— Я уже сказал, это было необходимо, — Чёрный пожал плечами. — Вы оба представляли угрозу. Особенно ты, дружище.
— Что ты знаешь обо мне? — Гекат шагнул вперёд, понизив голос практически до угрожающего шёпота.
— Достаточно, — мужчина усмехнулся. — Ты был одним из лучших в Монолите. Пока не сломался. Твои приступы ярости стали слишком опасными даже для них. И теперь ты здесь.
— А ты откуда всё это знаешь? — вмешалась Беда, подозрительно прищурив глаза.
— Я знаю многое, — ответил Чёрный, его глаза сверкнули усмешкой. — И если хотите выбраться отсюда, вам придётся мне довериться.
Гекат и девушка переглянулись. Доверять этому типу было опасно, но другого выхода у них, похоже, не было.
— Ладно, — наконец сказал мужчина. — Но если это ловушка… Хотя… нас спас сам легендарный… — он не договорил.
— Это не ловушка, — перебил его мужчина. — Это ваш шанс. Решайте быстро, времени у нас мало. На вас открыта настоящая охота. Янпольский, Тёмные, вы нужны многим силам в Зоне.
Беда кивнула, чувствуя, что другого выбора у них действительно похоже и нет.
— Ну что ж, мы тебя выслушаем, — сказала она. — Но это не значит, что мы тебе вот так сразу начнём доверять.
Чёрный усмехнулся.
— Это взаимно. В Зоне нельзя доверять никому. Даже близким друзьям…
Он чуть отступил в сторону, жестом приглашая их выйти:
— Пойдёмте, тут разговаривать не очень удобно, я думаю. Да и переодеться, помыться вам не помешает. Как и поесть.
Не веря своему счастью, они медленно покинули пределы камеры. Парочка вышла в узкий тёмный коридор, освещённый редкими мигающими лампами. Нюта, идя вслед за Чёрным, разглядывала стены, покрытые тёмной грязно-зелёной краской, которая местами уже облупилась, и теперь обнажила старый бетон.
Вскоре он распахнул перед ними очередную дверь. За ней оказалось помещение с длинными рядами душевых кабинок, даже с дверями. Всё выглядело неожиданно цивилизованно, особенно для Зоны.
— Одежда на лавке. Помоетесь — пойдём обедать, — бросил мужчина и присел на стул у стены, скрестив руки на груди.
Нюта и Гекат переглянулись. Свобода, даже такая ограниченная, казалась подозрительной, а вдруг он что-то задумал.
— Ладно, — пробормотал бывший фанатик, направляясь к лавке с аккуратно сложенной одеждой. — Помыться нам и правда не помешает…
Беда последовала за ним, её пальцы скользнули по ткани. Чистая, сухая одежда. После всего, что они пережили, это казалось почти роскошью.
— Думаешь, это хитрый план? — тихо спросила она, пока они выбирали себе вещи по размеру.
— Не знаю, — ответил Гекат. — Но если это и так, то он хотя бы дал нам помыться. Последнее желание перед казнью, — невесело хохотнул он.
Нюта скривила губы в усмешке, но в её глазах не было ни капли веселья. Она взяла полотенце и направилась к одной из кабинок.
Вода оказалась тёплой, почти горячей. Девушка закрыла глаза, чувствуя, как тугие струи смывают грязь и пот с её кожи. Она старалась не думать о том, что будет дальше.
Гекат, стоя под струями воды по соседству, тоже молчал. Его мысли были заняты тем, что сказал Призрак. Берсерк. Приступы ярости. Он ничего этого не помнил, но что-то внутри него отзывалось на слова Чёрного, будто бы пыталось напомнить о том что было.
Когда они вышли из душевой, Чёрный поднялся со стула.
— Ну что, готовы? — спросил он. — Тогда за мной.
— Куда мы идём? — резко спросил Гекат, его глаза сузились.
— Обедать, как и обещал, — ответил мужчина, слегка улыбнувшись. — А потом поговорим. У вас есть вопросы, у меня — ответы.
Беда и сталкер снова переглянулись. Они не доверяли этому типу, но послушать, что он расскажет стоило.
— Ладно, — наконец кивнул Гекат, будит имея выбор. — Веди.
Чёрный кивнул в ответ и повёл их дальше по коридору. Нюта, идя за ним, чувствовала, как тревога сжимает её грудь. Что-то в этом месте, в этом человеке, казалось ей опасным. Она заметила что они поднялись наверх, значит их держали в подвале.
