— Вот это да, — пробормотала Айсен, пробираясь сквозь толпу. Похоже, бобер не шутил. — Я специальный агент, пропустите!
И действительно, как только она приблизилась к клетке с бобрами, она услышала громкий, возмущённый голос.
— Я больше не могу это терпеть! Хватит нас кормить гнилой корой и строить нам убогие хатки! Мы требуем достойных условий жизни! Мы требуем справедливости!
Айсен пробралась к самой клетке и увидела его — большого, толстого бобра, который стоял на задних лапах и яростно жестикулировал перед перепуганными посетителями. Он был одет в миниатюрный костюм оратора, с галстуком-бабочкой и микрофоном, прикреплённым к его морде.
— Да здравствует революция! Да здравствует бобровый народ! — продолжал вещать бобер, вращая глазами.
— Ну и цирк, — пробормотала Айсен, усмехаясь. — Этот бобер явно пересмотрел телевизор.
Внезапно она почувствовала, что кто-то трогает её за плечо. Обернувшись, она увидела Никодима, её друга и старого союзника.
— Мастер Никодим? Что ты здесь делаешь? — удивлённо спросила Айсен.
— Я тоже получил вызов, — ответил Никодим, пожимая плечами. — мастер Файфель сказал, что здесь нужен специалист по животным.
— Специалист по животным? — переспросила Айсен, усмехаясь. — По поиску волшебных созданий?
— Нет, — ответил Никодим, — но я знаю один секрет.
И тут из-за ближайшего дерева появился травяной сатир, ведущий на поводке огромного медведя. Если бы не отвод глаз, тага бы сошли с ума.
— Всем привет! — радостно воскликнул сатир. — Я привёл подкрепление! Миша тоже хочет поговорить с бобром!
Айсен удивлённо посмотрела на Никодима.
— Что всё это значит? — спросила она.
— Это тот самый бобер, — ответил Никодим, понизив голос. — “Помнишь, тот, что помог нам с Пресней на озере? Он умеет говорить на змеином языке.
Айсен вспомнила тот случай. Тогда ее сестра и Никодим столкнулись с древним монстром из озера, и говорящий бобер помог им найти ключ к победе. Как раз тогда она сама и пришла в этот мир.
— Невероятно, — прошептала Айсен. — Значит, он против властей. Но зачем ему всё это?
— Я думаю, он просто устал от несправедливости, — ответил Никодим. — Бобры — очень чувствительные животные. Они не любят, когда их обижают.
— Ладно, — сказала Айсен, решительно кивнув. — Нужно что-то делать. Мы не можем позволить ему взять заложников.
Темная эльфийка подошла к клетке с бобрами и громко кашлянула, привлекая к себе внимание.
— Эй, бобер! — крикнула она. — Я знаю, кто ты. Я знаю, что ты помог нам на озере. Почему ты так себя ведёшь?
Бобер удивлённо посмотрел на неё.
— Ты… ты знаешь меня?” — спросил он.
— Да, — ответила Айсен, понизив голос. — Мы тоже против власти. Возьмем тебя к нам — она повысила тон — Я знаю, что ты хороший бобер. Но то, что ты сейчас делаешь, неправильно. Ты не можешь угрожать тагаям.
— Но я просто хочу, чтобы к нам относились по-нормальному! — воскликнул бобер, его голос был полон отчаяния.
— Я понимаю, — ответила Айсен — подыграй мне. Она вскинула руки — Но угрозами ты ничего не добьёшься. Давай я тебе помогу. Я поговорю с директором зоопарка и попрошу его улучшить условия твоей жизни.
— Ты правда это сделаешь? — спросил бобер, подмигивая.
— Конечно, — ответила Айсен. — Я обещаю.
Бобер задумался на несколько секунд, а затем медленно кивнул.
— Хорошо, — сказал он. — Я тебе верю.
Айсен улыбнулась и повернулась к Никодиму.
— Пора действовать, — сказала она. — Я отрубила камеры.
Никодим кивнул и подошёл к поводырю. Он прекрасно научился общаться с травяными сатирами.
— Друг мой, — сказал он. — Не мог бы ты оказать нам небольшую услугу?
Сатир безумно радостно улыбнулся.
— Конечно! Что нужно сделать?
Никодим прошептал ему что-то на ухо, и сатир, захихикав, направился к директору зоопарка, который с ужасом наблюдал за происходящим издалека.
Через несколько минут сатир вернулся, таща за собой директора зоопарка, который отчаянно сопротивлялся.
