Активированный на полную мощность тепловой артефакт замерзнуть не давал, но работал без перерыва, постоянно требуя подзарядки. Дом плохо держал тепло, а устаревшая модель артефакта экономичным расходом не отличалась. Я в таких вопросах разбиралась мало, зато Элис авторитетно заявила, что надо утеплять и проклеивать окна на зиму. Окон только в моей бывшей детской, а ныне обычной спальне, было два, оба высоченные и необъятные, выше меня. А еще имелась кухня, коридоры и ванная, в которой постоянно сквозило, и ледяной кафельный пол чувствовался даже через коврик с начесом. Я с грустью прикидывала, сколько времени займет каждое окно. Но иначе зимой, боюсь, никакой артефакт не спасет.
- Да ладно тебе, взбодрись, - обняла меня подруга. - Поможем мы тебе окна поклеить. Ты ж, наверно, и не знаешь, как и чем это делается?
- Клеем? - логично предположила я.
Оба рыжих переглянулись и усмехнулись. Эти двое понимали друг друга без слов и, признаться, я им немного завидовала.
- А Саид во сколько приедет? - наворачивая салатики, поинтересовался Саймон.
- Не знаю, - я посмотрела на часы: Элис пора бы возвращаться, чтобы успеть до комендантского часа в академии. - Он почти не ночует здесь…
- А ты его не приглашала? - поразилась рыжая.
- Мы в последнее время редко видимся, - даже пообедать и поужинать не всегда удается.
У местора имелись свои дела. На меня же насел Пильн, заявив, что раз он принял вызов судьбы вылепить за год специалиста из такой бестолочи, то придется нам обоим постараться.
А в те редкие дни, которые мы проводили вместе, занимались опять же учебой и подготовкой, обходя стороной все скользкие темы и острые углы. Так длилось уже два месяца, и я понятия не имела, что с этим делать. Да и стоит ли?
Правда, на день рождения я честно собиралась позвать местора. Но сначала все никак не удавалось его поймать, а потом, когда удалось, мы сидели в кафетерии и искали темы для разговора, чтобы не молчать за столом. И я подумала, что не стану его приглашать, лучше с одногруппниками посижу в академии, а потом с друзьями дома отмечу.
Преподавателя явно тяготила вся ситуация, про меня и говорить нечего. Местор служил живым напоминанием моей глупости и совершенных ошибок. Мне ему и в глаза-то смотреть нелегко. А приглашение на день рождения обяжет его не только приехать, но и подарок купить, а он для меня и без того много сделал. Даже если не брать в расчет всю помощь раньше, то новые артефакты, мелкий ремонт, какие-то бытовые мелочи, которые мы так и не нашли в доме, покупал завкафедрой. И чем дальше, тем больше я чувствовала себя обязанной.
Я так больше и не решилась назвать его по имени, даже когда мы были одни. Отгораживалась нейтральным и формальным “местор”. И преподаватель также продолжал обращаться ко мне на “вы”. Кажется, дистанция между нами становилась все больше.
Мне все чаще вспоминалось наше знакомство, когда посреди года назначили нового завкафедрой, и он начал вести занятия. Все девушки восторженно приняли руководителя. У меня в ту пору еще был жених, нормальный, а не формальный, как сейчас, так что я старалась не восторгаться и не увлекаться посторонними мужчинами. Но была приятно удивлена, когда впервые пришла в кабинет куратора по его приглашению. Сидящий за столом собранный местор Саид Альдер в строгом костюме, не позволяющий себе ни расстегнутой верхней пуговицы на рубашке, ни ослабленного узла галстука. Только непослушные вьющиеся волосы чуть смягчали образ, не желая собираться в короткий хвостик и постоянно из него выбиваясь. На столе - папка с моим личным делом и табель с оценками.
- Леди Риар, - его голос звучал твердо и холодно. - Скажите, почему вы выбрали именно наш факультет?
Сейчас все будто повторялось. Пусть и обращался местор ко мне по имени, но выглядел всегда отстраненно. А вопросы: “Как дела? Как проходят индивидуальные занятия с наставником?” - не более, чем дань вежливости.
Пожалуй, встреча с ним только бы испортила мой день рождения, хотя, как ни старались друзья, он все равно проходил невесело.
