Его шаги были твердыми, уверенными. Он не боялся Мастера. Он боялся только одного — что, уходя, он оставит этих людей с пустотой в сердцах. Пустотой, похожей на ту, что он чувствовал в себе все эти годы, когда побеждал врагов, которых даже не считал достойными соперниками.
Я вернусь, — обещал он себе, глядя на темнеющий вход пещеры. И если не вернусь... пусть помнят не мою силу, а то, как мы вместе ели рамен у костра. Как Штарк учил меня разжигать огонь "правильным магическим способом", а я показывал ему, как это делают в моем мире — просто зажигалкой. Как Ферн смеялась, когда Камешек украл носок со стирки. И как Фрирен иногда, очень редко, улыбалась — настоящей улыбкой, которая освещала ее тысячелетние глаза светом, похожим на рассвет после самой долгой ночи.
Он остановился у входа в пещеру. Тьма внутри была густой, живой. Где-то в глубине капала вода. Где-то шелестел ветер, пробирающийся через трещины в скалах. Где-то ждал Мастер — не для битвы, а для разговора. Для последнего разговора.
Сайтама глубоко вдохнул холодный горный воздух. Он достал из кармана оберег Ферн — кристалл слегка светился в его ладони. Он положил его обратно, рядом с карточкой из супермаркета, которую ему подарила Фрирен.
«Если что», — прошептал он, обращаясь не к камню, не к карточке, а к тем, кого оставил позади, — «я всегда на распродажах».
Он шагнул в темноту, оставив за собой последний след в снегу — след, который вскоре затер падающий снег, словно сам мир пытался стереть память о его присутствии. Шаг за шагом, в одиночестве, которое он выбрал сам, Сайтама шел навстречу своему прошлому, своему будущему и, возможно, своему единственному настоящему сопернику — не Мастеру, а самому себе.
Глава 22: Диалог с Мастером
Холод Северных Пиков впивался в плоть, но Сайтама почти не чувствовал его. В его мире холод можно победить теплыми носками и горячим чаем. Здесь же холод был другим — он сквозил в самой ткани реальности, идущей вразрез с его присутствием.
Дорога привела его к обледенелым руинам Старого Храма. Когда-то это было священное место, где маги медитировали и общались с духами гор. Теперь же здесь царили разрушение и тишина, более зловещая, чем любой шум.
В центре руин, на каменном троне, выложенном из глыб льда, восседал Мастер. Его фигура, прежде полная демонической энергии, теперь казалась изможденной. Его кожа поблескивала серым оттенком, а глаза горели тусклым, но упорным пламенем. В руках он держал Кристалл Времени — последний, который мог открыть путь Сайтаме домой, но теперь он служил другим целям.
— Я ждал тебя, герой, — произнес Мастер, его голос звучал хрипло, но в нем все еще чувствовалась власть. — Я знал, что ты придешь. Ты всегда приходишь, когда зовут.
Сайтама остановился в нескольких шагах от трона, засунув руки в карманы желтого комбинезона.
— Привет. Я пришел за кристаллом. Мои друзья ждут его для ритуала. И еще Камешек очень скучает. Он хороший пес.
Мастер усмехнулся, но в его улыбке не было радости.
— Твои друзья... Фрирен, эльфийка, которая видела падение десятков империй... Штарк, воин, еще не понимающий ценности настоящей силы... и Ферн, девочка с щитом, которая боится своей собственной тени... — Он покачал головой. — Они используют тебя, герой. Они хотят избавиться от тебя, отправить обратно в твой скучный мир без магии и чудес. А я... я хочу дать тебе свободу.
Сайтама нахмурился.
— Свободу? Я и так свободен. Могу ходить куда хочу, покупать рамен, когда захочу... Хотя распродажи лучше не пропускать.
— Не в этом смысле, — Мастер поднялся с трона, его фигура вытянулась, и на мгновение в нем вернулась былая мощь. — Я говорю о свободе от правил. О мире, где сила правит без ограничений. Где нет Совета Магистрали, нет древних законов, нет слабых, которые тянут вниз сильных. Только сила. Чистая, абсолютная сила.
Он протянул руку к Сайтаме, Кристалл Времени в его ладони пульсировал ярким светом.
