— Виталика?! Но как?! Черный же был тут?! В Зоне, как он успел попасть в мой город?! Как ему это удалось? — искренне изумился майор.
— Ваш сын был здесь. По моему приказу. Я хотел обезопасить вашу семью. И когда мы уже привезли их в безопасное место, на нас напали, — врал совершенно не стесняясь Янпольский. Или не врал? Воронов совсем запутался.
— Вы лжёте… — голос Воронова внезапно стал твёрдым, как сталь. Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки и майор решился на авантюру. — Мой сын, он не может быть здесь. Я вчера звонил жене. Они даже не знал, что я в Зоне.
В кабинете повисла гробовая тишина. Лампы дневного света мерцали, отбрасывая нервные тени на лицо Янпольского.
Профессор медленно провёл ладонью по лицу, и когда убрал руку — его выражение стало совершенно другим. Холодным. Расчётливым.
— Ах вот как… — он разочарованно вздохнул. — Значит, жена всё-таки успела тебе дозвониться. Но теперь они знают. У меня мой дорогой очень длинные руки.
Воронов почувствовал, как по спине потёк липкий, холодный пот.
— Где мой сын? — его голос дрогнул.
Янпольский неспешно подошёл к сейфу, ввёл код. Дверь открылась с тихим щелчком.
— Ты прав, майор. Я забрал Виталия, — Он повернулся, держа в руках толстую папку с грифом «СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО». — Не для его безопасности. Но теперь, теперь…
С раздражением раскрыв папку, профессор высыпал на стол содержимое: фотографии, распечатки энцефалограмм, образцы тканей в пробирках… И поверх этого чёрно-белый снимок — сам Воронов, только лет десять назад, в прозрачной капсуле, подключённый к десятку трубок.
— Он идеальный донор. Единственный, чья ДНК не отторгнет ДНК гибрида. Тебя тогда ранили и мне пришлось немного тебя улучшить, — с улыбкой проговорил профессор. — Потом родился твой сын. И он тоже получил твои новые гены.
Воронов рванулся вперёд, но вдруг его тело сковала невидимая сила. Он рухнул на колени, ощущая металлический привкус во рту.
— Седатив в воздухе… — прошипел Янпольский. — Простенько, но эффективно. И мне немного поспать не помешает.
Дверь кабинета распахнулась. Вошли двое в защитных костюмах.
— Отведите майора в комнату отдыха, — последнее профессор выделил особенно и тоже зевнул. — А меня в мои покои…
Когда Воронова волокли по коридору, последнее, что он услышал, был спокойный, сонный голос профессора:
— Не переживай. Скоро вы с Виталиком станете частью чего-то… большего… важного и очень дорогого.
Тьма накрыла его сознание, но перед самым отключением майору почудилось, что стены вокруг задышали.
Очнулся он с ужасно пересохшим горлом и головной болью. Попал так попал, подумал майор. И стал думать дальше. О том как ему теперь отсюда выбираться. А главное, как жить дальше если он выберется. Ведь по словам Янпольского и он и его сын мутанты. Те с кем он всю свою жизнь боролся.
Сознание возвращалось обрывками. Холодный металл под спиной, резкий запах антисептика. Воронов попытался пошевелиться — руки и ноги были прикованы к столу.
Где-то рядом капала вода. В полумраке лаборатории мерцали экраны с непонятными графиками. На одном из них — его собственная энцефалограмма, скачущая в бешеном ритме.
— Жив, майор? — Янпольский вышел из тени, поправляя очки. В его руках был шприц с мутной жидкостью.
—Ты ошибался насчёт моих планов, да. Но ты… ты уже стал частью проекта. И пути назад у тебя нет. Смирись как и остальные. У тебя просто нет другого выбора.
Воронов резко дёрнулся, рванув наручники. Металл впился в запястья, но не поддался.
— Врёшь, ублюдок! Выбор, он есть всегда! Где мой сын?!
Профессор вздохнул, подойдя к панели управления. Нажал кнопку и стена раздвинулась, открыв прозрачную камеру.
Ты действительно звонил жене, я проверил. Зачем? Впрочем это мне неинтересно. А знаешь, что интересно? — Янпольский наклонился ближе. — Твой ДНК-профиль… Он идеально подходит для следующей фазы. Осталось только дождаться когда мне притащат Сургучева, — Янпольский осторожно ввёл жидкость в вену мужчины.
