— Тебе повезло, Большов, — подмигнула мне Василиса.
Хмыкнул, с точностью наоборот. Кровь из раны на спине пропитала остатки куртки и футболки, липкая ткань прилипла к коже, стягивая каждое движение.
— Кто в медичке сегодня? — уточнил Борис.
— Девка, — ответила женщина.
В воздухе висел запах паленого мяса. Останки того идиота Игоря в яме всё ещё догорали, дым поднимался к небу чёрными клубами. К гари примешивался металлический привкус крови — моей крови.
— Ладно, потащили нашего живца, будем решать на месте, — выкинул сигарету Матросов.
Напрягся, ожидая, что попытаются избавиться. Источник в позвоночнике едва откликался, словно выжатая тряпка. Плевать, если что, буду рвать зубами. Но меня действительно подняли. Матросов взял под одну руку, маг с водной стихией — под другую. Старались не тревожить рану на спине.
— Какой же ты большой, Володя… — пыхтел Борис.
— Дай-ка я, — заявила Василиса и подхватила ноги.
Скрипнул зубами, но не издал ни звука. Посмотрел на этот участок земли с аномалией. «Скоро сюда вернусь», — решил я.
Странное поведение гиганта, когда он остановился и смотрел на небо… Магия людей, сила Титана… Очень много над чем нужно подумать.
Меня положили в грузовик. Тот же самый, на котором приехали. Борт скрипнул под весом, металл застонал.
— Двое? — спросил водитель из кабины.
— Да, — кивнул Борис.
— Как обычно? — уточнил голос. — Понял, Игорь и Витя сбежали, когда мы поехали в город.
Вон оно что. Прикрывают свою вылазку и смерть людей. Интересно, что с ними проще, чем со мной. Просто сбежали — и всё.
Василиса забралась следом, села напротив. Смотрела на меня. Её резервуар магии всё ещё пульсировал — держала силу наготове. Умная, я бы на её месте поступил так же.
Что-то странное разлилось в груди помимо боли. Тепло? Нет, другое. Копался в памяти Володи, пытаясь определить это чувство. Матросов сел рядом с Василисой, закурил новую сигарету. В свете зажигалки увидел его лицо — сосредоточенное, задумчивое. Он всё ещё что-то решал.
— Живучий сукин сын, — пробормотал маг, устраиваясь в углу кузова. — Я бы на его месте сдох ещё там, когда гигант огнём шарахнул.
Мамонтова хмыкнула, но ничего не ответила. Грузовик тронулся, и меня качнуло. Прикусил губу, чтобы не застонать. Слабость накатывала волнами. Организм требовал отключиться, залечь, восстановиться.
Матросов, Мамонтова… Я их понимал и… принимал. Нашёл правильное определение для странного чувства в груди — уважение. Удивительно. Когда в последний раз испытывал уважение к кому-то слабее меня? К Вальругу, другу, но он был гигантом, как и я. А эти… муравьи.
Но они действовали как профессионалы. Без лишних эмоций, чётко оценивали ситуацию и цель. Василиса хладнокровно устранила слабое звено. Матросов контролировал операцию, несмотря на потери. Даже сейчас они не расслаблялись.
Удивительно, что люди умеют быть собранными. Даже от меня думали избавиться, что у них, конечно же, не получилось бы.
Человек бы злился на такое поведение, а я… Мне плевать. То, что хотел, получил — и даже больше. Увидел аномалию вблизи, сразился с гигантом. Какие могут быть претензии? Только у таких слабаков, как тот Игорь.
— Боря, что-то наша наживка совсем бледный, — произнесла Василиса.
Только сейчас заметил, что края зрения начали расплываться. Холод полз от конечностей к центру тела, пальцы немели. Кровопотеря. Проклятое человеческое тело со всеми его ограничениями.
— Дай ему… — начал Матросов, но остальное не слышал.
Темнота накатила внезапно, словно кто-то выключил свет. Последнее, что почувствовал, — чья-то рука на груди и далёкий голос Василисы: «Еле бьётся, но живой. Крепкий сукин сын».
* * *
Пришёл в себя от того, что в теле работала магия исцеления. Видимо, мне дали ту зелёнку. Полностью решить проблемы она не способна, но хотя бы кровь перестала течь.