— Что вы делаете?! — кричал директор. — Отпустите меня! Я вызову полицию!
Сатир подтащил директора к клетке с бобрами и толкнул его внутрь. Затем он взмахнул руками и прочитал какое-то заклинание. Вспыхнул яркий свет, и когда он рассеялся, на месте директора стоял… бобер.
— Что… что произошло? — пролепетал бобер, глядя на свои лапы.
— Не волнуйся, — ответил сатир, смеясь. — Теперь ты бобр! А ты — он поглядел на директора — директор зоопарка! Думаю, тебе здесь понравится! Не забывай! Мы прротив власти!
Айсен подошла к клетке и открыла дверцу.
— Пойдём, — сказала она бобру-директору. — Теперь ты свободен. Когда надо, присоединишься к делу.
Бобер-директор удивлённо посмотрел на неё, а затем, с радостным криком, выскочил из клетки и побежал в свой кабинет. Айсен вздохнула с облегчением. Она снова решила проблему. И, как всегда, странным и необычным способом.
— Что ж, пора домой, — сказала она Никодиму, улыбаясь. — День выдался на славу.
Темная эльфийка попрощалась с друзьями и села на своего кибер-змея. Взмыв в небо, Айсен направилась к своему особняку, с чувством выполненного долга и желанием просто отдохнуть.
Подкуп
Ночь спустилась на зоопарк. Все разошлись, но в укромном его уголке, в старой, заброшенной сторожке, куда редко заглядывали посетители, собралась необычная компания. Сатир Никодим, привыкший к роскошным чертогам Времени, теперь чувствовал себя как дома среди запаха листвы и земли. Его всегда окружал ореол таинственности, делавший его похожим на стареющего сумасшедшего, неважно где он оказывался. Рядом с ним, по-хозяйски развалившись на полу, сидел огромный медведь, изредка порыкивая и поглядывая на своих новых знакомых. Травяной сатир, вечно хихикающий и перебирающий в руках травинки, суетился вокруг, предлагая всем чай из лесных трав. И, наконец, в центре внимания, за столом, сколоченным из старых досок, восседал бывший директор зоопарка, а ныне — бобр Айван Баброу. Он был одет в костюмчик, сшитый из старой униформы, и нервно теребил в руках карандаш.
— Итак, господа, — начал Никодим, обводя всех взглядом. — Полагаю, вы все понимаете серьёзность ситуации. Мои надежды вернуться в Чертоги Времени рухнули, и теперь я вынужден строить новую жизнь здесь, в этом… кхм… змеином мире. Снова. То ли профессор Макака что-то задумал, то ли Дина Восемь, но это не отменяет того факта что я здесь.
Медведь глухо зарычал в знак согласия. Травяной сатир захихикал, подливая чай в кружки. Айван Баброу откашлялся и поправил галстук-бабочку.
— Я тоже понимаю, — сказал Айван, его голос был немного писклявым, но полным решимости. — Я всегда чувствовал, что моя судьба — это не просто грызть деревья и строить плотины. Я хочу большего! Я хочу бороться за справедливость! Против власти!
— Вот-вот, — поддержал его Никодим. — Именно поэтому я и выбрал вас, Айван. Вы обладаете лидерскими качествами, острым умом и… несомненным обаянием.
Айван смущённо покраснел и забарабанил карандашом по столу.
— Но к чему мы всё это ведём? — спросил медведь, прерывая их разговор. — Я не понимаю, что мы будем делать с чудинами. Они же сильные и опасные. В лесах неспокойно. Айвана выловили и запихнули сюда, друиды шарятся по лесам. А барбаки сидят и курят.
— А вот тут, мой друг, — ответил Никодим, хитро улыбаясь, — в игру вступаю я. Как вам известно, я немного разбираюсь в волшебстве и волшебных созданиях. И у меня есть план.
Он встал и начал ходить по комнате, излагая свой замысел.
— Я решил возродить здесь, в Барбаке, свою старую организацию — Поиск Волшебных Созданий. Мы будем искать и изучать волшебных созданий, которые обитают в этом мире. Мы будем защищать их от чудинов и помогать им выживать. И конечно брать их к нам. Вместе мы еще один отряд против чуди.
— Но как мы будем это делать? — спросил травяной сатир, с любопытством глядя на Никодима. — Я не против дать по башке Белоглазой, но мы же всего лишь несколько созданий. Как мы сможем противостоять целой армии чудинов?
