Оставалось лишь достаточно отвлечь врага, заставить его как следует промокнуть, и потом… что будет потом, я пока не придумал. Потому что думать, когда по тебе раз за разом бьют скрепленные цепью щиты-пилы, грозящие нашинковать дольками, довольно проблематично. А когда ты в этот момент еще и подавляешь ментальную атаку, да еще и пытаешься отстреливаться — практически невозможно.
Я чувствовал, что герой делает мне поблажки. Слишком часто останавливает собственные приказы, иногда на несколько мгновений задумывается, прежде чем послать в смертоносный полет свой щит. Он был умел, силен и достаточно сдержан, чтобы выполнять роль экзаменатора, а не убийцы. Я не сомневался ни секунды: захоти дварф — и я уже был бы мертв. Вот только при всем при том он настолько превышал меня по силе, что для того, чтобы его победить, мне приходилось действовать с прямым намереньем убить.
Посланные мной камни отражались даже не щитами — цепью во время атаки или возврата снаряда к противнику. Стоило мне чуть отвлечься, чтобы сформировать связь с окружающей Сюэ-ци, как дварф перешел к атакам двумя руками, оставляя куда меньше времени на размышление и маневр. Меня спасал только колоссальный наработанный запас выносливости, и постоянно активированный летний вихрь пятнадцатого ранга.
Но с кристаллами это не спасало. Стоило облачку крови сформироваться, как дварф мгновенно сдувал его ударом щита, не позволяя создать атакующий кристалл. То же происходило с кровью, вытекающей из тел хамелеонов. Как герой умудрялся контролировать даже то, что находилось у него за спиной, я совершенно не понимал, это не укладывалось в голове. И тем не менее такова была реальность моей схватки.
Постоянно заставляя противника смещаться из стороны в сторону, грозя уйти за пределы круга атаки, я вынудил его несколько раз погрузиться в болото по колено. Уже отличный ход, но все еще недостаточный. Теперь предстояло получить тот самый парализующий контакт, который позволит мне обездвижить противника. Если брошу провод в болото или на землю — вся накопленная энергия просто уйдет в громоотвод. А значит, нужно коснуться именно противника. Как?
Ответ лежал на поверхности — перехватить цепь и влить в нее ток. Вот только это не так просто. Саму цепь покрывали иглы и лезвия, отчего она служила отличной пилой и легко могла обрубить мне руку при неосторожном хвате. И никакие кожаные перчатки здесь не спасут. Стальные же мне, как еще не сдавшему экзамен на воина, не положены. Оставался только один способ — обезвредить противника, заставить подойти ближе.
Я не видел другого выхода, кроме как принять на себя часть урона, но, естественно, не настолько, чтобы потерять возможность продолжить экзамен. Как это сделать? Только с помощью мозгов и законов естества.
Собрав на ходу глефу, я выбрал самый плотный участок почвы на своем пути и, когда дварф в очередной раз атаковал меня щитом, выбросил вперед копье, активируя технику кровавого шипа.
Противник ждал этой атаки и готовился к ней. Мгновенно прикрывшись вторым щитом, он позволил первому пойти по дуге, чтобы заставить снова двигаться, но я вместо этого воткнул лезвие больше чем на половину в землю и подпрыгнул, удерживаясь за навершие. Цепь с треском и звоном обвилась вокруг металлической рукояти, а я ударил обеими ногами по замедлившемуся щиту, чтобы сбить его.
В ярости дварф раскрутился и с утроенным усилием дернул свое оружие назад. Глефу вырвало к чертям, меня опрокинуло и проволокло по земле, но главной цели я достиг. Вместе со щитом к герою летела закрепленная в цепи «кошка» моего троса. Все произошло почти одновременно. Рукоять щита оказалась в потной ладони противника, он понял, что происходит, и я активировал разряд, отправляя его с двух рук и части спины.