— Ты видел? — прозвучал голос Мамонтовой. — Когда гигант остановился, Володя пошёл за ним… Другой бы уже бежал в мокрых штанах.
— Заметил, — холодно ответил Борис.
— Меня другое смутило, откуда у него такая скорость и сила? — это выживший маг. — Его гигант догнать не смог, так он ещё и столкнул его.
— А вот это очень хороший вопрос, — снова Матросов.
— Заберу его себе, — заявила Василиса. — У меня таких бесстрашных в группах нет. Вот же сопляк… Я его уже уважать начала. Но…
Повисла пауза.
— Если кто слово скажет, — голос женщины стал низким, — я оторву яйца и запихаю в глотку.
Никто ничего не ответил. Хмыкнул про себя. Учитывая всё, что я узнал… Мне нужны такие неофициальные выходы к аномалиям.
— Изменённый? — вдруг сказал маг.
— Нет… — чиркнули зажигалкой. — Да и откуда бы?
— Третий, — выдохнула Василиса. — Уже, сука, третий. Если так дальше пойдёт…
Снова отключился. Мне показывали картинки, словно кто-то прокручивал плёнку перед внутренним взором. Встреча с гигантом и наши догонялки. Каждый кадр чёткий, детальный, будто заново проживаю эти моменты.
Странно. Это не обычный сон. Слишком осознанный, слишком управляемый. Словно в фильме — я мог остановить нужный момент и посмотреть его, прокрутить и снова остановить. Перемотать назад, приблизить, рассмотреть под другим углом.
Меня интересовал самый важный момент. Когда я начал получать силу Титана. Промотал всё лишнее — бег, уклонения, атаки. Вот он — яма.
Стоп.
Замедлил момент до предела. Вот рука гиганта касается моей ноги. Боль. Но что происходит внутри? Активизируется ядро в позвоночнике, магия хлынула по каналам. Человеческая магия земли откликнулась на угрозу.
Сейчас.
Остановил картинку полностью. Момент застыл. И я смог заглянуть внутрь себя, увидеть то, что скрыто от обычного взгляда. Я отчётливо видел нервные окончания, что проводили энергию, — они светились тусклым белым светом. Видел ядро-источник в позвоночнике — пульсирующий сгусток силы. И свою душу с силой Титана — золотистое сияние, окутывающее духовную сущность.
И она…
Приблизил картинку, вгляделся внимательнее. Между источником и силой Титана тянулись тончайшие нити. Не метафорические — вполне реальные энергетические связи.
Не может быть!
Приблизился ещё, чтобы лучше рассмотреть. Нити не просто соединяли, они переплетались, срастались, становились единым целым. Жену мне женщину! Как же я не понял это сразу?
Каким-то образом сила Титана связана с резервуаром. Она интегрировалась в человеческую магическую систему. Появилась, скорее всего, когда я вырастил ядро.
Как?
Прокрутил момент пробуждения источника. Вот я в машине дяди Маруси, концентрируюсь на позвоночнике. Вот появляется первая искра магии. И в тот же миг — тончайшая золотая нить от души тянется к новорожденному ядру. Сила Титана сама нашла способ закрепиться в этом мире?
Два разных мира в одном теле. И это… плохо.
Вернулся к моменту с гигантом. Вот я использую магию земли против твари. Но, присмотревшись, увидел — вместе с человеческой магией по каналам текла и крупица силы Титана. Они смешались.
Ещё одна ужасная новость. Используя магию, трачу другой ресурс. И как быть? У себя дома я тоже имел источник магии, но он был духовным, располагался в груди и работал отдельно. Сила Титана питала его и усиливала, но они оставались разными системами. А тут… Тут они срослись в единый механизм.
Выходит…
Разум работал на максимальных оборотах, чтобы переварить новую информацию. Если источник и сила Титана связаны, то, усиливая один, я усиливаю и второе. Но и ограничения одного становятся ограничениями другого.
В гигантах, что тут водятся, есть энергия моего мира — это факт. И забрать я могу её, только если использую магию в связке с силой Титана. И то чуть-чуть, потому что ядро слабенькое.
Хреновые открытия.
Плевать. Способ восстановиться есть. Не такой, как думал, но есть. Мне придётся разобраться в людской магии. Изучить их систему изнутри. Понять, как они укрепляют свой резервуар и делают его сильнее. Тогда связь между источником и силой Титана станет прочнее, канал — шире.
