Они не останавливались, пока не оказались на безопасном, как им показалось, расстоянии от странного дома.
— Что… что это было? — еле выдохнула Беда, всё ещё дрожа.
Сургут, тяжело дыша, лишь покачал головой:
— Не знаю. Но одно ясно — в этой деревне живёт что-то очень непонятное и, скорее всего, неприятное.
Гекат мрачно добавил:
— И нам здесь вряд ли рады.
Троица в полном молчании продолжила путь, бросая тревожные взгляды на покинутые дома. Каждое строение теперь казалось потенциальной ловушкой, каждое окно — наблюдающим за ними глазом.
Выбравшись на опушку леса, они присели на поваленное дерево. Сердцебиение постепенно замедлялось, но пальцы всё ещё дрожали — адреналин отпускал неохотно. Беда вытерла пот со лба грязным рукавом, оставив тёмную полосу на коже.
— И всё же, что это было? — её голос был хриплым от пережитого стресса. — Призрак? Их же не существует…
Сургут крутил в пальцах сломанную ветку, разглядывая трещины на коре.
— В Зоне есть много вещей, которых не существует, — он сделал особое ударение на последнем слове. — Но они есть. Тот же дядя Миша. Возможно, и это явление сродни ему.
— Ага, тётя Маша, — неожиданно фыркнул Гекат, и тут же сам удивился своей шутке: надо же, ещё и шутить силы остались. Напряжение немного спало.
— Ну вот и название придумали, — Сургут бросил ветку, следя, как она катится по склону. — А раз есть название, есть и явление. Пусть учёные ломают голову, что это. Нам же… — он обвёл взглядом спутников, — нужно найти Дока, этот чёртов артефакт и постараться, чтобы я не превратился в очередную страшилку для отмычек. Все согласны?
Беда и Гекат переглянулись. Гекат лишь резко кивнул — бывший монолитовец давно привык действовать, а не размышлять.
Сургут шлёпнул себя по коленям, поднимаясь.
— Тогда вперёд. Куда — хрен его знает. Но сидя на месте мы точно ничего не найдём.
Он сделал шаг, и в этот момент из кустов выскочил… обычный заяц. Зверёк замер, уставившись на них чёрными бусинами глаз, затем резко рванул прочь. После пережитого даже этот безобидный зверёк заставил вздрогнуть.
— Ну что, — мужчина криво улыбнулся, — за зайцем, что ли?
Троица двинулась вперёд, оставляя за спиной деревню.
Первой неладное почуяла Беда. Она остановилась, широко распахнула глаза и замерла.
— Эй, ты чего встала? — окликнул её Гекат.
— «Я взял на мушку чудище на фонарном столбе. А потом понял — оно делает гимнастику. Мне бы не понравилось, если бы меня укокошили на велотренажёре!.. Пригляделся к этой зверюге… заметил в лапе платок. И понял — она не скалится, а чихает. Это не запрещено… Я увидел Тиффани и подумал: „Что делает белая девочка ночью в гетто среди толпы монстров с учебниками по квантовой физике?“ Она явно замыслила недоброе. Ей на вид лет восемь — не по возрасту предмет! И я решил: она не та, кем кажется… А вообще не допытывайтесь, просто сработал инстинкт…» — процитировала она популярный в своё время фильм «Люди в чёрном».
Оба мужчины непонимающе уставились на неё.
— Ну подумайте сами, откуда здесь заяц?! Совершенно нормальный заяц! — вскричала девушка.
Сургут, как и Гекат, задумался. И правда, откуда здесь, в Зоне отчуждения, где кругом одни мутанты, взялся совершенно обычный грызун? Она права, это же ненормально!
Заяц, отбежавший уже на приличное расстояние, тоже замер, обернулся, глядя на них глазами-бусинками, и едва разведчик поднял автомат — вдруг оглушительно взвыл и на глазах стал меняться.
— Мимик! — заорал Гекат, выпуская в тварь очередь.
Тварь выглядела весьма внушительно. Огромные перепончатые лапы делали её похожей на лягушку. Здоровенный, в половину морды рот, усеянный острыми зубами, выпученные глаза. Покатый, прикрывающий надбровные дуги лоб. Жилистое тело метра под два ростом. «И как только уместилась в зайца», — мелькнула мысль в голове Сургута.
Длинные суставчатые ноги с острыми когтями — такими очень удобно лягаться. И вся эта «красота» сейчас готовилась прыгнуть в их сторону.
Мимик взвыл, его перепончатые лапы с когтями впились в землю, и вся его жуткая масса рванула вперёд.