Столовая оказалась светлой. Несколько галогенных ламп горели над головами. Они присели за один из столов. Чёрный попросил их подождать и отошёл. Вскоре вернулся с подносом, на котором стояли две тарелки с парящим борщом, хлебом и ложками.
— Грымза готовит немного, обычно что-то одно, — пояснил он, ставя тарелки на стол. — Поэтому разносолов не будет. Но вкусно. Приятного аппетита.
Беда схватила ложку первой и отправила в рот ароматный борщ. Закрыв глаза, она с удовольствием замычала. После скитаний по Зоне, после камеры, он казался ей блюдом из ресторана с пятью звёздами Мишлена.
Дождавшись, пока «гости» поедят, Чёрный встал.
— А теперь пора и поговорить, я думаю…
Он направился прочь из столовой. Гекату и Нюте ничего не оставалось, как последовать за ним. Персонаж это был весьма интересный, и им хотелось узнать, с какой целью он притащил их сюда. А главное — как, обоих сразу.
Они вернулись всё в тот же коридор, прошли мимо камер. Беда хотела рассмотреть, кто же был в соседней, но там было так темно, что ей это не удалось.
И вот, наконец, они вошли в кабинет. Скорее всего, это было здание бывшего опорного пункта, подумалось Гекату, а значит, они в Припяти.
— Итак, — сев за стол, начал Чёрный. — Для многих в Зоне уже не секрет, как на людей влияют артефакты, которые вроде бы обязаны помогать… — он сделал паузу, глядя на собеседников. — Но в мире ничто не проходит бесследно. И артефакты не стали исключением. При постоянном использовании аномальных творений генетический код может и должен меняться. Никто из обывателей не задумывается о том, как работают механизмы защиты артефактов. Почему артефакты, способные давать усиление мышцам или кожному покрову, дают это самое усиление. Сталкеры не являются генетиками и биологами и не понимают процессов, происходящих в их организмах при постоянном контакте с аномальными предметами, — он отпил из стакана. Хотел было продолжить, но тут из коридора донёсся то ли рёв, то ли стон.
— Одну секунду, я скоро вернусь…
Мужчина быстрым шагом вышел из кабинета. Беда вскочила и, прижимаясь к стене, бросилась следом. Ей так хотелось узнать, кто был во второй камере, что она наплевала на тихий оклик спутника.
Чёрный открыл дверь, включил свет. И Беда замерла, прижимая руки ко рту. На скамье, в куче драного тряпья, лежал Сургут.
Лекция
Чёрный, услышав её вскрик, обернулся:
— Что встала, помогай, раз пришла…
Он обхватил жилистое тело Сургута, прижал его к топчану. Мужчина был в полубессознательном состоянии, его кожа покрыта ожогами, но дыхание оставалось ровным, хоть и тяжёлым.
— Там шприц, вколи содержимое, — Чёрный мотнул головой в сторону столика у стены.
Девушка дрожащими руками схватила шприц с янтарной жидкостью. Её пальцы едва слушались, но она собралась, всадила иглу в предплечье Сургута и нажала на поршень. Жидкость медленно вошла в тело. Дрожь, бившая тело бывшего разведчика, начала стихать. Его дыхание стало глубже, спокойнее.
— Он жив?! — всё ещё не веря своим глазам, Беда коснулась его руки. Его кожа была горячей, но под пальцами она чувствовала слабый, но уверенный пульс.
— Жив, — ответил Чёрный, его голос звучал устало. — Что с ним будет — то и будет. Так, обгорел немного. Но регенерация у него бешеная, выкарабкается. А вот вторая… не знаю.
— Мейрав тоже здесь? — вскрикнула девушка.
— Здесь, здесь, — буркнул мужчина, раздражённый её эмоциональностью. — Чего орать-то так?
— Я хочу её увидеть! — сталкерша топнула ногой для пущего эффекта, её лицо покраснело от нахлынувших чувств.
— Увидишь, но попозже, — ответил он, стараясь сохранять спокойствие.
— А я хочу сейчас! — как ребёнок, которому не дали конфету, закапризничала Нюта.
Чёрный вздохнул, понимая, что спорить с ней бесполезно. Он поманил её за собой, не забыв запереть дверь за собой. Вскоре он открыл незаметный на первый взгляд люк в полу. И привёл по длинному коридору в комнату, оборудованную под реанимацию и операционную.