Электрический импульс поразил дварфа. Я видел, как ток идет по правой стороне его тела, уходя в болото. Но каким-то чудом он не только остался стоять, но и, сбросив с себя левой рукой опасный предмет вместе со щитом и цепью, бросился в контратаку. Это было выше моего понимания. Но сдаваться я не собирался. Тем более что ментальная атака врага прекратилась, и я мгновенно активировал око урагана и армию призраков.
Герой, лишившийся одного из орудий, частично парализованный, все еще оставался крайне грозным противником. Уже то, что он смог локализовать повреждения и не остался беспомощным, говорило о многом. Мне же оставалось лишь использовать тот арсенал умений и способностей, который я отрабатывал последние годы. Весь арсенал.
Кровавые копья наконец дождались своего часа. С легкими щелчками они выныривали из воды, обрушившись на дварфа с разных сторон. Они почти не наносили урона, герой отлично принимал их на элементы брони, но заставляли замедляться еще сильнее, что в его ситуации было критично. Мои руки отходили от шока неохотно, но я недаром отрабатывал эту технику долгими месяцами, и, когда в очередной раз в меня летел щит, я перехватил глефу и сбил его противовесом, как дубиной.
Герой Ксу мгновенно вернул оружие, но траектория атаки уже оказалась сбита, и несколько кристаллических лезвий успели вонзиться в парализованную часть его тела. Я тоже не стеснялся, именно с этой стороны обходя врага. Я не дожидался, пока он опомнится, а перешел в наступление. Тут мне уже электрошок помочь ничем не мог, но, благодаря своему невысокому росту и тому, что противник явно привык драться с теми, кто гораздо выше, я получил дополнительное преимущество. Что вкупе со всем остальным сыграло решающую роль.
— Достаточно, — сказал дварф, отскочив назад и подняв руку. — Ты, несмотря на общую проблему физиологии и принятия решений, достоин звания воина. Ты можешь идти. Или, если хочешь, попытайся атаковать меня еще раз, и тогда я больше не буду сдерживаться.
— Спасибо за урок, мастер. Я предпочту продолжить свой путь, — со вздохом облегчения сказал я. — Только перед этим пополню запасы крови и чуть отдохну. Чувствую, силы мне еще понадобятся.
— Как и скорость, — усмехнулся герой. — У тебя осталось всего два часа до солнцестояния.
Глава 23
Он был совершенно прав: времени оставалось пусть и не в обрез — но явно недостаточно, чтобы спокойно сидеть и отдыхать. И все же я позволил себе несколько минут лечебной медитации, прежде чем двигаться дальше. Дварф тоже потихоньку приходил в себя, разминая парализованную часть тела и замазывая порезы от моих лезвий.
— Скажите, господин, — не удержался я от вопроса. — Как вам удалось перебороть шок? Он должен был подействовать на все ваше тело.
— То, что я признал тебя победителем, еще не значит, что я должен рассказывать свои секреты, — хмуро ответил мастер Юань-ци. — Ты обладатель животного артефакта?
— Да, секретная техника. К сожалению, она мне пока не до конца удается. Сам себя я тоже током бью. Но постепенно учусь контролю, — признался я, сгибая и разгибая пальцы.
— Вот как. Медный воин с двумя секретными техниками, — хмыкнул дварф, постепенно возвращая себе чувствительность. — Что ж, раз ты ответил откровенно, с моей стороны будет не слишком вежливо промолчать. Все просто. Наша душа находится не только в голове, в верхнем дайнтяне. Она сетью, схожей с сосудами, растекается по всему телу. А по ней идут крохотные импульсы, схожие с тем, что ты передал мне. Тебе придется их освоить в процессе формирования ядра Души. И такими темпами, уверен, за несколько лет ты сможешь освоить и его. Если не погибнешь в процессе или не надорвешься, стараясь прыгнуть выше головы.
— Спасибо за слова поддержки, господин, — сказал я, поднимаясь. Раны мои никуда не делись, доспех не починился, но благодаря исцеляющей медитации я сумел освободить тело от боли и токсинов. К тому же и серьезных травм в сражениях я не получил. Так, пару синяков, да, возможно, трещину в ребре. Двигаться это не особенно мешало, а уж угрозы для жизни и вовсе не представляло.