Внезапно Воронов почувствовал, что что-то не так с его телом. Мышцы двигались сами по себе, кожа местами теряла чувствительность.
— Что… что ты со мной сделал?!
*— Ничего, — Профессор лукаво улыбнулся и развёл руками. — Просто активировал то, что уже было в тебе. Ведь ты же всегда подозревал, почему так хорошо переносишь Зону, да? Ты слишком умный, но многое не заметил. Ведь ты и слишком доверяешь тем кто тебя нанял.
За стеклом камеры вдруг появилось движение.Что-то большое, сливающееся со стеклом.
— Они ждут своего нового брата.
Воронов зажмурился. И вдруг понял, что сейчас у него есть силы бороться. Что он сильнее этих жалких людишек. И если бы не холодная сталь, что сдерживает его, он бы смог одним движением убить профессора, сломать двери. Но пока, пока следовало быть и умнее. Хитрее. И он вкрадчиво заговорил.
— И что будет дальше, если я соглашусь? — голос Воронова прозвучал непривычно мягко, почти заискивающе.
Янпольский замер на мгновение, брови чуть приподнялись. Он не ожидал такой покорности.
— Дальше? — профессор медленно обошёл стол, пальцы скользнули по холодному металлу. — Ты станешь совершенством. Больше не будешь дрожать перед аномалиями, мутанты станут тебе подчиняться. Ты даже выброс переживёшь без последствий.
Воронов кивнул, словно размышляя.
— А власть? — спросил он тихо. — Я останусь майором? Или…
Янпольский усмехнулся.
— Майором… Ты будешь выше званий. Ты будешь почти Богом!
Воронов закрыл глаза, будто принимая решение.
— Хорошо, — просто ответил он.
Профессор протянул руку к пульту.
— Правильный выбор.
И в этот момент Воронов рванулся.
Наручники тихо лязгнули, металл заскрипел — и лопнул.
Янпольский отпрянул, но было поздно. Рука Воронова вцепилась ему в горло, подняв над полом.
— Я согласился слушать… Но не соглашался подчиняться.
Профессор захрипел, то пытаясь избавиться от хватки, то дотянуться до кнопки, видимо чтобы позвать охрану.
Воронов сжал пальцы сильнее, наблюдая, как лицо Янпольского багровеет.
— Тебе уже никто не поможет, — прошипел он. — Я уже чувствую свою силу… Ты был прав, я стану больше чем майором. Я стану избавлением. Этого мира от таких как ты!
Внезапно в коридоре раздались выстрелы и звук падающего тела. Потом ещё один. И ещё.
Янпольский широко раскрыл глаза, когда из-за двери донеслось хлюпающее, булькающее дыхание. Словно кто-то хрипел разорванным горлом.
— Они пришли за тобой, профессор, — Воронов бросил взгляд на свою свободную руку. Ему казалось, что он видит как мышцы наливаются силой. Усмехнулся и отпустил почти потерявшего сознание профессора.
Дверь распахнулась. В проёме стояли трое. Мужчина, чье лицо часто снилось Янпольскому то в кошмарах, то в снах где он всё смог, девушка с чёрными короткими волосами и фигура в плаще, чей капюшон скрывал лицо
— Нет… Это невозможно… — профессор задыхался от ужаса. — Они не должны были пройти, охрана, коды доступа…
Воронов рассмеялся. Его смех звучал как будто со всех сторон как казалось профессору, отражаясь от стен — его подхватили и люди.
— Ты ошибся, старик. Я перепрограммировал твой компьютер. Ты и только ты с твоими экспериментами дал нам эту силу. Ты и такие как ты! А теперь пришла наша очередь. Очистить все Зоны от вас. Не дать вам уничтожить весь мир.
Он швырнул Янпольского прямо к ногам Сургута и Беды.
Профессор в ужасе попятился, но мужчина уже схватил его за воротник.
— П-подожди! Я могу… Я могу всё исправить! Я знаю как, мы создадим антидот…
Воронов наклонился, и его глаза вспыхнули яростью.
— Нет. Не можешь. Твоё время вышло.
Последнее, что увидел Янпольский — как рот Воронова растянулся в хищной улыбке. И потерял сознание.
В путь
От мутантов отбились. Поддержка со стороны Чёрного и Юрки оказалась очень кстати. Снорки уже почти окружили группу, когда раздался первый выстрел с высоты стоящего перед ними здания. И снорк, распластавшийся в прыжке рухнул на разбитый асфальт.