- Ладно, мне пора, - вздохнула рыжая. - В такую погоду экипаж поймать трудно, лучше заранее выйти.
- Не кисни, - приобнял меня Саймон, - думаю, Саид обязательно приедет.
Страж, в отличие от меня, вполне освоился с нашим завкафедрой, общаясь с ним спокойно и по-дружески. Я натянуто улыбнулась в ответ, не собираясь объяснять, что сама не особо желаю его видеть. Только расстроюсь сильнее.
Рыжая пара уехала, оставив меня в одиночестве. В относительном, конечно. Саламандра все время крутилась где-то поблизости, а стоило начать мыть посуду, как водяная ящерица радостно юркнула в мойку, играя со струей.
- Ну-ка брысь, - попробовала выгнать Цветочек я. Не тут-то было.
Мои жалкие попытки выловить негодницу саламандра воспринимала как часть игры. Да и попробуй поймай водную саламандру в воде…
Пришлось мыть посуду так, стараясь не поставить на зелено-голубой хвост тарелку. Но домыть все мне оказалось не суждено: кран начал плеваться, и горячая вода закончилась. Под ледяной пальцы тут же онемели, и тарелка едва не выпала из рук. Я поспешно перекрыла воду, чем вызвала неудовольствие Цветочка. Ей было решительно все равно, при какой температуре купаться.
- Нет уж, - я подула на озябшие пальцы. - Лучше мы воду в кастрюле нагреем, все равно придется: раз горячая не идет здесь, значит, и в душе она накрылась.
Греющий артефакт ужасно барахлил, то и дело отказываясь работать. Местор предложил купить новый, но стоил он слишком дорого, и я отказалась. К тому же с артефакторами из академии, регулярно приезжающими отремонтировать мне очередную поломку, мы неплохо подружились. Они мне уже скидку делали, как постоянному клиенту. А некоторые и бесплатно соглашались помочь просто за красивые глаза и чашку чая со сладостями. Но так наглеть я не собиралась, да и опасалась, что парни со старших курсов артефакторики примут наши посиделки за что-то большее.
И только поставив воду в кастрюле, я вспомнила, что мы не съели пирог! Мне его сегодня в академии подарил смотритель зоосада Джаред Рил. А еще рассказал, что кто-то решил пошутить над моим любимым цербером и теперь отдыхает в лазарете. Шутник, конечно, не цербер. Пирог был с лесными ягодами и пах просто изумительно. Такому пропадать никак нельзя. Пришлось ставить еще и чайник.
- Ноби, у меня для тебя кое-что есть, - я позвала сидящего на шкафу феникса. - Ты только хозяину не рассказывай.
Как только кусочек поменьше, зато с красивыми ягодами переместился на тарелку, Ноби слетел без повторного приглашения. На стол я ему садиться запрещала, так что феникс устроился на спинке специально для него придвинутого вплотную стула.
Цветочку тоже перепало несколько ягод, которые она уважала не меньше, чем фрукты.
Ну вот, второй виток моего дня рождения с горячим чаем и пирогом. Ноби жмурился от наслаждения, решив сначала выковырять все ягоды из начинки, а саламандра, видимо боясь, что у нее отнимут угощение, наоборот, поедала его с рекордной скоростью. Я не торопилась есть свой кусок, меня-то уж точно никто больше не ограничивает. Хотя раньше родители мне такого не позволяли, и не потому что растолстею, а потому что много сладкого - вредно. Как целители, они разбирались в питании. И все же год назад мой день рождения проходил совсем иначе…
Письмо от мамы и папы с поздравлениями пришло два дня назад. Сообщение с южной границей было налажено так себе, особенно по осенним расхлябанным дорогам. Официальная почта ходила редко, поэтому письма и небольшие посылки местные жители чаще всего передавали за небольшую плату с везущими товары дельцами. Исписанный с двух сторон лист с поздравлениями и с пометкой тайной стражи пропитался ароматом пряностей. Вез его торговец-миасит между тюков с шафраном, во всяком случае, это были основные нотки на пожелтевшей бумаге. От денег делец отказался, заявив, что мои родители достаточно помогли ему и его людям, и он все десять лет будет возить мне письма бесплатно.