Монолитовец уже стрелял — очередь прошила воздух, но тварь рванула вбок, уворачиваясь с неестественной для своего размера ловкостью. Пули лишь содрали кусок кожи с бока, но не остановили. Брызнула зеленоватая кровь, орошая землю и траву.
Мимик прыгнул. Длинные суставчатые ноги с когтями-лезвиями вытянулись вперёд — прямо к Беде.
Сургут рванул её за руку, отшвырнув в сторону. Сам он не успел увернуться — коготь чиркнул по бронежилету, оставив глубокую царапину. Мужчина прерывисто дышал, но времени на отдых у них не было.
Пока Гекат перезаряжался, разведчик, не теряя времени, выхватил нож и рубанул по ближайшей, протянутой к нему лапе. Лезвие впилось в жилистую плоть, но мышцы оказались очень прочными — клинок лишь оставил глубокий порез.
Мутант взревел и мотнул головой, пытаясь вцепиться зубами. Сургут едва отпрыгнул, чувствуя, как острые клыки щёлкнули в сантиметре от его лица. Зубы тварь явно не чистила — смердело из её пасти просто ужасно.
Девушка наконец пришла в себя. Её руки дрожали, но она подняла оброненный автомат и выстрелила — раз, другой. Одна пуля попала в плечо твари, вторая — рикошетом отскочила от лба.
Мимик дёрнулся, но не остановился. Его выпученные глаза сузились, будто в ухмылке.
Гекат наконец закончил перезарядку.
— Так не справимся, надо подрывать!!! — рявкнул он.
Сургут понял его мгновенно — он рванул вбок, отвлекая тварь, пока Гекат выдергивал чеку и швырял гранату под ноги чудовищу. Разведчик тем временем повалил Беду в ямку, накрывая её собой.
Взрыв. Оглушительный взрыв, казалось, разорвал барабанные перепонки. По бронежилету и голове застучали комья земли.
Грохот на время дезориентировал его, земля вздыбилась. Мутанта отбросило в сторону — его перепончатые лапы дёргались, но он уже поднимался, несмотря на рваную рану на боку, на оторванную верхнюю конечность. Ну и живучая же оказалась тварь.
— В голову! В голову! — орал Гекат, строча очередью.
Мимик рванул навстречу — и тут вскочила Беда, выстрелила практически в упор в подскочившую к ней дрянь. В глаз. Она и сама не поняла, как умудрилась попасть.
Тварь взвыла, дёрнулась… И тут уже Сургут вонзил нож в основание черепа, подкравшись сзади.
Мимик рухнул, дёргаясь в предсмертных судорогах. Его лапы скребли землю, зубы щёлкали в пустоту, но жизнь уже уходила. Вытекала зеленоватыми, пахнущими гнилью каплями его крови.
Тишина. Она опустилась словно плотное покрывало. Казалось каждый из них слышал ток крови в ушах.
— Вот же… — выдохнул Сургут, вытирая окровавленный нож.
Беда опустилась на колени, её трясло от пережитого ужаса. Гекат молча перезаряжал автомат, бросая взгляды на лес.
— Ну что, — Сургут тяжело дышал, вытирая пот со лба, — теперь я понимаю, почему в Зоне нет кроликов.
Гекат пнул ногой бездыханное тело мимика:
— Жаль, не успел спросить, где он научился так хорошо прыгать. Мне бы это иногда пригодилось.
Беда, всё ещё дрожа, поднялась на ноги:
— Вы только посмотрите на него… — её голос дрожал. — Кажется, он смеётся над нами.
Действительно, оскал мёртвого мутанта напоминал жутковатую усмешку.
— Ну, теперь-то мы знаем его секрет, — Сургут перезаряжал пистолет. — В следующий раз будем стрелять во всех зайцев подряд. Так сказать на опережение.
— Не лучший вариант, — хмыкнул Гекат. — Особенно с нашим-то боезапасом. Потом будем пулять из рогаток.
— А что, идея! Так мы его не убьём и сможем приручить, — неожиданно оживилась Беда. — Заведём себе ручного кролика? Будем на привязи водить. А если кто-то нас обидит он его сожрет!
Сургут и Гекат переглянулись.
— Ты знаешь, — сказал Сургут, — иногда твои шутки даже хуже, чем у меня. Этим «кем-то» можем стать мы. Мне кажется ему нет разницы кого жрать…
— Спасибо, — девушка сделала реверанс. — Стараюсь, — она улыбнулась, понимая, что её шутка разрядила атмосферу.