— Ты понимаешь, герой? Твой мир — это тюрьма. Твой мир создан для слабых. В нем герой — это просто человек в костюме, который спасает кошек с деревьев и разгоняет карманников. Твой мир не достоин такой силы, какая есть у тебя. Присоединись ко мне. Вместе мы создадим новый мир. Мир без правил. Мир, где только сильные выживают. И ты будешь в нем королем.
Сайтама молчал. Он смотрел на Кристалл Времени, на треснувшие стены храма, на следы битв, которые уже прошли здесь. Он вспомнил Фрирен, которая сказала ему, что в ее мире сила — это не только разрушение, но и создание. Он вспомнил, как Ферн училась зажигать костер, как Штарк учился падать и снова вставать. Он вспомнил вкус рамена в харчевне Харчевня Толстяка Гарта, смех детей в приюте, простые радости этого мира.
— Ты ошибаешься, — наконец сказал Сайтама тихо. — Мой мир не для слабых. В нем просто другие правила. Там люди учатся быть сильными по-другому. Они учатся помогать другим, даже когда это трудно. Они учатся быть героями не потому, что у них есть суперсила, а потому, что это правильно.
Он посмотрел прямо в глаза Мастеру.
— Сила без цели — это просто шум. А я устал от шума. Я видел, как сила без цели разрушает города, семьи, сердца. Я не хочу такого мира. Никто не должен жить в мире, где правит только сила. Потому что тогда даже самые сильные будут одиноки.
Мастер рассмеялся, но в его смехе не было радости — только горечь тысячелетий поражений.
— Ты наивен, герой! Ты думаешь, что мир может существовать без правил силы? Ты думаешь, что люди могут жить в мире, где сильные защищают слабых, а не используют их? Это иллюзия! Это сказка для детей! Посмотри вокруг! Везде только война, предательство, жажда власти! Твой мир — лишь очередная иллюзия, которую я разрушу!
Кристалл Времени в руке Мастера вспыхнул ослепительным светом. Из его груди вырвались тени, черные как ночь, и помчались к Сайтаме с воем. Стены храма задрожали, ледяные глыбы обрушились с потолка.
Сайтама не двинулся с места. Он смотрел на приближающиеся тени, и в его глазах не было страха. Только усталость. Усталость от бесконечных сражений, от бесконечных разговоров о силе и власти.
Когда тени были в шаге от него, Сайтама просто поднял руку.
БА-БАХ!
Звук был не слишком громким, но абсолютным. Тени рассеялись, как дым на ветру. Кристалл Времени в руке Мастера замер, его свет померк. Стены храма перестали дрожать.
Сайтама опустил руку.
— Я не хочу драться с тобой, — сказал он. — Я не хочу убивать тебя. Я герой. Герои не убивают без причины. Они защищают.
Мастер упал на колени, его фигура съежилась, как пустой мешок. В его глазах не было ненависти, только усталость — такая же, как у Сайтамы.
— Зачем? — прошептал он. — Зачем ты остановился? Почему не убил меня? Я твой враг. Я угрожал твоим друзьям. Я пытался разрушить твой путь домой. Почему?
Сайтама подошел к нему и опустился на одно колено, чтобы смотреть на него на одном уровне.
— Потому что я понимаю тебя, — сказал он тихо. — Я тоже был одинок. Я тоже думал, что сила — это все, что у меня есть. Но я ошибался. Сила — это не то, что делает нас героями. Героями нас делают выборы, которые мы делаем. Я выбираю не убивать. Даже тебя.
Он протянул руку к Кристаллу Времени в руке Мастера.
— Дай мне кристалл. Позволь мне вернуться домой. И позволь этому миру найти свой путь без твоих игр. Возможно, ты еще найдешь свой путь. Путь не разрушения, а созидания.
Мастер смотрел на протянутую руку Сайтамы. Его пальцы сжались на кристалле, но не от гнева — от сомнения.
— Ты не понимаешь, герой, — прошептал он. — Мой мир уже умирает. Из-за меня. Из-за моей жажды власти. Мой мир погибнет, даже если ты победишь меня. А твой мир погибнет из-за твоего присутствия здесь. Мы оба — проклятия для наших миров.
Сайтама кивнул.
— Возможно. Но я выбираю верить, что даже проклятие можно обратить в благословение. Что даже самый темный путь может осветить один луч света. Дай мне кристалл. Позволь мне попробовать.
