приказал он, видимо так и не найдя верных слов. — Нам маг этот дюже нужен, — продолжил он уже просительным тоном, — все другие маги конечно тоже чего-то могут, но этот... — замешкался воин подбирая слова, — он один из нас, отдай, а… А девчонку, — махнул он рукой, — девчонку так и быть, оставь себе, кашасер много, а вот магов, что лечат всех подряд раз-два и обчелся… Он же слабосильный, лечить то толком вот и все, что умел…
Парень состроил умильную рожу, явно пытаясь разжалобить жреца, а тот лишь облегчённо выдохнул. Этот детина вроде и здоровым вымахал, а вот мозгов Ворас пожалел.
— О ком вообще речь то, — Светлейший решил говорить с воином на его языке, он конечно сразу догадался о ком просит эта дубина, но вот понять пришёл ли детина один, да и знает ли граф, что творит его подчинённый…
— О Лее, конечно, — взмахнул руками парень, так импульсивные кашасеры, всплескивают руками от избытка чувств. За взрослым воякой такого не предполагалось, и жрец улыбнулся, он уже понял, что этот парень пришёл по собственному почину и граф о его посещении не знает, осталось выяснить как он сюда попал.
— Так мы порталом пришли, — воин и не думал запираться, он, как и большинство простых людей, был бесхитростно уверен в справедливости Светлейшего, а пожилой Светлый из Форагоса всячески поддерживал эту веру своим служением людям, пока не поплатился жизнью, но мало кто знал правду о его смерти и Акер не задумывался в правильности своего поступка, он был в этом уверен.
— А что за кашасера, о которой ты говоришь, — припомнил жрец. — При чем здесь она?
— Так ваши вчера её в храме умыкнули, — он похабно осклабился, — она с графом нашим путается, а я скажу вам не дело, когда граф, простую кашасеру к себе приближает, потому как проку от этого нет, беды одни…
— Вчера? — Светлейший задумался, вроде вчера никто не говорил о новой кашасере, впрочем о них и не докладывают, мало ли скольких привели жрецы, долго они не держатся, выплеснут последние капли силы и мрут, а о каждой Светлейшему рассказывать много чести.
— Ну да, — продолжал настаивать форагосец, — волк так и сказал, что зашла в храм и не вышла, а он напрасно её у порога ждал…
Жрец не заметил оговорку, да и среди наёмников нередко попадались те, кто брал звучную кличку взамен невзрачного имени, и товарищи звали его именно так, зря не спросил, а Акер не пояснил, что волк то был самый что ни на есть настоящий.
— Я ничего не знаю ни о какой кашасере, — и воин понимающе кивнул, зачем главному жрецу какая-то баба. — Да и мага вашего у нас нет, — лицо его вытянулось, впервые он подумал, что зря вот так в лоб пошёл к Светлейшему может не зря граф так таится, но ласковый тон жреца успокоил его тревогу.
— Неужто граф подумал, что мы способны, — он заговорщицки улыбнулся Акеру, — умыкнуть, — подмигнул жрец, — человека. Да ещё мага…
— Ну он слабый был, после боя то, вот и утащили его… — путанно пояснил Акер.
— Ты графу так и передай, — продолжил гнуть свое жрец, — мага у нас нет, а вот за девицу не знаю, многие кашасеры приходят в храм, чтобы служить Ворасу… — Он намеренно не стал продолжать, недотепа должен сам понять, что все они здесь добровольно.
— Не, эта не придёт, — уверенно протянул форагосец, — она с Ворасом и так договорилась, уж о чем не знаю, но мужики говорят, она еще в храме с ним говорила, а ещё на Ране…
— Она говорила с Ворасом, — с ленцой протянул жрец, — и что? Бог отвечает многим, ты сам можешь попробовать, и, если твой вопрос будет важен ты услышишь глас Вораса.
— Да нет, Светлейший, — в голосе воина появилась убежденность, — эта с ним как со мной разговаривает, как ни коснётся камня, а Ворас и тут как тут… И в Форагосе говорила, и в Дагосе, и на Ране тоже… мне ребята говорили, что как коснётся камня, так аж глаза болят как полыхает… и Ворас ей отвечает…
У Светлейшего аж дух перехватило, кашасера, что говорит с богом на равных? Кашасера способная ослепить вспышкой камня, да какая же сила должна быть?
— Если бы появилась такая, мне бы обязательно доложили, — мягко произнёс он
— Так ведь волк сказал, что здесь её увели, — растерянно произнёс форагосец, — его лицо исказилось детской обидой. — Ты Светлейший не думай, девчонку если что оставь, граф наш пусть другую ищет, а вот мага бы вернуть…
Мысли жреца же заняла безымянная кашасера, которая стала важна для графа Форагоса. Кто это? Надо обязательно спросить кто вчера приводил девчонок в храм, куда дели, надо бы проверить настолько ли она сильна…
Он вновь не заметил оговорку воина, и погрузился в свои мысли. Акер же стоял молча, ожидая решения Светлейшего.
***
Коридор. Еще один темный коридор, с бледным светлячком магической лампы, только он еще дарит надежду, без этих точек света, я бы уже сошла с ума. Сколько я плутаю в этой каменной ловушке, сколько времени прошло — день, два? Кажется, появись здесь светлые жрецы, я сама брошусь в их объятия... Насилие? Да можно перетерпеть, а вот полное одиночество и жажда... Жажда и страх... Страх умереть в паутине коридоров, залипнуть как муха в янтаре, как высохший паук между ставнями... Как... Черт, даже сравнения закончились, как и этот мерзкий коридор, в котором на сотню шагов один светильник, идешь по нему как душа на свет, та самая, свежеотлетевшая, в черном туннеле... Блин, опять ступенька, о, еще одна, бедные мои пальцы, отобью все к чертям, ну почему здесь так и не придумали кроссовки, в этих мягких кожаных сапожках я постоянно сбиваю большой палец, в темноте налетая на ступени... Эх, где-там Лей с его светящимися шариками... Про Рая лучше не думать, спасительница, блин, пошла спасать друга и сама влипла, хоть бы Рай еще сюда не попер, боюсь здесь даже Дайшар с его волчьим нюхом потеряется в переходах. Хотя...
